Игра 14.0 - Урсула Познански

Георг и Ральф осторожно направились в окутанный мраком угол пещеры; им приходилось продвигаться на ощупь.

— Мы найдем их. Всё будет хорошо. — Пауль слегка отстранился от Сандры. — Как ты вообще сюда попала? Что случилось?

— Я не знаю. Я спала, потом припоминаю какую-то боль… словно ударили по голове. И потом я очутилась здесь. Темно, тут было так темно…

Айрис отошла от Бастиана и присела на корточки рядом с Сандрой.

— Ты никого не видела?

— Нет.

— Только слышала?

Сандра кивнула.

— Как звучал его голос? Такой вялый, монотонный? Словно говорящий после каждого слова обдумывает, как продолжить фразу?

Сандра посмотрела на Айрис, вытаращив глаза. Снова покачала головой, поначалу слегка, потом всё резче.

— Нет. Не такой. Скорее, какой-то древний. Дребезжащий. Мертвый.

Никто не изумился, все понимающе закивали.

Черт побери еще раз, этого не может быть. С другой стороны, не так уж и тяжело запудрить мозги перепуганной девчонке.

— Сто к нулю в пользу Тристрама, — раздосадованно шепнул Бастиан вернувшейся к нему Айрис. — Скоро я сам начну верить в эту чепуху.

Хотя…

— Ну и странные привычки у Тристрама, — сказал он. — Там, наверху, где всё залито светом, он пишет нам, что здесь, внизу, спокойно поговорит с нами. Доро? Ты можешь это объяснить?

— Да, — донесся с лестничной площадки ее тихий голос. — Он говорит с нами. Всегда. Однако в темноте его лучше слышно.

— Спорить с ней о чем-то вообще не имеет смысла, — подвела черту Айрис и, прищурив глаза, смерила взглядом Сандру. — Слушай, неужели тебе совсем не хочется пить?

— Что? Ну, нет. Если только немного. Но там, внизу, к счастью, было чуть-чуть воды…

Она указала в сторону ямы, где неясно вырисовывались контуры какого-то кувшина.

— Кто-то принес это тебе? Боду?

— Да. И еще пару яблок, кусок хлеба… но мне страшно хочется есть.

— Ну, тут-то мы тебе ничем не можем помочь.

— Я безумно тревожился за тебя, Сандра, — сказал Бастиан, взял ее за руку и крепко пожал.

Впервые она посмотрела ему прямо в глаза и даже немного отстранилась от Пауля, словно чувствуя за собой вину.

— Он знает, — заметил Пауль. — Он знает всё, даже то, что я подослал тебя к нему, чтобы вы познакомились. И… — Он опустил голову, провел рукой по глазам. — …Случилось кое-что похуже. Мы никогда не сумеем вывести его из подземелья.

— Что? Почему?

Никто не ответил ей, даже Доро. Скоро все опять один за другим перейдут на ее сторону, это лишь вопрос времени. Сандра сказала: «Пока не добьется нужного» — но никто не расспросил ее, что это значит.

Но Сандра будет на моей стороне, она меня сюда заманила. Они вместе с Паулем всё это придумали, и Пауль не допустит, чтобы она на меня ополчилась. Если бы не она, я бы сидел сейчас за письменным столом и зубрил.

Квартира, учеба, профессиональные планы — вся его настоящая жизнь сейчас была так далека отсюда, что порой ему не верилось, что это всё действительно было и действительно с ним, а не с кем-то другим.

Развеяться. Он сам этого хотел, не так ли?

Ну уж нет, ответил он сам себе. Нет. Не так.

Чьи-то слабые крики отвлекли его от размышлений. Натан и Георг просили о помощи.

Варце сидел на дне почти такой же ямы, загороженной решеткой. Яма располагалась в дальнем конце пещеры; она была глубже, чем та, в которой оказалась Сандра. Варце с трудом поднялся на ноги; он был слаб и простужен.

— Не думал я, что снова когда-нибудь вас увижу. — Он протер глаза тыльной стороной ладони. — Ребята, я так рад. Спасибо, что вы нас искали.

— Ты хоть пил что-нибудь?

— Да. Немного, но мне хватало. Один или два раза кто-то приносил свежую воду, обычно когда я спал. Однажды я заметил его; конечно, заговорил, но он не ответил. Опять почти бесшумно исчез. Словно призрак.

— О нет, — простонал Бастиан. — Пожалуйста, не рассказывай об этом Доро.

— Долго я тут, внизу, пробыл?

— Три дня примерно.

Пауль решительно спрыгнул в яму, чтобы поддержать друга, когда тот будет карабкаться наверх.

Они приподняли Варце и вытянули его из ямы. От него исходил ужасный запах, что было неудивительно, раз он столько дней просидел без туалета. Карина брезгливо отвернулась, а Бастиан никак не мог понять, почему же Сандра выглядела такой чистой и пахла вполне сносно. Справедливости ради, Варце пробыл под землей дольше, чем она.

Теперь, при свете факела, они увидели, что левая половина его лица как-то странно окрашена. Бастиан осторожно прикоснулся к его скуле, и Варце тут же отшатнулся.

— Нет, пожалуйста.

— А что случилось?

— Если б я знал. Я был в лесу. Первое задание, помнишь? Отправился искать дьявольские камни, но их нигде не было, зато начал грохотать гром и пошел дождь. — Он шмыгнул носом. — Я нашел классное укрытие — громадную скалу, которая, словно крыша, высилась среди леса. Хотел переждать там непогоду, но потом… не знаю, что случилось. Должно быть, кто-то сбил меня с ног. Я очнулся уже в полной темноте, сперва подумал, что ослеп. Стал звать на помощь. Но меня никто не слышал.

Он запнулся.

— А где именно мы находимся?

— В бывшей темнице замка, — пояснил Георг. — Ты еще помнишь легенду? Мы именно в этом замке.

— Да уж, просто фантастика. — Варце слегка покачнулся, схватился за плечо Бастиана и криво усмехнулся. — Я уж думал, что помер, если бы только не эта адская головная боль. Вокруг тьма стояла, понимаете? Всегда. Тьма. — Он содрогнулся всем телом. — Потом я подумал, что ослеп. И вдруг, целую вечность спустя, здесь объявился Ларс, и я взвыл от радости. А потом и Сандра тоже. Они оба успокаивали меня, хотя им тоже было не сладко. Если б мы не переговаривались друг с другом…

Бастиан осторожно потрогал лоб Варце. Нет, жара не было.

— Ну, первый выезд для тебя выдался обалденно улетным, правда? — усмехнувшись, добавил Варце. — Готов поспорить, что ты всё иначе представлял.

— Конечно, — Бастиан судорожно сглотнул комок, подступивший к горлу, хотя во рту у него всё давно пересохло. — Я, впрочем, рассчитывал, что выжить мне все-таки удастся.

— Что?

Георг подтолкнул Варце в сторону, по направлению к лестнице, где ждала Доро.

— Об этом поговорим позже.

Ральф и Натан тем временем не сидели без дела. Они отыскали Ларса, который пребывал в поразительно хорошем расположении духа. Он и выглядел почище, чем Варце.