Мыс Иерихон - Мэг Гардинер

Я быстро выехала в машине Марка с подъездной дорожки на шоссе. В зеркале заднего вида было видно, что Марк и Джесси отъехали со стоянки на «мустанге». Джесси за мной не поехал, а подал «мустанг» задом в кустарник рядом со своей подъездной дорожкой и выключил свет. Я повернула за угол и увидела, что мимо железнодорожного переезда на бешеной скорости мчится поезд. Мигали сигнальные огни, и звенел колокол. Шлагбаум был опушен. Я остановилась и ожидала. Если Шон был на другой стороне, то мне следовало действовать очень быстро. Я молила Бога, только бы у него не было оружия.

Простучал мимо тормозной вагон. Несколько секунд колокол и световые сигналы продолжали действовать. По другую сторону путей у противоположного шлагбаума виднелся дальний свет только одной фары.

Это был «сузуки» Пи-Джея, и ехал на нем Шон.

Шлагбаум поднялся. Я опустила стекло. Включив первую передачу, я рванула через пути. Поравнявшись с Шоном, я высунула из окна руку и помахала ею Шону.

— Можешь не беспокоиться, дурачок! Деньги будут все мои! — крикнула я.

Шлема на нем не было. Так что даже в темноте по его смазливой физиономии можно было видеть, насколько он удивлен. Я надавила на газ.

У машины Марка был достаточно мощный мотор, но у нее не было того, что мне в тот момент было нужно больше всего, — хорошего ускорения. Я перешла на более высокую передачу и посмотрела в зеркало заднего вида: Шон разворачивал мотоцикл, чтобы поехать за мной.

С трудом справляясь с головным телефоном, я позвонила Джесси.

— Он у меня на хвосте. Едет на мотоцикле Пи-Джея.

— Мы едем.

Дорога была темной. Мимо пролетали придорожные деревья.

— Через минуту я выеду на наклонный въезд на автостраду.

— Мы только что переехали железнодорожные пути.

Деревья поредели. Я проехала гостиницу «Мирамар». Дорога изгибалась. Впереди была эстакада, проходившая над автострадой сразу же после знака «Остановка обязательна». Посмотрев в зеркало заднего вида, я убедилась, что вышла из поля зрения Шона, выключила дальний свет, притормозила и, свернув на подъездную дорожку, заглушила двигатель. Теперь стало слышно, как по дороге едет мотоцикл. Я задержала дыхание.

В зеркале было видно, как мотоцикл проезжает мимо меня. Потом Шон притормозил перед знаком остановки, повернул на эстакаду и медленно ехал по ней, словно высматривал поверх ограждения, куда я пропала. Потом он исчез из виду. Я высунула голову из окна, пытаясь услышать «сузуки».

В головной телефон я сказала:

— Он за мной не поехал. Но куда он двинулся по автостраде — в северном направлении или остался в Сан-Исидоро и направляется в сторону гор, — я не знаю.

Я включила заднюю передачу и, выезжая задом с подъездной дорожки, прокрутила на месте колеса.

— Эй! — прокричал Джесси мне в ухо.

Было видно, как он промчался мимо меня. Он срезал угол у знака остановки и стремительно выехал на автостраду, направляясь на север.

— Я уверен на девяносто процентов, что он поехал к побережью, — сказал Джесси, — но ты поезжай по Сан-Исидоро. На всякий случай. — В телефоне послышался голос Марка. — И Дюпри говорит, что его машина бежит быстрее, если ты хочешь опередить его.

Я ехала по ночной дороге Сан-Исидоро мимо дубовой рощи, направляясь в сторону гор. На перекрестках я задерживалась, чтобы посмотреть, нет ли на этих дорогах Шона.

Джесси сказал по телефону:

— Готово. Мы его видим.

Я затормозила.

— Он едет в северном направлении по Сто первому шоссе. Дорога достаточно запружена транспортом, и мы хорошо прикрыты. А теперь посмотрим, не выведет ли он нас на Тоби.

Я развернулась в три приема и поехала в обратном направлении вдогонку Джесси.

— Может быть, пора звонить Лили?

— Нет.

Мы мчались по автостраде. Чтобы догнать Джесси, мне пришлось делать восемьдесят миль в час. К десяти часам мы уже ехали по Голете. Шон гнал мотоцикл по автостраде. Мы следовали за ним, прикрываясь за другими машинами. Поворачивали, подъезжали к нему, отставали, чтобы он ничего не заподозрил. Проехали торговый центр города, а потом еще долгие мили пригородов, которые постепенно перешли в сельскую местность. Шоссе начало извиваться, обходя холмы, овраги, каньоны, поросшие эвкалиптами, большие ранчо, где на склонах холмов пасся скот, а из садов пахло лимонами. На машину обрушивались удары ветра. Транспортный поток поредел до минимума.

Я ехала в ста ярдах позади «сузуки». Джесси — еще в ста ярдах позади меня. Я то и дело связывалась с ним по телефону.

— Дорога становится совершенно пустой.

— Есть всего несколько пунктов между тем местом, где мы сейчас находимся, и мысом, где он может свернуть. Приотстань от него, если начинаешь нервничать.

— Мы не можем потерять его.

Мы въезжали в открытую сельскую местность. Справа от меня небо загораживали горы, а слева до самого горизонта простирался океан. Тьму прорезали появлявшиеся время от времени огни расположенных у берега нефтеналивных пирсов. Мы миновали пляж Эль-Капитан и Рефухио. Проехали мимо грунтовых дорог, которые вели к пещерам и прибрежным обрывам. Миновали едва заметную дорогу, которая вела через лесистые участки к нефтеперегонному заводу. Потом пересекли по мосту каньон Тахигуас.