Реликвия Времени - Ральф Макинерни

После того как Кросби доложил о случившемся Игнатию Ханнану, а тот переключил его на Лору, он рассказал Лоури и епископу Сапиенсе о предложении обеспечить Трэгера юридической помощью.

— Не совсем то, что мы ожидали, — заметил Лоури. — Нас перехитрили.

Сапиенса нахмурился.

— Конечно, Мигель — негодяй худшего типа; это когда человек считает, что борется за великое дело.

— О чем вы с ним беседовали?

Сапиенса уронил голову:

— Он сказал, что хочет исповедаться.

— И он вам исповедался?

— Мои губы запечатаны.

Помощь, которую мог бы оказать епископ, была действенно нейтрализована лицемерной набожностью Арройо.

— Однако это вовсе не означает, что я не могу отправиться вместе с вами. Куда отвезли Трэгера?

Потребовалось какое-то время, чтобы это выяснить. Полиция штата долго не хотела признаваться в том, что понятия не имеет, где Трэгер. Его забрали федералы. Федералы? И, чувствуя себя дураком, Кросби вспомнил двух верзил в штатском, которые отвели Трэгера к машине. Он повернулся к Лоури;

— Нас снова обошли.

Через пятнадцать минут Кросби позвонил возбужденный сотрудник полиции штата. Нашли машину, на которой увезли Трэгера. Она была брошена у автомойки.

— Куда его могли увезти?

Кросби гнал прочь мрачные предположения, упрямо лезущие в голову. На протяжении нескольких недель Трэгер выставлялся бывшим сотрудником ЦРУ, ставшим на путь преступления. Для всех, кто был связан с этим делом, такое определение буквально вешало на спину Винсента круг с мишенью.

— Мне нужно позвонить.

— А, Кросби, — протянул Дортмунд. — Я ждал от тебя новостей.

— Вы знаете, что здесь произошло?

— Милый мой мальчик, я уже много лет как выпал из обоймы.

Кросби начал было излагать все то, что уже рассказал Лоре.

— Да, да, — перебил его Дортмунд. — Значит, Трэгера выкрали?

— Это могли сделать наши люди?

— Можно сказать и так. Я разговаривал с Винсом.

— Где он? Куда его везут?

— По всей видимости, эти люди предположили, будто Трэгеру известно, где это находится. То, что все ищут.

— Он ничего не сказал относительно того…

— На место преступления, — усмехнулся Дортмунд. Кросби захотелось дожить до такого же возраста, как он, чтобы находить в этих словах что-то забавное.

— На место преступления, — повторил старик. Несомненно, это означало поместье дона Ибанеса в Напа-Вэлли.

* * *

Сделав звонок, Кросби объявил о том, куда направляется. Он смутился, когда епископ Сапиенса дал ему свое благословение. Уилл поспешно перекрестился. Казалось, он уходил на бой. По дороге на юг Кросби высадил Лоури в Пало-Альто.

— У букинистического магазина, Уилл. «Лавка древностей». У меня есть еще час-другой, перед тем как приступать к приготовлению ужина.

* * *

Дорога, по которой ты уже ездил, может казаться как длиннее, так и короче, в зависимости от обстоятельств; но шоссе номер 101, по которому Кросби в последнее время приходилось разъезжать постоянно, казалось вдвое длиннее, чем было на самом деле. Транспортный поток вечернего часа-пик не позволял расслабиться; страсти бушевали на каждом, даже самом плавном изгибе асфальтовой полосы. Как и следовало ожидать, Уилл старался просмотреть заново события прошедшего дня в надежде избавиться от ощущения собственной глупости. Раз Трэгер связался с Дортмундом, он знает, что Кросби не подставлял его в Санта-Ане. Но у Дортмунда очень своеобразное чувство юмора. Как ему, должно быть, весело наблюдать за этими событиями из безопасной гавани дома престарелых!

Прежде чем свернуть в долину, Уилл поймал себя на том, что проголодался; и как только он пустил в голову эту мысль, его желудок завел разговор сам с собой. Но даже так Кросби пожалел о тех минутах, которые потребовались ему, чтобы свернуть к «Макдоналдсу» и, не выходя из машины, взять пакет с богатой холестерином едой. Вернувшись на шоссе, он жадно набросился на жареную картошку.

Кросби никак не мог взять в толк, как отнестись к брошенной машине, обнаруженной на автомойке; однако разумно было предположить, что его собственная машина также известна. Как выяснилось, он уже успел порядком подрастерять свою былую остроту чувств, а сейчас ему приходилось иметь дело с действующими агентами управления. Как давно они следили за его передвижениями? Судя по всему, достаточно, чтобы он привел их к епископу Сапиенсе. Хотелось надеяться, что от прощального благословения будет хоть какой-то толк.

Дортмунд не изъявил особого желания откровенничать, когда Кросби спросил у него, куда забрали Трэгера двое спасателей из Конторы. Если их можно было назвать спасателями. Ему нравился Винс. Как было хорошо снова работать вместе с ним. Кросби вспоминал долгую дорогу до Покателло, явившуюся следствием того, что он побывал на балу на долговременной стоянке в аэропорту и пустился в погоню за «Хаммером» с убийцами. Несомненно, Трэгер высоко оценил его действия. Похоже, этим Кросби искупил то, как постучал ключами в стекло машины Винсента на стоянке под Сент-Луисом, тогда, несколько недель назад.

— «Отлично сработано, Трэгер».

Кросби поморщился. Эти его слова, сказанные лежащему на земле Винсу, раненому и скованному наручниками, сейчас казались дешевкой. Простит ли его Трэгер, когда тот повторит их еще раз?

* * *

Проезжая через городок Пината и приближаясь к мотелю «Тореадор», Кросби подумал было о том, чтобы свернуть к нему и снять номер. На самом деле больше всего ему сейчас хотелось проспать непрерывно часов двенадцать. И начать завтра утром, посвежевшим и полным сил. Однако нельзя предоставлять Винса Трэгера его судьбе, какой бы она ни была.