Обладание - Тасмина Перри

Было уже начало одиннадцатого, когда мы въехали в Куинс-парк. Я по-прежнему чувствовала себя напряженной и неудовлетворенной; день выдался на редкость странным, он потребовал от меня слишком много душевных сил, и мне нужна была сигарета, чтобы успокоиться. Курить я уже почти бросила, и мне не хотелось, чтобы Мартин видел меня такой, но в свободной спальне Клэр был французский балкон, и я уже представляла, как открываю дверь, закуриваю и смотрю на тлеющий в темноте оранжевый огонек.

– Мне нужно кое-что купить, – сказала я, когда «Ауди» свернула на Солсбери-роуд. – Можешь высадить меня здесь.

– Я не собираюсь высаживать тебя неизвестно где, да еще в темноте. Где ты хочешь найти работающий магазин в такое время?

– По-моему, возле вокзала есть небольшой супермаркет. Припаркуйся на боковой улочке, и я заскочу туда.

В супермаркете оказалось на удивление много покупателей. Посетители пабов и пассажиры метро заходили сюда с одной целью: купить сигареты и алкоголь для импровизированных вечеринок или тихих, скорбных полуночных посиделок.

Я с удовольствием расхаживала между рядами под флуоресцентными лампами, вновь чувствуя себя нормальным человеком, который живет нормальной жизнью. Я купила пачку «Мальборо лайтс», которую сунула в сумочку, баночку кока-колы и упаковку жевательного мармелада, чтобы замести следы. Надо же, веду себя, как опытная преступница-рецидивистка.

Выйдя из супермаркета, я заметила на другой стороне улицы ресторан Доминика и остановилась, чтобы рассмотреть его. Он сиял огнями, а свободных столиков не было. Пожалуй, вложения Клэр в последний гламурный проект Доминика все-таки должны принести свои плоды. Я увидела, как оттуда рука об руку вышли две парочки, смеясь и переговариваясь. Но за их спинами показался еще один человек, который натягивал пальто и поднимал воротник на ходу. Сердце у меня упало, когда я узнала Доминика: я-то надеялась проскользнуть к Клэр домой незамеченной, а потом насладиться нелегальной дозой никотина. Но теперь Доминик вернется туда раньше меня и усядется в гостиной или на кухне: мне не удастся избежать ни его самого, ни его недоброго взгляда.

Однако Доминик почему-то не повернул налево, к своему дому. Он зашагал в противоположную сторону и скрылся на тихой жилой улочке, где припарковался Мартин. Странно.

Подождав, пока он не растворится в темноте, я перебежала через дорогу, петляя между машинами, и вернулась к «Ауди».

– Купила все, что нужно? – поинтересовался Мартин, запуская мотор.

– Развернись и поезжай в ту сторону, – сказала я, поворачиваясь на сиденье.

– Что?

– Я увидела кое-что… кое-кого. Мне нужно знать, куда он собрался.

Пожав плечами, Мартин повиновался. Когда наши фары осветили улицу, я стала высматривать Доминика, но его нигде не было видно. Он или вошел в один из домов, или же сел в какой-нибудь припаркованный автомобиль.

– Поезжай помедленнее, – прошептала я, и «Ауди» поползла по улице, как улитка.

Впереди справа виднелся серебристый хэтчбэк, свет в салоне которого был включен, а на передних сиденьях угадывались силуэты двух человек.

– Что происходит? – спросил Мартин, но я его не слушала.

Улица была темной, что дало мне возможность заглянуть в автомобиль, когда мы проезжали мимо. Парочка целовалась, но тут мы миновали их, и больше я ничего не могла разглядеть.

– Разворачивайся, – сказала я, когда Мартин доехал до конца улицы. – Поезжай обратно, быстрее.

С негромким вздохом Мартин развернулся в три приема и двинулся обратно той же дорогой. Серебристый хэтчбэк приближался к нам.

– Притормози. Пусть они проедут, – распорядилась я, и «Ауди» послушно замерла на месте.

Хэтчбэк с ревом пронесся мимо, и мне даже не понадобился свет уличного фонаря над головой, чтобы разглядеть на переднем пассажирском сиденье Доминика. За рулем была женщина: молодая и светловолосая. Красивая.

– Может, скажешь наконец, что здесь происходит?

Несколько мгновений я не могла вымолвить ни слова. Меня душил гнев, я думала о Клэр, преданной и такой доверчивой, покорно спонсирующей бесконечные прожекты Доминика, нужные ему исключительно для поднятия собственной самооценки; о Клэр, терпеливо ожидающей его дома.

– Это был Доминик, – негромко проговорила я. – Муж Клэр. Он целовался с блондинкой в той машине.

– Насколько я понимаю, та блондинка – не Клэр?

– Я не очень хорошо ее рассмотрела. Но я точно уверена, что она – не Клэр.

– Однако, – сказал Мартин, выразительно взглянув на меня. – И ты по-прежнему хочешь, чтобы я высадил тебя возле ее дома?

Немного поразмыслив, я кивнула. Клэр всегда приходила ко мне на помощь, а теперь сама нуждалась в моей поддержке, пусть даже пока и не догадывалась об этом.

Мартин поцеловал меня на прощание, а я вставила ключ в замок, терзаясь страхом и дурными предчувствиями. В доме Клэр царили тишина и полумрак, свет горел лишь в гостиной. На кофейном столике лежал триллер в бумажной обложке и стояла кружка, в остальном же никаких признаков жизни внизу не наблюдалось. Я тихонько поднялась на второй этаж. Дверь в хозяйскую спальню была приотворена, и я разглядела под пуховым одеялом крепко спящую Клэр. Часы показывали половину одиннадцатого; для субботнего вечера она легла слишком рано, и я устыдилась того, что не вернулась пораньше, дабы составить ей компанию.