Похищенные - Элизабет Хейтер

Эвелин почувствовала нервное покалывание в затылке – намек на то, что чутье ее не подводит, она взяла верный след.

– Папа приводил девочек к нам в дом, – продолжала Норин. Казалось, она вдруг обрадовалась возможности с кем-то поделиться. – Разрешал мне играть с ними и про каждую говорил, что она будет моей старшей сестрой. Давал мне узнать их получше. Оставаться у нас постоянно они, конечно, не могли – только когда папа тоже был дома. А когда он уходил на работу, девочки были в подземном убежище, и по ночам тоже. – Лицо Норин просветлело, в глазах заискрилось счастье. – Иногда папа и мне позволял туда спускаться, чтобы девочкам не было одиноко!

Эвелин содрогнулась от отвращения. Эрл Эббот похищал девочек, чтобы заменить погибшую старшую дочь, держал их под землей и позволял младшей играть с жертвами… Разумеется, психика Норин жестоко травмирована. Удивительно то, что ей удавалось поддерживать видимость нормальной жизни и даже работать в полицейском участке. Наверное, ей помогло раздельное мышление – то, что в психологии называется «компартментализация». Эвелин доводилось работать с детьми, которые подвергались домашнему насилию, да и у нее самой была похожая проблема. Но Норин довела этот защитный механизм до совершенства. Коллеги видели в ней замкнутую, стеснительную девушку, никого не подпускавшую к себе близко и увлеченную своей работой, а кто скрывается за маской, даже представить себе не могли. Никто не заподозрил, что административная помощница шефа полиции, взрослая умная девушка, скрывает в себе ребенка, который так и не вырос. В душе Норин осталась маленькой девочкой, по-прежнему мечтающей о старшей сестре.

Именно поэтому она так отчаянно защищает Фрэнка. Тут дело не в любви, не в преданности и даже не в страхе. Дело в том, что она не представляет себе другой жизни, кроме той, которой научил ее отец, и до сих пор верит данному Эрлом обещанию, что старшая сестра однажды вернется к ней.

– Это ты нарисовала картинку, которую мы нашли в яме на земле старого Баллока? – спросила Эвелин.

Норин заулыбалась:

– Да! Для Пегги, чтобы украсить ее спаленку. Я думала, ей понравится, и тогда она сделает то, что просит папа, и захочет остаться. Я несколько недель упрашивала папу разрешить мне отдать ей рисунок. Ему под землей не нравилось. Для него это было… – Норин нахмурилась и тряхнула головой, словно боролась с собой, не зная, в какую версию поверить. – Подземное убежище ему нужно было, только чтобы прятаться от полиции. И еще он туда уводил девочек из нашего дома, когда решал, что они неправильные.

Эвелин размышляла, в каком направлении подтолкнуть беседу. Девочка, для которой Норин сделала тот рисунок, была настолько глубоко вовлечена в ее фантазии, что Норин назвала ее именем мертвой сестры, а подземную камеру – «спаленкой». Можно попробовать вернуть Норин к реальности, напомнить ей о сознательном решении пойти на службу в полицию и о преданности своим коллегам. Или же пусть витает в облаках, тогда можно дать ей понять, что дядя и дальше раз за разом будет отнимать у нее Пегги, если Норин продолжит его защищать.

Очевидно, Фрэнк пришел к тому же выводу, что и Эвелин: Норин, оставшаяся в душе ребенком, мечтает о старшей сестре, – и понял, как этим можно воспользоваться. Очень просто: Норин работает в участке и все знает о расследовании похищений, она будет прикрывать его, если кто-то из копов подберется к истине слишком близко.

Но как же добиться, чтобы Норин опустила пистолет?

Разрушить фантазии, которые сопровождали ее почти всю жизнь, или заставить еще глубже в них погрузиться? Оба пути были рискованными, так что Эвелин предпочла пока отложить решение и вынудить Норин ослабить железную хватку на рукоятке «глока» каким-нибудь другим способом.

– Почему он устроил подземное убежище на земле шефа полиции? – спросила она.

Норин рассмеялась совсем по-девчачьи:

– Отец Джека сам все устроил! Здорово, правда? Он вырыл погреб для своего дома, а дом обрушился. Папа просто нашел эту яму и привел в порядок. Он знал, что старый Баллок к этим развалинам уже не вернется, будет строить на другом участке. Идеальное местечко для убежища! Никто же не станет искать похищенных во владениях шефа полиции!

За спиной у Норин с потолка свалился еще один земляной ком. Она подалась к Эвелин и добавила театральным шепотом:

– Если бы папа почувствовал, что копы сели ему на хвост, он бы подставил старого Баллока.

Неужели Эрл Эббот действительно думал, что этот фокус у него получится? Эвелин постаралась не выдать свой скептицизм, но девушка заметила сомнение у нее на лице и обиженно напомнила:

– Между прочим, ты сама подозревала Джека!

Все они подозревали. Удачно найденный значок, подземная камера на земле Джека и его собственное исчезновение в нужное время не оставляли сомнений.

– Ты украла у него значок?

– Это было легко! – с гордостью кивнула Норин. Детский жалобный голосок опять сменился спокойным тоном взрослой женщины.

Эвелин беспокоило, как быстро происходят в Норин эти перемены: она то рассудительная административная помощница шефа полиции, то маленькая девочка, которая видела, как сначала ее отец, а затем дядя похищают и убивают чужих дочерей.

– И ты заманила Джека сюда, чтобы Фрэнк его вырубил и бросил в яму?

Эвелин очень надеялась, что Джек еще дышит. За все время разговора с Норин она не слышала ни единого шороха оттуда, где он лежал.

Норин возвела очи горе:

– Господи, Эвелин! Мне самой приходится как-то выкручиваться, чтобы никто ничего не узнал. А тут даже стараться не пришлось. Сперва Джек явился, потом ты. И вы оба ни о чем не догадывались, да?

Эвелин постаралась не обращать внимания на ледяную волну страха, поднимавшуюся в ней.

– Ты ведь привела нас к Лорен и сделала так, чтобы Мэнди сбежала, верно? Ты хотела их спасти?

Норин грустно кивнула:

– Девочки знают, что будет, если они меня выдадут, но я не желаю им зла. Когда с Бриттани не получилось… – Она вздрогнула.

– Смерть Бриттани была несчастным случаем, да?

Глаза Норин наполнились слезами.

– Да. А потом я поняла, что с Лорен и Мэнди тоже не получится. Они не будут притворяться. Я не хотела, чтобы с ними что-нибудь случилось.

– Что с ними могло случиться?

– Я могла причинить им вред, – едва слышно проговорила Норин и подняла на Эвелин взгляд, полный печали и сожаления. – Так же, как Бриттани. Я не хотела, чтобы она умерла. Я только хотела, чтобы у меня была сестра.

Тут Эвелин наконец-то озарило.

– Это ты похищала девочек, после того как умер твой отец. Теперь ты Массовик-затейник, Норин?..