Крой тела - Файт Этцольд

— Доктор Сильвия Борхерт, — ответил он. — Но она уже несколько лет как умерла.

Клара записала информацию.

— А чем она занималась?

— Она тогда еще недолго была директрисой детского дома, — продолжал Мертенс. — Душа-человек. При ней такой тип, как Инго М., никогда бы не устроился сюда на работу. Несколько раз она даже приглашала детей к себе, и тогда к ней отправлялся целый автобус. У нее дом в нескольких километрах отсюда. Сегодня там склад и сарай для инвентаря. Привратник иногда ездит туда, берет соль для посыпания дорожек или еще что. Спустя несколько дней после приезда сюда Элизабет и Владимира госпожа Борхерт ушла на пенсию и почти все время проводила за границей. На Мальорке, насколько я знаю. Но домом она владела до самой смерти.

— После выхода на пенсию она там бывала?

Мертенс снова покачал головой.

— Понятия не имею. Если и приезжала, то очень редко. Сейчас он служит складом, как я уже говорил. Там есть электричество и телефон, это все проведено от нашего учреждения, но я не удивлюсь, если дом в один прекрасный день развалится. Когда детский дом закроют, там и свет выключат.

— У вас есть адрес?

Мертенс открыл ящик стола.

— Конечно, одну секунду. Привратник мог бы вам сказать точнее, но его сегодня здесь нет. — Он рылся в ящике до тех пор, пока не извлек на свет лист бумаги. — Вот, пожалуйста.

Директор протянул его Кларе. Она внесла адрес в записную книжку и еще сделала снимок телефоном.

— Большое спасибо. — Она надела пальто и пожала Мертенсу руку. — Я позвоню вам, если возникнут какие-то вопросы, а пока до свидания. Спасибо за то, что оперативно пришли нам на помощь.

Она поспешила спуститься по лестнице, пока Мертенс не вздумал расспрашивать о «Фейсбук»-Потрошителе.

Потом села за руль, еще раз взглянула на адрес дома Сильвии Борхерт и уехала.

* * *

На холме, на большой прогалине, среди перелесков стоял дом, который теперь превратили в склад.

Серые стены унылого свинцового цвета, как небо. Закрытые окна, словно слепые глазницы, взирающие в никуда.

Раздвоенные стволы торчали из топкой лесной почвы, будто сломанные зубы. Деревья тянули голые ветви к небу, как гигантские щупальца.

Дом был приземистый, будто зверь, притаившийся в засаде. Словно он зарылся в землю, спасаясь от бури и нависших облаков над холмом. А еще дом походил на голову солдата, выглядывающего из окопа, — казалось, он внимательно наблюдает оконными и дверными проемами за окружающим миром.

«Правда всегда где-то внизу», — подумала Клара. Она вспоминала, как сравнивала свою работу с переворачиванием камней, гладких и чистых сверху, но внизу покрытых личинками и насекомыми, которые кишат в тлене и экскрементах.

А этот дом? Этот приземистое большое здание? Она знала, что в нем никто не живет, но от него исходило что-то мрачное, угрожающее. «Почти как дом с привидениями», — промелькнула мысль.

Она вынула оружие и переложила в правый карман пальто. Потом подошла к входной двери на веранде. Массивная дверь с пожелтевшей табличкой, имя на ней уже невозможно прочесть.

Клара осторожно нажала на ручку. Дверь распахнулась. Не с таинственным скрипом, как предполагала Клара, а тихо и легко. Из дверного проема открывался вид на темный коридор.

Клара глубже вздохнула, еще шире приоткрыла дверь и переступила порог.