День исповеди - Аллан Фолсом

Он, как наяву, слышал свои слова. «Ты только закончи школу, ладно? — требовательно произнес он. — Тогда я приеду и увезу тебя отсюда. Я тебя здесь не оставлю. Обещаю».

Это было не просто обещание, а подтверждение того союза, который они заключили несколько лет тому назад, после того как смерть унесла их сестру и отца, а мать сделала страшную ошибку, чересчур поспешно выскочив замуж, — помочь друг другу развязаться с этой жизнью, с этой семьей, с этим городом и никогда сюда не возвращаться. Это был обет. Присяга. Братская клятва.

Но получилось так, что он не сдержал своего слова. И хотя они никогда не заговаривали об этом — и о том, что обстоятельства переменились настолько, что Дэнни поступил в морскую пехоту на следующий же день после окончания школы, — Гарри знал, что причиной их многолетнего отчуждения послужило то, что он не приехал, как обещал. Он дал слово и не сдержал его, и Дэнни так и не простил ему это. Что ж, теперь он выполняет свое обещание. В конце концов он все же приехал за братом.

10.25

Еще один взгляд на холм.

Улица все так же темна и безлюдна. И тротуары по обеим сторонам. Елены нет.

Внезапно тишину нарушил приглушенный звук мобильного телефона. Гарри тревожно вскинулся, оглянулся, пытаясь понять, откуда он исходит. И лишь потом сообразил, что это его собственный сотовый телефон, лежащий в бардачке, куда он его положил, когда отправился с Еленой в пещеру, к Дэнни.

Телефон немного позвонил и смолк. Потом зазвонил снова. Гарри протянул руку, открыл крышку и достал телефон.

— Да… — негромко произнес он, помня, что лишь один человек на свете знает, как его найти.

— Гарри…

— Адрианна?

— Гарри, где ты?

В ее голосе слышались настойчивость и любопытство. Ни намека на теплоту или какие-то дружеские чувства. Это был деловой звонок. Она вернулась к своему первоначальному плану, в котором были заинтересованы она сама и Итон, — поговорить с Дэнни первыми, пока он не успеет что-либо рассказать другим.

— Гарри?

— Я слушаю.

— Твой брат с тобой?

— Да.

— Скажи мне, где вы.

10.30

Быстрый взгляд вдоль улицы. Елены как не было, так и нет.

— А ты где, Адрианна?

— Здесь, в Белладжио. В «Дю Лак». Том самом отеле, где ты до сих пор числишься постояльцем.

— Итон с тобой?

— Нет. Он едет сюда из Рима.

Внезапно на холме из-за угла ударил свет фар машины, направлявшейся вниз. Полицейские на мотоциклах. Двое. Они ехали медленно — свет редких фонарей поблескивал на шлемах, — разглядывая стоявшие у обочин автомобили. Они искали его и Дэнни.

— Гарри, ты меня слышишь?

Гарри почувствовал, как Дэнни рядом с ним пошевелился. Господи! Дэнни, только не это! Не то, что случилось в пещере!

— Скажи мне, где ты. Я приеду за тобой.

Дэнни опять пошевелился. Полицейские были совсем рядом. Им оставалось проехать всего несколько метров…

— Гарри, проклятье! Говори! Скажи, где ты…

Щелк!

Гарри захлопнул крышку телефона и нагнулся, навалившись на Дэнни, чтобы его не было видно через стекло, молясь про себя, чтобы ничто не нарушило тишину. И тут же где-то под ним вновь зазвонил телефон.

Адрианна пыталась добиться своего.

— Боже! — беззвучно выдохнул Гарри.

Звонок был громким. Резким. Он звучал так, словно шел через усилитель. Беспомощно извиваясь, Гарри пошарил рукой, пытаясь нащупать телефон в темноте. Но тот запутался в складках рубашки где-то между ним, Дэнни и сиденьем. Высвободив руку, Гарри попытался приглушить звук своим телом. Оставалось лишь надеяться, что полицейские не услышат его даже в ночной тишине.

Миновала вечность, прежде чем звон прекратился. И вновь наступила тишина. Гарри хотел выглянуть, убедиться, что полицейские уехали, но не смел. Он отчетливо слышал биение своего сердца. Пульсацию крови в сосудах.

Внезапно в стекло резко постучали. Гарри весь похолодел. Он чувствовал, что не в состоянии двинуться. Стук повторился. Громче.

В конце концов Гарри, перепуганный, покорившийся судьбе, медленно поднял голову.

На него смотрела Елена. А рядом с ней стоял священник, державший за ручки инвалидное кресло на больших колесах.