Убегай! - Харлан Кобен

Он хотел уже открыть дверцу машины, как услышал ее голос:

– Эш?

Это было сказано таким тоном, что он замер. Посмотрел на нее. Она указала подбородком вперед. Потом достала телефон и показала ему фотографию с сайта компании «Управление частными капиталами».

– Это же он, тебе не кажется? – спросила она.

Эш посмотрел. Ну да, без вопросов, в здание входил Саймон Грин.

– Кто это с ним?

– Хочешь, угадаю? Корнелиус.

Ди Ди кивнула.

– Сдается мне, Эш, резать мы никого не будем.

– Это точно.

Она бросила быстрый взгляд на сумку с оружием, лежащую на заднем сиденье.

– Сдается мне, тут мы немного постреляем.

Рокко был таким гигантом, что привыкнуть к этому было не просто, и всякий раз, когда вы его видели, вы снова и снова поражались его размерам. Он расхаживал по квартире Корнелиуса с таким видом, что Саймону казалось, сейчас он услышит «фи-фай-фо-фам» – песенку из сказки «Джек и бобовый стебель»^[45].

Прищурившись, Рокко оглядел полки с книгами.

– Корнелиус, и ты все это прочитал? – спросил он.

– Да. И тебе стоит попробовать. Чтение развивает эмпатию.

– В самом деле? – Рокко взял с полки книгу и пролистал ее. – Ну что, мистер Грин, принесли пятьдесят тысяч?

– А вы принесли информацию о моей дочери? – задал встречный вопрос Саймон.

– Нет.

– Тогда никаких пятидесяти тысяч.

– Где Лютер? – спросил Корнелиус.

– Спокойно, Корнелиус. Он совсем близко.

Рокко поднес к уху мобильник:

– Лютер?

Из мобильника донесся голос с металлическим тембром:

– Я здесь, Рокко.

– Стой на месте, – сказал Рокко. – У нашего друга денег нет.

– Деньги у меня есть, – ответил Саймон. – Не пятьдесят тысяч, но если то, что ты сообщишь, поможет мне найти дочь, получишь всю сумму. Даю слово.

– Даешь слово? – Рокко был великаном и смеялся по-великански. – И что, ты думаешь, я вот так прямо и поверил только потому, что вы белые и всем вам можно доверять?

– Нет, не поэтому, – сказал Саймон.

– Тогда почему?

– Потому что я отец.

– О-о-о! – Рокко пошевелил пальцами. – Думаешь, я впечатлен?

Саймон промолчал.

– Единственное, что меня сейчас впечатляет, это наличные, – добавил Рокко.

Саймон выложил пакет с деньгами на кофейный столик.

– Здесь почти десять тысяч, – сказал он.

– Этого мало.

– Это все, что я смог достать за такой короткий срок.

– Тогда до свидания.

– Да брось ты, Рокко, – вмешался Корнелиус.

– Мне нужно больше.

– Ты и получишь больше, – сказал Саймон.

Рокко покашлял, что-то нерешительно промямлил, но кругленькая сумма наличными на столике так и взывала к нему.

– Значит, сделаем так: у меня есть кое-что тебе сообщить. И немало. А потом мой человек, Лютер… Лютер, ты еще там?

– Да, – послышалось в телефоне.

– Отлично, оставайся на месте. На всякий случай, если они что-то учудят. Подстрахуешь. – Рокко сверкнул зубами. – Значит, когда я закончу, то скажу Лютеру, чтобы шел сюда, потому что у него тоже есть что сказать, и куда больше моего.

– Мы слушаем, – произнес Корнелиус.

Рокко взял деньги и сказал:

– У меня стопроцентно подтвержденные сведения, где видели Пейдж.

Сердце Саймона гулко забилось.

– Когда?

Рокко принялся пересчитывать купюры.

– Через два дня после того, как убили ее дружка. Похоже, твоя дочка какое-то время болталась где-то неподалеку. Может, пряталась, не знаю. А потом она уехала. На шестерке^[46].

Шестая авеню, подумал Саймон. Ближайшая станция метро.

– Мой человек в этом вполне уверен, – сказал Рокко, продолжая считать деньги. – Не наверняка. Но вполне. Зато другой мой парень, он убежден, что видел ее. Не сомневается.

– Где? – спросил Саймон.

Рокко закончил считать и нахмурился:

– Здесь меньше десяти штук.

– Завтра принесу еще десять. Где он видел Пейдж?

Рокко посмотрел на Корнелиуса. Тот кивнул.

– В Порт-Аторити.

– На автовокзале?

– Да.

– Как думаешь, куда она могла ехать?

Рокко кашлянул в кулак.

– Я вам вот что скажу, мистер Грин. Я сейчас отвечу на ваш вопрос. А потом Лютер – Лютер, будь готов, слышишь? – расскажет вам все остальное. Но за пятьдесят штук. И больше я торговаться не буду. Знаете почему?

– Перестань, Рокко, – сказал Корнелиус.

Рокко широко развел своими огромными руками.

– Потому что, когда вы услышите то, что скажет Лютер, вы отдадите нам деньги только за то, чтобы мы держали язык за зубами.

Глаза Саймона и Рокко встретились. Они, не мигая, смотрели друг на друга. И Саймон видел, что Рокко не шутит. То, что собирается ему рассказать Лютер, должно быть, чудовищно.

– Но сначала я отвечу на твой вопрос. В Буффало. Твоя дочь – и это подтверждено надежным источником – села на автобус до Буффало.

Саймон принялся лихорадочно соображать, кто из знакомых его или дочери живет в этом городе или поблизости. Ни одного имени в голову не пришло. Конечно, она могла сойти где-нибудь раньше, в любом месте к северу от Нью-Йорка, но он все равно никого не вспомнил.

– Лютер!

– Да, Рокко.

– Давай поднимайся к нам.

Рокко отсоединился. Потом улыбнулся Корнелиусу:

– Так это был ты, Корнелиус, так?

Корнелиус промолчал.

– Это ведь ты подстрелил Лютера.

Корнелиус продолжал молча смотреть на него. Рокко засмеялся и поднял руки.

– Ну-ну, ладно тебе, я ему ничего не скажу. Но тут есть одна штука, которую ты должен знать. У него были свои причины.