Сумка с миллионами - Скотт Б. Смит

Как только я представил себе собаку брата, со мной произошло нечто странное. Прямо там, сидя в кабинете у Карла, с чашкой кофе и надкушенным пончиком в руках, у меня вдруг совершенно неожиданно родился новый план. Я понял, что надо делать.

Я отвернулся от окна и посмотрел на полку, где хранилось оружие.

– А вы не могли бы одолжить мне ружье? – спросил я.

Карл удивленно посмотрел на меня и переспросил:

– Ружье?

– Пистолет.

– Зачем тебе пистолет, Хэнк?

– Я решил убить пса Джекоба.

– Ты что, хочешь его застрелить?

– Он так и не смирился со смертью Джекоба. Он страдает. Знаете, он стал очень агрессивным, и я боюсь за Аманду. – Я замолчал, потом добавил: – Он один раз уже укусил Сару, – соврал я.

– Сильно?

– Достаточно для того, чтобы она испугалась. Теперь мы держим его в гараже.

– А почему бы тебе просто не отвезти его к ветеринару? Питер Миллер усыпит тебе пса.

Я сделал вид, что обдумываю это предложение, потом покачал головой и сказал:

– Нет, Карл, я должен сделать это сам. Пес был лучшим другом Джекоба. И если уж я решил, что его надо избавить от мучений, я хочу сделать это сам.

– Ты когда-нибудь стрелял собак?

– Я вообще ни разу не стрелял.

– Хэнк, это очень неприятное зрелище. Одно из самых ужасных, поверь мне. На твоем месте я бы отвез пса Питеру.

– Нет, – твердо ответил я. – Я потом буду мучиться и думать, что поступил неправильно.

Карл нахмурился.

– Я только на один день возьму пистолет. Я все сделаю сегодня днем и к вечеру верну оружие.

– Ты хоть знаешь, как стрелять?

– Я надеюсь, вы покажете мне.

– Ты просто хочешь вывезти его куда-нибудь в поле и там застрелить?

– Я хочу сделать это на месте, где была ферма родителей. Там же я и похороню его. Думаю, Джекоб выбрал бы это же место.

Шериф немного поразмыслил:

– Думаю, что могу одолжить тебе пистолет на один день.

– Я был бы очень благодарен за помощь, Карл.

Шериф встал и посмотрел на полку, выбирая для меня оружие.

– Тебе нужен пистолет? – спросил он.

Я кивнул и поднялся, чтобы лучше рассмотреть оружие на полке.

– Может, вон тот? – показал я на один пистолет, который лежал в правом углу. Он был похож на те, которые полицейские носят в кобуре.

Карл достал ключ, открыл застекленную дверцу и достал пистолет. Потом он снова сел за стол, открыл ящик, достал коробочку с пулями и показал, как заряжать пистолет.

– Надо поместить пули в барабан, защелкнуть его и нажать на курок. Только не резким движением, а плавно.

Предупредив об этом, шериф отдал мне пистолет.

– Он перезаряжается автоматически. Предохранителей нет. Вот патроны.

Я аккуратно разложил патроны перед собой на столе.

– Это мой старый пистолет, – добавил Карл.

Я держал пистолет в руках. На ощупь он был маслянистым и холодным.

– Он такой же, как тот, что вы носите сейчас?

– Да, правильно. Только этот постарше, наверное, он даже старше тебя. Мне его выдали, когда я только заступал на службу.

Я положил пистолет и патроны на край стола. Патроны оказались меньше, чем я ожидал. Они были с серебряным покрытием и конусообразными серыми головками. Смотря на них, я подумал о том, что эти патроны совсем непохожи на патроны от ружья. Они были такие маленькие, что, на первый взгляд, ими нельзя было причинить никакого вреда здоровью. По сравнению с патронами от ружья эти казались мне совсем игрушечными. Я взял один патрон в руку.

– Наверное, надо будет сначала потренироваться пару раз, – заметил я.

Карл посмотрел на меня.

– Может быть, дадите мне еще несколько патронов, на всякий случай.

– Сколько? – спросил Карл.

– А сколько патронов помещается в барабан?

– Шесть.

– Тогда дайте мне еще четыре, пожалуйста.

Карл достал четыре патрона из коробочки и перекатил их по столу ко мне. Я собрал их в руку.

Посмотрев в окно, я увидел, что к магазину подъехал Том Батлер. Он стоял у своей машины и что-то доставал из салона.

– Том приехал, – быстро сообщил я и небрежно посмотрел на часы. Было без пяти девять. – Я вернусь минут через двадцать. Подождете?

– Не торопись, Хэнк. Мы подождем, сколько нужно.

Я пошел к двери, но Карл окликнул меня.

– Стой, – сказал он. Я обернулся. Карл протянул руку и произнес: – Дай-ка пистолет.

Карл высыпал пончики из бумажного пакета на стол. В нем осталось три пончика – два с пудрой и один шоколадный. Шоколадный пончик покатился к краю стола и упал на пол. Я наклонился и поднял его.

Высыпав пончики, Карл начал заворачивать пистолет в бумажный пакет.

– Его нельзя мочить, – пояснил он.

Я кивнул и взял пистолет. Пакет, в который Карл завернул его, был розово-белого цвета. Голубыми буквами на нем было написано «Пончики от Лизи».

– Будь осторожен, ладно? – добавил Карл. – Что-то у меня на сердце совсем неспокойно, боюсь, что ты сам можешь пораниться, а это ни к чему.

– Я буду осторожен. Обещаю, – ответил я.

Когда я вышел на улицу, я увидел агента Бакстера. Он только что подъехал и уже выходил из машины. Я остановился и подождал, пока он подойдет.

Бакстер шел прямо, гордо подняв голову. Дождь его, кажется, абсолютно не смущал. Он смело шагал по лужам, даже не смотря под ноги. Я внимательно разглядывал этого мужчину, стараясь найти сходство с Верноном Боровски. Как мне посоветовала Сара, я попытался включить воображение и представить его с бородой и густыми длинным волосами. Но на все это у меня была всего пара секунд, потому что уже через несколько мгновений он подошел ко мне. Я смутился и отвел взгляд.

– Доброе утро, мистер Митчелл, – произнес он.

В его присутствии я вдруг почувствовал некоторое беспокойство, а потом меня охватила паника. Он был одет точно так же, как и вчера, – темный костюм, пальто, черные блестящие ботинки. Перчаток на руках не было. Бакстер по-прежнему излучал уверенность. Рядом с ним я, одетый в старые джинсы, фланелевую рубашку и куртку, которая была мне немного велика, ощутил себя каким-то провинциалом, только что вернувшимся с полей.

Приступ паники прошел так же быстро, как и появился. Я набрался смелости и еще раз внимательно посмотрел на человека, стоящего передо мной. Его коротко подстриженные волосы намокли под дождем, лицо тоже. Я довольно долго смотрел на него, потом подумал о том, что эта его уверенная походка, твердое рукопожатие, умение держаться ничего не значат. Я видел, что мужчина замерз и чувствовал себя некомфортно. А когда он увидит самолет, он вообще растеряется.