День рождения мертвецов - Стюарт Макбрайд

— Мы говорили только о стоянии со свечами в знак скорби. Мы, естественно, добавим Кети к…

— Вы его закрыли или нет?

Помощник начальника полиции стряхнул с брючины пушинку:

— Я был весьма опечален, констебль Хендерсон, услышав информацию о вашей дочери. Но я также несколько озабочен тем, что случилось с этим… — Он вопросительно поднял бровь в сторону Смита.

— Ноа Маккарти, сэр.

— Спасибо, сержант. Он написал заявление. Утверждает, что вы напали на него и хотели выбросить с балкона четырнадцатого этажа?

— Да пошел он. — Я уставился на Вебера. — Стивен Уоллес.

Вебер вздохнул:

— Я отправил все патрульные машины на улицу — искать Кети, вся дневная смена…

— Какого черта вы его не арестовали?

Помощник шефа полиции напрягся еще сильнее:

— Потому что, констебль, мы не «закрываем» людей без ордера, а ордер мы не можем получить без достаточных оснований.

— Доктор Макдональд сказала, что он четко подходит под психологический профиль!

— Доктор Макдональд еще вчера в подгузниках ходила, констебль. — Драммонд встал. — Прокурору требуется нечто большее, чем заявление вашего маленького доктора, для того чтобы начать арестовывать людей. — Он взял со стола фуражку и сунул подмышку. — А сейчас, с вашего позволения, у меня совещание с шефом. Детектив-сержант Смит примет ваши объяснения по поводу неприятного случая, произошедшего сегодня утром. Надеюсь на ваше самое непосредственное сотрудничество.

Помощник начальника полиции задержался у дверей, чтобы похлопать меня но плечу.

— Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы вернуть вашу дочь. — С этими словами он вышел из комнаты.

Хорошо, что я сдержался и не переломал ему все пальцы на этой чертовой руке.

Смит медленно поднялся со стула. Улыбнулся:

— Почему бы нам не пройти в какое-нибудь более удобное место?

Комната для допросов номер три воняла грязными ногами и капустой.

Детектив-сержант Смит стучал пальцами но крышке стола, ожидая, когда в видеомагнитофоне перестанет жужжать пленка.

— Вот так, значит, криминальный отдел Олдкасла дела делает, а? Избивает подозреваемых до полусмерти?

— Я уже сказал вам, что произошло. Дважды сказал. — Подвинулся вперед. Стул так и остался на своем месте, прикрепленный к полу четырьмя громадными болтами. Не то что стулья по другую сторону стола, там, где сидят офицеры полиции. — Вам повторить раздельно или вы оглохли немного?

Стоявший за мной констебль хрюкнул. Попытался превратить это в кашель.

— У вас какие-то проблемы, констебль Доусон? — Смит прищурился, под длинным острым носом сжались тонкие губы.

— Что-то в горло попало, сэр.

Доусон — он был в том списке, который Сабир прислал по электронной почте, когда мы были в Шетлэнде.

Я повернулся:

— Тим, не так ли?

— Да, шеф. — Улыбнулся, обнажив полный рот кривых зубов — неплохо смотрелось вместе с перебитым носом и торчащими ушами.

Смит уставился на плитку подвесного потолка:

— Сколько раз мне говорить? Констебль, к детективам-констеблям не обращаются…

— Это вы пробивали по базе данных семьи жертв Мальчика-день-рождения, так ведь?

— Да, пару раз. — Моргнул. — А что?

Смит стукнул костяшками пальцев по потрескавшейся поверхности стола:

— Хватит, констебль. Детектив-констебль Хендерсон, вы представляете, какие увечья вы нанесли Ноа Маккарти? Он…

— А для чего вы проводили этот поиск?

— Не знаю, шеф. Думаю, но приказу кого-то из старших офицеров… Да, точно! Помощник начальника полиции приказал мне это сделать для него.

— Констебль! Это серьезное расследование жалобы на жестокое обращение полиции, а не какой-нибудь кружок вязания.

Я достал мобильный телефон и позвонил Хитрюге Дейву — тот тоже был в этом списке. Задал ему тот же самый вопрос.

— Драммонд гребаный, кто же еще. Этот накрахмаленный урод никогда не делает грязную работу. А что?

Я закончил разговор и набрал еще пару номеров, пока детектив-сержант Смит сидел, выпучив глаза, на другой стороне стола и переливался всеми возможными оттенками розового цвета.

Все, кого я обзвонил, обвиняли во всем помощника начальника полиции Драммонда.

Смит грохнул рукой по крышке стола:

— Офицер Хендерсон, я вынужден…

— Допрос закончен в пятнадцать тридцать две. — Я сполз с привинченного к полу стула и встал. Взял куртку. — Спасибо, Тим.

— Офицер Хендерсон, допрос не закончен до тех пор, пока я не… Офицер Хендерсон!

Я захлопнул за собой дверь.

— …подождать. Нет! У него совещание, и вы не можете туда пройти! — Никола встала из-за стола, но я, не останавливаясь, прошел мимо нее в кабинет помощника шефа полиции Драммонда. — Офицер Хендерсон!

Кабинет был громадный — стены, обшитые деревянными панелями, куча мебели из тика, большой темно-красный ковер и окна, выходящие на парк Кэмберн. Ни одного шкафа для хранения документов, ни одной маркерной доски.

Драммонд стоял, заложив одну руку за спину, в другой держал большой бокал с виски. На мертвенно-бледном лице играла довольная ухмылка.

— Что за дела?

За мной топала Никола, вся из себя мятый кардиган и ярко-красный лак для ногтей.

— Простите, сэр, он оттолкнул меня и прошел…

На драммондовском кожаном диване сидел, скрестив ноги, седой мужчина в темно-синем костюме.

— Волнения в рядах, Гари? — Его загорелое лицо освещала покровительственная улыбка, а в кончиках пальцев рук он тоже держал хрустальный бокал с виски.

Краска бросилась в лицо Драммонду.

— Питер, это детектив-констебль Хендерсон. Хендерсон, это лорд Форсис-Левен.

Мужчина встал с дивана, выпрямился и протянул для рукопожатия руку;

— Искренне ваш член Парламента Шотландии. — Улыбка слетела с его лица. — Я слышал о вашей дочери по радио, мне ужасно жаль. Если я могу что-нибудь сделать для вас, не стесняйтесь.

— Можешь на хрен пойти.

Его глаза полезли на лоб.

— О-о…

Никола дернула меня за рукав:

— Офицер Хендерсон, ну, пожалуйста, давайте я сделаю вам хорошую чашку…

— Вы! — Я ткнул пальцем в Драммонда. — Все это время мы пытались выяснить, откуда Мальчику-день-рождения становится известно, куда посылать поздравительные открытки. Выясняется, что единственным местом, где можно узнать все детали о семьях жертв, является национальная полицейская база данных.