Богохульство - Дуглас Престон

– Толпа ненормальных! – Уордлоу ткнул в главный монитор охранной системы. – Все орут!

Хазелиус оторвал взгляд от визуализатора. На большом экране монитора отображалась закрытая зона. Толкавшиеся на ней люди размахивали ножами, топорами, винтовками и зажженными факелами.

– Забираются на лифтовую башню!

– О Господи! – Хазелиус вытер лицо рукавом и прокричал: – Кен, сколько у нас времени?

– Сверхпроводимость неисправного магнита может нарушиться в любую минуту, – так же громко ответил Долби. – И тогда нам крышка. Если пучки рассеются и прорвутся сквозь вакуум, то прогремит взрыв.

– Серьезный?

– Скорее всего да. Сказать наверняка не могу – подобного еще не случалось. – Он взглянул на один из экранов своего блока. – Харлан! Добавь энергии!

– Мы и так уже на ста десяти процентах! – воскликнул Сен-Винсент.

– Добавь еще, – сказал Долби.

– Если напряжение отключится, то нам конец.

– Давай рискнем.

Харлан Сен-Винсент ввел команду.

– Что делать с толпой? – проревел Уордлоу. – Они сжигают ангары и ВПП!

– Сюда им не проникнуть, – спокойно ответил Хазелиус.

– Они спускаются вниз на веревках.

– Все равно мы в безопасности.

На экране монитора бунтовщики карабкались вверх по лифтовой башне. Камеру затрясло, изображение перекосилось, что-то хлопнуло, и монитор погас.

– Грегори, надо выключить «Изабеллу», – сказал Долби.

– Еще пять минут, Кен.

Челюсть Долби подрагивала. Он без слов уставился на руководителя.

– Всего лишь пять минут, умоляю! Похоже, мы общаемся с Богом, Кен. С самим Богом!

На лице Долби, влажном от пота, дернулся мускул. Молча кивнув, он отвернулся к своему блоку управления.

– А чему в этой новой религии, которую ты нам предлагаешь, – произнес Хазелиус, – станут поклоняться люди? Есть в ней что-либо такое, что вызовет священный восторг и благоговение?

Форд не без труда принялся читать ответ – по визуализатору пошли помехи.

«Я предлагаю вам задуматься о той Вселенной, какая она есть на самом деле. Она столь же прекрасна и так же может вызвать трепет, как идея о Боге, выдуманная религиями. Только вообразите: сто миллиардов галактик, одинокие горящие островки, точно начищенные монеты, светятся в космическом пространстве. А оно немыслимо огромное. Человек не в состоянии представить себе, что подобное возможно. И эта Вселенная – лишь малая часть всего существующего. Вы населяете крошечную синюю точку в бесконечном небесном пространстве. Но и эта точка беспредельно дорога мне, ибо она неотъемлемая составляющая целого. Поэтому-то я и явился к вам. Если желаете, поклоняйтесь мне и плодам моих трудов. Только не молитесь какому-нибудь племенному божеству, выдуманному воюющими друг с другом скотоводами тысячи лет назад».

Долби, плотно сжав губы, смотрел на визуализатор широко распахнутыми глазами. По его лицу стекали ручейки пота. Хазелиус не сводил с визуализатора жадного взгляда.

– Еще. Расскажи что-нибудь еще.

– Загорелись аварийные лампочки. – Спокойный голос Сен-Винсента задрожал от тревоги. – Напряжение на пределе.

«Попытайтесь разглядеть мой лик при помощи своих научных приборов. Ищите меня в необъятном космосе и в электроне. Я Бог глубин времени и пространства, Бог сверхскоплений и пустот, Бог Большого Взрыва и расширения Вселенной, Бог темной материи и темной энергии».

Центр управления затрясло сильнее прежнего. Запахло горящей проводкой.

На экранах камер, расположенных в районе ВПП, отображались неистово пылающие ангары. Толпа окружила вертолет. Спецназовец отчаянно стрелял из М-16 поверх голов, пытаясь отпугнуть бунтовщиков. Летчик готовился поднять машину в воздух.

– Откуда взялись все эти люди? – в ужасе глядя на мониторы, надрывно произнес Иннс, перекрикивая вой «Изабеллы».

«Наука и вероисповедание не могут сосуществовать. Одно рано или поздно уничтожит другое. Сделайте так, чтобы победила наука. В противном случае ваша синяя точка исчезнет…»

– Компьютеры перегреваются! – воскликнул Эдельштайн.

– Еще минуту! – проревел Хазелиус. Он вновь повернулся к визуализатору и надсадно спросил: – Что же нам делать?

«С помощью моих слов вы одержите победу. Поведайте миру, что здесь случилось. Скажите, что на связь с человечеством вышел Бог. В первый раз. Да-да, в первый раз!»

– Это какое-то безумие! – вскрикнул Уордлоу, пристально наблюдавший за тем, что отображалось на его экранах.

Толпа обстреливала вертолет и закидывала камнями. Солдат продолжал стрелять поверх голов. Кто-то бросил на бетон перед вертолетным носом бутылку с горючей смесью. Вспыхнуло пламя. Солдат стал палить по беснующейся толпе. Вертолет оторвался от земли.

– О Боже… – пробормотал бледный как мел Уордлоу.

Несмотря на потери и кровь, толпа плотнее обступила вертолет, продолжая обстреливать его бронированную обшивку.

«Вы избранные и проводите мир в будущее. Какое будущее вы предпочтете? Ключи в ваших руках…»

В вертолет со всех сторон полетели «коктейли Молотова», и его поглотило пламя. В ночное небо поднялся огромный огненный шар. На асфальт посыпались горящие части, и в считанные секунды воспламенилась вся вертолетная площадка. Солдат, охваченный огнем, выпрыгнул из вертолета и упал на пылающий бетон.

– Нет, просто не верится… Они взорвали вертолет!

Хазелиус, будто прикованный к визуализатору невидимыми цепями, не обратил на слова Уордлоу никакого внимания.

– А тут что! Вы только посмотрите! – Уордлоу ткнул пальцем в один из экранов. – Они столпились у входа в Бункер! Убивают солдат!