Сновидение - Франк Тилье

Добрый вечер, Абигэль.

Я так и не получил от Вас весточки, удалось ли Вам в конце концов расшифровать Ваше закодированное послание благодаря книжному шифру? Держите меня в курсе. Я Вам уже говорил, Ваша задачка меня заинтриговала.

Искренне Ваш,

Гислен (форум криптографии)

Абигэль понятия не имела, кто такой этот Гислен, и не помнила, чтобы когда-нибудь слышала о книжном шифре. Она порылась в своей почте, во входящих, отправленных, в корзине, но не нашла никаких следов переписки с ним. Она ответила ему, попросив прислать информацию заново, и стала ждать, не отходя от компьютера. Ответ, к сожалению, так и не пришел.

Она собралась и отправилась в казарму. Когда она подъехала к посту охраны Безумной Вдовушки, шлагбаум перед ней не открылся. Она опустила стекло и помахала часовому; тот вышел из будки.

– Прошу прощения, но вас приказано больше не пускать.

– Вы, должно быть, ошибаетесь. Проверьте, пожалуйста.

Жандарм не соизволил заглянуть в свои бумаги.

– Я знаю, кто вы, мадам Дюрнан, и говорю вам, вас приказано больше не пускать.

– И кто это приказал, могу я узнать?

– Капитан Лемуан.

Это наверняка была ошибка. Абигэль дала задний ход, припарковалась поодаль и достала телефон. Но ни Фредерик, ни Патрик Лемуан не ответили. Она оставила сообщения. Почему Лемуан вот так вдруг ее отстранил? Конечно, она не вернулась к делу официально, но все же…

Дома Абигэль поколебалась, не подключиться ли к сайту Фредди: интернет-адрес она ввела в память и ей не терпелось узнать, что там происходит. Но она удержалась, чтобы не мешать работе жандармов, создавая новые соединения.

Просмотрела почту. Пользователь с форума криптографии Гислен ей так и не ответил. Она принялась кружить по комнате. Сил больше не было ждать, сидеть в четырех стенах, ничего не делать. Ухватившись за последнюю соломинку, она позвонила Жизели, которая сняла трубку.

– Патрик действительно отстранил меня от дела? – спросила она напрямик.

– Да. Он говорит, что все это тебе…

– Он рядом с тобой?

– Ушел с Фредериком полчаса назад.

– Куда?

– Я тебе доверяю, Аби, и я тебе ничего не говорила. Команды компьютерщиков установили, что интернет-соединение осуществляется от сети мобильного телефона, совмещенного с компьютером, который постоянно подключен к сайту Фредди. Ретрансляционная антенна находится на востоке Сент-Омера. Они сейчас доводят связь до ума, чтобы локализовать телефон. Вероятно, получат информацию через два часа. Я не могу сказать тебе больше, я…

Абигэль уже повесила трубку. Сент-Омер. Еще один город, который она хорошо знала, потому что несколько лет там училась. Частный коллеж Сен-Жюльен, комплекс серых строгих зданий в окружении болот… Он упоминался в прессе, в большой статье о ней, и закрыл свои двери в 2001 году из-за проблем с финансированием. Там протекала ее жизнь до конца третьего класса. Воспоминания об этом периоде были уже не очень четкими, но все же устояли перед черной дырой в ее памяти.

Как и с заброшенным домом в Лон-Пляж, это не могло быть случайностью. Расследование всякий раз заставляло Абигэль возвращаться к детству. Кошмары, сон… Абигэль виделось уравнение со многими неизвестными, решения у которого не было.

Через четверть часа она выехала из Лилля в направлении Па-де-Кале, безоружная, не зная, что ее ждет, в голове одни вопросы. Какой-то тип, возможно, подключился к сайту Фредди, чтобы наблюдать за мучениями ребенка, из знакомого ей места.

Она ехала, упираясь ногой в пол, выключила радио и силилась совладать со своими мыслями, подавить любые эмоции, которые могли разбудить змея. Считала белые полосы на асфальте. Шоссе, автострады. Через час пейзаж изменился, солнце между тем было уже в зените. Растительность вытеснила бетон и кирпич, все заполонила природа. Мимо проносились деревья с изумрудной листвой, черные каналы, поблескивающие под бледно-голубым небом. Воздух был насыщен влагой, гудели тучи насекомых, заслоняя горизонт. Одомаруа, болотистый край. Абигэль смутно помнила, как приезжала из Сент-Омера в Лон-Пляж на выходные. Как отец спихнул ее в интернат и пропадал всю неделю, а то и дольше. Как строги были учителя и как часты наказания, всякий раз, когда она засыпала в классе. Здесь в нее вколачивали знания ударами линейкой по пальцам.