Два шпиона в Каракасе - Мойзес Наим

В “Ла Куэву” для Прана каждый день доставляют самые лучшие блюда – от свежеиспеченных кукурузных лепешек и пабельона по-креольски^[32] до самых разнообразных гастрономических изысков, изобретенных в других странах. Одно из правил, которым он неуклонно следует, – питаться хорошо, но не забывать при этом и о здоровье. Его мощный мозг – это работающая без перебоев машина. Пран вечно занят обдумыванием новых амбициозных проектов и постепенно вытравил из памяти первые нищие годы своей жизни. Он не желает знать, что там, снаружи, на улицах и мусорных свалках миллионы людей, чтобы выжить, должны искать подпорченные продукты и спорить из-за них с бродячими псами.

Пран не знаком с доном Сегундо, крестьянином, который потерял все, что имел, несколько месяцев назад, когда правительство национализировало “Агрикола Канариас”. И дон Сегундо тоже не знаком с Праном. Но истории их жизней сходятся в одной точке, и эта точка – просроченные продукты.

Стараясь добыть хоть что-нибудь съестное для своей больной жены, дон Сегундо, не пожелавший просить подаяние на улице, начал наведываться на одну из муниципальных свалок, расположенных за чертой города Пуэрто-Кабельо в штате Карабобо. Там, кстати, находится самый важный порт страны.

Как-то раз – этот день завсегдатаи свалки вполне могли бы счесть для себя праздником – они сделали довольно неприятно пахнущую находку – целый ряд полузарытых в землю грузовых контейнеров, в которых содержались мясо домашней птицы, говядина, сухое молоко и так далее, но все это сильно подпорченное. Дон Сегундо находке порадовался и принес домой целый большой пакет еды, рассудив, что кое-что из содержимого контейнеров все-таки еще годится в пищу. Другие “счастливчики” стали распродавать свои трофеи знакомым. Результаты праздничной трапезы были печальны. Многих, включая сюда и жену дона Сегундо, пришлось срочно доставлять в местные больницы. Несколько человек вскоре от отравления умерли. Но эти трагические истории не достигли ушей Прана, хотя именно ему, справедливости ради, следовало бы первым узнать о том, какие результаты имела его последняя великая затея – государственная компания Petroalimentos, которая была основана под покровительством Чавеса для распределения продовольствия по низким ценам среди самых бедных.

Новая компания стала под громкие лозунги о продуктовой независимости страны импортировать огромное количество продуктов, купленных на полученную от продажи нефти валюту.

– Не должно быть ни одного голодного венесуэльца! – кричал Уго в своей программе, а присутствующие в студии зрители, все до одного в красных футболках, дружно вставали и горячо ему аплодировали.

Одновременно президент отдал распоряжение установить железный контроль за тем, какое количество долларов и другой иностранной валюты может обменять с разрешения правительства каждый гражданин страны и каждое частное предприятие или государственное учреждение, а также разработал механизмы распределения продуктов – бесплатно или по сниженным ценам. Отныне не только частный сектор будет производить, хранить и продавать их. Отныне правительство будет импортировать продукты питания и открывать тысячи складов по всей стране. Между тем частные фирмы начинают запаздывать с поставками и снижают их объемы, так как правительство задерживает или вовсе не дает им доллары, необходимые для оплаты того, что приходится закупать за границей – начиная с упаковочного картона и кончая пшеницей для выпечки хлеба, а также запасными частями для оборудования.

И снова оппозиция заявляет: “Стратегия президента стране ничего хорошего не принесет: он национализирует крупные агропромышленные предприятия и доводит до банкротства частных производителей”.

Уго отвечает:

– Самое мощное оружие массового уничтожения из всех существующих на планете – это голод. А почему в мире существует голод? Из-за вас, капиталистов, из-за того, что вы эксплуатируете других. Из-за того, что сильные мира сего стали врагами народов планеты.

Один из ближайших друзей министра Вилли Гарсиа занял теперь высокий пост в PDVSA и руководит закупкой продовольствия для компании, получившей название Petroalimentos. Друг выполняет прямые указания чиновника, назначенного тем же Вилли Гарсиа, а значит, и самим Праном. Все дело сводится к широкомасштабной противозаконной операции, на которую правительство выделяет валюту, устанавливая льготный обменный курс доллара – гораздо ниже рыночного. На эти дешевые доллары закупается и завозится в страну огромное количество продуктов питания, чтобы восполнить падение их местного производства. Эти продукты, купленные на дешевые доллары, следует продавать тоже по очень низким ценам или, что предпочтительнее, раздавать даром тем, кто в них больше всего нуждается. Но еще предпочтительнее – раздавать их тем беднякам, которые доказали свою преданность Чавесу и его правительству.

Проблема заключается в том, что люди, получающие дешевые доллары, не являются настоящими импортерами продовольствия, иными словами, в их планы не входит завозить его в страну в соответствующих объемах и соответствующего качества. В реальности многие из них импортируют уже испорченные продукты, выдавая их за годные к потреблению. Таким образом на руках у них оседают миллионы полученных по дешевке долларов – полученных от правительства.

“От продуктового бизнеса – к бизнесу обменному” – так определил суть этой хитроумной операции Пран. В ней участвовали также судовладельцы, подчиненные Аугусто Клементи. Тому самому Клементи, который не так давно помог Чавесу справиться с забастовкой нефтяников, а теперь действовал под покровительством купленных им высокопоставленных военных. И главным среди них был талантливый, амбициозный и с каждым днем все более влиятельный генерал Гонсало Хирон.

“Импортеры” ни в малой степени не были заинтересованы в том, чтобы продавать потребителям ввозимые продукты. Мало того, стараясь замести следы, они отправляли десятки контейнеров с приобретенным продовольствием прямо из порта прибытия на устроенные ими тайные мусорные свалки. Но тайными эти свалки оставались до поры до времени, поскольку от многих тонн испорченной еды очень быстро по всей округе начинала распространяться такая вонь, что скрыть ее источники было уже невозможно.

Моника Паркер решила рассказать в своей программе и об этом, что вызвало сильное возмущение и раздражение наверху.

– Народ голодает, а продукты, купленные правительством за границей, гниют, – комментировала Моника кадры с горами выброшенного продовольствия.

Президент сделал вид, что удивлен тем, что происходит “у него за спиной”, и пообещал наказать виновных, не подозревая, что в этом грязном бизнесе участвуют Пран и Вилли Гарсиа. Но никакие меры приняты так и не были. Пран и министр финансов умели всякий раз повернуть дело таким образом, чтобы никакие меры не принимались.

Разоблачив миллионные траты на закупку продуктов, которым не суждено было попасть к потребителям, Моника лишь поставила под удар телеканал, на котором работала. Отец был прав, когда предупреждал ее, что власти покарают непокорных.