Похищенный - Бернардин Кеннеди

— Это очень не похоже на Шелдона, — задумчиво проговорила Джессика. — Он всегда был одержим идеей иметь множество детей — просто-таки целый выводок маленьких Паттерсонов.

— Мне кажется, что на него оказала влияние мать. Это она сказала ему, что…

Но София не успела договорить. Джесс, как ненормальная, вскочила со своего места и бросилась к ней через всю комнату. Она подбежала к Софии и склонилась над молодой женщиной так, что до лица перепуганной испанки оставалось буквально несколько дюймов.

— Допустим, — процедила Джесс. — Но только не думай, что я стану тебя жалеть. Ты, как змея, вползла в мой дом и в мою семью. Ты разрушила ее и помогла этому негодяю забрать у меня сына. Если бы у меня сейчас был пистолет, я застрелила бы тебя, не моргнув глазом. Ты самая настоящая эгоистка и порядочная стерва!

Глаза Софии наполнились слезами.

— И не стоит плакать, — хищно оскалилась Джесс. — Ты заслуживаешь того, что с тобой случилось. На все сто процентов.

Барри взял Джесс за руку и отвел ее в сторону:

— Я понимаю, что вы чувствуете, но сейчас я хочу, чтобы вы с Сарой оставили нас с Софией наедине. Я хочу поговорить с ней с глазу на глаз.

— Нет, ничего у вас из этого не получится. Вам не удастся отделаться от меня. Понятно я говорю, Барри?! Я хочу знать все! Я хочу найти Си-Джея! — Джесс перешла на крик, и остановить ее было невозможно.

— Я не хочу разговаривать с вами! — рыдала София. — Я ни с кем не хочу говорить. Я ухожу. Вы не имеете никакого права так обращаться со мной. Это Шелдон во всем виноват, а не я. С меня хватит, я ухожу!

— Ах ты, сучка! Если бы ты сразу сказала, где вы прячетесь, а не пыталась меня шантажировать, а бы сейчас уже вернула себе сына. Поэтому, нет, моя дорогая, никуда ты теперь отсюда не уйдешь, — прорычала Джесс, и Барри пришлось удерживать ее, так как она снова рванулась в сторону Софии.

— Вы не посмеете задержать меня! — Девушка вскочила с дивана и направилась к выходу. — Я позову полицию. Вы не можете меня силой удерживать здесь!

— Ну-ну, — усмехнулась Джесс, — Пригласи сюда полицию, и тебя тут же арестуют за шантаж.

— Джесс! Сара! Оставьте меня с Софией! Это уже никуда не годится! — не выдержал Барри и так посмотрел на мать и дочь, что они поняли: он говорит вполне серьезно. — Я не шучу, — словно в подтверждение добавил адвокат. — Вы хотите отыскать Си-Джея или нет?

— Да, я хочу его найти. Что еще за дурацкий вопрос?

— Тогда уходите отсюда! Немедленно!

А в это время Шелдон в очередной раз проводил вечер с Антонио в одном из ночных клубов Майами. Это был какой-то особенный клуб, где выступали лучшие танцовщицы города, а вход разрешался только избранным клиентам. Антонио, разумеется, оказался одним из них. И когда длинноногие загорелые девицы в золотистых стрингах начали свое выступление, Антонио тут же принялся разбрасывать деньги, словно праздничное конфетти.

Шелдону поначалу показалось странным, что простой консультант фирмы по финансовым вопросам может иметь столько денег и так небрежно обращаться с ними. Правда, эта мысль мучила его недолго, и скоро опьяневший американец уже перестал обращать внимание на своего приятеля.

Одна танцовщица особенно понравилась Антонио, и тот преподнес ей целую пачку долларов лишь за то, чтобы она помахала своей явно силиконовой грудью перед его носом. Затем, к величайшему удивлению Шелдона, девушка исполнила весьма соблазнительный танец и перед ним. Она наклонилась к нему так близко, что несчастный Паттерсон был вынужден отхлебнуть порядочную дозу своего крепкого напитка, прежде чем сумел по-настоящему расслабиться, дабы полностью насладиться искусством танцовщицы.

Ее идеальное тело вибрировало и покачивалось в такт музыке. Девушка подходила к Шелдону все ближе. Однако он знал, что в этом клубе строжайше запрещено прикасаться к танцовщицам. Малейшее нарушение правил — и вся компания, включая и всесильного Антонио, тут же с позором вылетит на улицу.

Но красотка продолжала приближаться к нему, пока не очутилась от Шелдона в каком-то дюйме. Через полусомкнутые веки она посмотрела на мужчину и соблазнительно провела язычком по своим губам.

На следующее утро, еще не открывая глаз, Шелдон ощутил невероятную, раскалывающую боль, которая начиналась где-то в макушке и волнами распространялась по всему телу. Одним словом, он испытывал жуткое похмелье, которое даже не с чем было сравнить.

Следующей деталью, которую суждено было узреть несчастному Шелдону, едва он разлепил глаза, стала та самая блондинка-танцовщица из клуба, которой он восхищался накануне вечером. Она сидела в кресле у окна, закутавшись в огромный банный халат, который оказался ей явно велик, и пристально смотрела на Шелдона.

И последнее, но тоже немаловажное открытие, сразившее Шелдона наповал, заключалось в том, что американец находился в чужой спальне.

Его охватил тихий ужас. Шелдон вынужден был признаться себе в том, что он совершенно ничего не помнил о вчерашнем дне. Он продолжал неподвижно лежать в кровати, боясь шелохнуться, и теперь старался тщетно напрячь память.

— Что случилось? — Шелдон вдруг почувствовал, что с ним произошло что-то очень нехорошее.

— Ты меня изнасиловал, — хладнокровно констатировала танцовщица. — Ты меня изнасиловал, — повторила она и презрительно добавила: — Грязное животное!

— Ничего подобного! Я даже не помню, как добирался сюда. Где я?

— Не вздумай отнекиваться, идиот! Ты пригласил меня сюда, чтобы выпить по стаканчику, а сам накинулся, как ненормальный, и изнасиловал. — Девушка вскочила с кресла и принялась так быстро говорить, что Шелдон не успевал за ходом ее мыслей. Она всячески обзывала несчастного гуляку, упрекала во всех смертных грехах и угрожала.

Угрозы. Несмотря на пульсирующую боль, Шелдон все же смог сообразить, чем все это пахнет, и его снова охватил самый настоящий ужас. Ему стало плохо в самом прямом смысле. Выпав из кровати, он, спотыкаясь, влетел в ванную, где его благополучно вывернуло наизнанку. Споласкивая рот, он окинул взглядом шикарную ванну, отметив со вкусом подобранный ассортимент шампуней, гелей для душа, пены и солей для ванн, сложенных в корзине на мраморной подставке, и догадался, что находится, скорее всего, в очень дорогом отеле.

Девушка начала барабанить в дверь:

— Не пытайся спрятаться от меня. Если ты сейчас же не выйдешь, я позову полицию.

Шелдон удивился, почему она не сделала этого до сих пор, раз уж ее, как она утверждает, изнасиловали. Почему она сидела в кресле все это время и терпеливо ждала, пока он проснется?

Шантаж. Вот и весь ответ. Одно это слово уже пугало Шелдона. Он решил, что нужно срочно звонить Антонио.

— Я, разумеется, тебя не насиловал. Это самая настоящая подстава — нутром чую. Хочешь раскрутить меня на бабки? Ничего не получится. Зови полицию, валяй, и мы посмотрим, что у тебя из этого выйдет. Они тут же отправят тебя на проверку, и все станет ясно.