Ее последнее прощай - Мелинда Ли

– Откуда он узнал, что Челси в тот вечер выйдет из дома?

– В пятницу утром я спросил Тима, не может ли он остаться вечером допоздна. Он сказал, что нет, потому что у его жены какие-то планы на вечер. Дерек все слышал.

Полное отсутствие эмоций в ответах Эллиота заставило Морган содрогнуться.

– Он держится так… отстраненно, – сказала она.

Шериф развернул монитор обратно к себе.

– Никаких угрызений совести, – констатировал он.

– И ни следа человечности, – заметил Ланс.

Морган потерла руки.

– Похоже, единственное, что его действительно волнует – это как бы не потерять веру в то, что ему говорит брат.

– Может быть, ему просто необходимо верить в том, что Дерек не убивал Кэндис, – добавил Ланс.

– Надеюсь, его не признают невменяемым. Тело Дерека покрыто шрамами, на ноге ожог, очень похожий на клеймо на бедре Челси. Руки и ноги порезаны, и, похоже, он сам нанес себе эти раны.

Шериф почесал затылок.

– Родители кажутся вполне нормальными людьми. Они отказываются даже предполагать, что их сыновья могли совершить какие-то преступления, но подтвердили, что братья всегда были очень близки. Дерек плохо учился. Эллиот помог ему окончить школу. С другой стороны, Эллиот был непопулярен среди ребят из-за своей неряшливости, его частенько поколачивали, а Дерек всегда его защищал. Мистер Пагано рассказал историю о том, как Дерек побил соседского хулигана, который издевался над Эллиотом. Мистер Пагано попытался не придавать этому случаю большого значения, но оказывается, Дерек столкнул паренька с эстакадного моста, и тот сломал обе ноги. Официальных записей нет, но я уверен: если мы как следует покопаемся в их детстве, непременно найдется какой-нибудь учитель, который припомнит немало инцидентов с участием братьев Пагано.

– Видимо, оба страдают какой-то формой психопатии, – сказала Морган. – Но для того, чтобы их признали психически невменяемыми, они должны быть вообще не способны отличить, что правильно, а что нет. Эллиот и Дерек слишком холодны и расчетливы. Они предприняли все меры, чтобы Дерека не поймали. Они четко понимали, что его действия незаконны. Просто им наплевать на всех, кроме себя.

– Будем надеяться, что судья и присяжные придут к такому же мнению, – произнес шериф, откидываясь на спинку стула.

– В чем обвинят Эллиота? – спросила Морган.

– Во всем, что сочтет нужным окружной прокурор.

Глаза шерифа гневно сверкнули.

– Этот ублюдок знал уже в субботу, где находится Челси. Он мог ее спасти. Вместо этого он позволил своему брату мучить ее целую неделю…

Шериф замолчал, явно пытаясь взять себя в руки.

– Я нашел протокол вскрытия Кэндис Пагано. Ее машина упала с крутого обрыва. Прежде чем рухнуть, машина перевернулась в воздухе несколько раз. Будучи не пристегнутой, она покувыркалась достаточно для того, чтобы изначальная травма головы не угадывалась под многочисленными повреждениями. Дереку повезло, что машина загорелась. В ее сумочке, которая вылетела из автомобиля, нашли флакон с запрещенным оксиконтином, и в ее крови обнаружили тот же препарат. Она принимала его каждый день. Не знаю, удастся ли выяснить, была ли она жива, когда ее сажали в машину, но у нас есть признание. Криминалисты вовсю работают дома у Дерека. В мастерской, где он чинил свой велосипед, нашли металлический знак бесконечности такого же размера, как и клеймо на бедре у Челси. Контейнер выглядит точно так, как она описывала. Там повсюду отпечатки пальцев Челси и Дерека. А еще для смазки велосипеда он использует особое масло с характерным запахом. Челси тут же узнала этот аромат.

Шериф помолчал.

– Дерек Пагано теперь долго не выйдет из тюрьмы. Если нам повезет, он вообще оттуда не выйдет. Надеюсь, и Эллиота надолго упекут за решетку.

– И я на это надеюсь.

Морган потянулась. Вся мерзость этого дела давила на нее. Все, чего ей сейчас хотелось – это обнять своих детей.

– Сегодня утром я говорил по телефону с бывшей девушкой Дерека. Она рассталась с ним, потому что он ее просто довел. Читал сообщения на ее телефоне, контролировал, с кем она общается, и так далее. В результате она так устала от него, что, когда ей предложили работу в Лондоне, тут же радостно согласилась. Она боялась возвращаться.

Шериф пожал руки Морган и Лансу.

– Спасибо за помощь.

Видно было, как трудно ему произнести такие слова.

Морган поверить не могла, что Эллиот сидел напротив и так искусно лгал им, прекрасно зная, где находится Челси. А Челси тем временем избивали и прижигали. Эллиот мог бы предотвратить ее страдания, но он этого не сделал. Как можно быть таким бессердечным?

– А что там с братьями Бернс? – спросил Ланс, выходя из конференц-зала.

– Джерри перевели из хирургического отделения, но нам пока не разрешают его допрашивать. Это неважно, мы на все сто уверены в том, что они похитили Карен Митчелл и убили Сару Бернард. Собаки нашли еще два тела в национальном парке, это при том, что они еще не все прочесали. Территория там большая. Мы не знаем, сколько еще женщин было убито.

Как будто три – это мало.

Когда Ланс и Морган покидали здание, на небе сияло теплое ласковое солнышко.

Морган подставила лицо солнечным лучам.

– Как хорошо!

– Надеюсь, и братья Барнс, и братья Пагано попадут в холодные сырые камеры, – ответил, прищурившись, Ланс.