Хворый пес - Карл Хайасен

Клэпли изобразил понимающую улыбку.

– Вероятно, мистер Браун чересчур напрягается.

– Увидимся в субботу, Бобби. Устроим вечеринку, как раньше, да?

– Мне не терпится, крошка.

– Удач тебе с носорогом.

– Не беспокойтесь, – сказал Клэпли будущим двойняшкам Барби. – Лучше займитесь своими прекрасными волосами.

Когда Твилли Спри перенесли в патрульную машину, он был напичкан обезболивающими, что весьма пригодилось, поскольку Макгуин тотчас кинулся ему на грудь поздороваться.

Твилли пронзила боль, но он все же не отключился.

Сначала остановились у банка «Барнет», где Твилли снял со счета деньги. По случайности сумма почти доллар в доллар совпала с трехгодичным жалованьем лейтенанта дорожной полиции Джима Тайла. Это поразило даже бывшего губернатора.

– Наследство, – буркнул Твилли. – Дед, наверное, в гробу переворачивается.

Потом на выезде из Таллахасси остановились у представительства «Дженерал Моторс».

– Зачем? – спросил капитан.

– Нам нужна машина.

– Я в основном хожу пешком.

– А я – нет, – сказал Твилли. – Во всяком случае, не с дыркой в легком.

Диалог весьма позабавил Джима Тайла, а Твилли понял, что Клинтон Тайри привык верховодить.

– Можно называть вас «губернатор»?

– Лучше не надо.

– Тогда мистер Тайри? Или Сцинк?

– Ни так, ни этак.

– Хорошо, капитан. Я просто хотел поблагодарить вас за то, что вы сделали на острове.

– На здоровье.

– Я все думал, как вы там оказались?

– Весна позвала, – ответил Сцинк. – Ладно, давай подберем тебе колеса.

Помня о Макгуине, Твилли опять выбрал подержанный фургон «роудмастер», на этот раз темно-синий. Пока в закутке управляющего оформлялись бумаги, полицейский, капитан и здоровенный пес слонялись по салону, однако никто из продавцов не осмелился к ним подойти. На стоянке Джим Тайл полюбовался большим «бьюиком». Макгуин разлегся в заднем отсеке, Твилли расположился на переднем сиденье, а Сцинк – за рулем.

– Я совсем не хочу знать, куда вы намылились, – сказал полицейский, – но мне весьма интересно, губернатор, что сталось с пистолетом, который я тебе дал.

– Покоится в Мексиканском Заливе, Джим.

– Ты же не станешь мне врать?

– Я выбросил его из вертушки. Спроси у парня.

Твилли кивнул: так и было. Пилот мудро не задавал вопросов.

– А вот с мобильником – грустная история, Джим. Наверное, я обронил его в лесу. Придется великому штату Флорида купить тебе новый. Скажи губернатору Дику, я велел.

Джим Тайл обошел машину и наклонился к окошку Твилли.

– Надеюсь, вы понимаете, с кем едете.

– Понимаю.

– Он мой близкий друг, но вовсе не образец для подражания.

Сцинк вмешался:

– Очередное публичное заявление дорожной полиции!

– Я ищу лишь мира и покоя, – пожал плечами Твилли. – У меня все бренное тело болит.

– Тогда относитесь к этому легко. По-настоящему легко. – Полицейский вернулся к дверце водителя. Он явно был чем-то обеспокоен.

– Ну и размеры у этой штуковины, Джим! – сказал Сцинк.

– Ты давно последний раз сидел за рулем?

– Порядочно.

– Так. А права ты когда получил?

– Двадцать два года назад. Или двадцать три. А что? – Капитан беспечно барабанил пальцами по рулю. Твилли не сдержал ухмылки.

– Знаешь, что я сделаю? – спросил Джим Тайл. – Уеду прямо сейчас, чтобы не видеть, как ты выводишь этот корабль со стоянки. Иначе мне придется тебя остановить и выписать штраф.

У Сцинка озорно забегал глаз.

– Я его вставлю в рамочку, Джим.

– Окажи мне любезность, губернатор. Этот юноша уже прошел через одну дерьмовую круговерть и чуть не отдал концы. Не забивай ему голову безумными идеями.

– Да у него там уже места не осталось. Верно, малыш?

– Я перевернул лист, – невозмутимо сказал Твилли.

Полицейский надел солнечные очки и пробормотал:

– Все равно что с псом разговаривать.

Клинтон Тайри высунул руку и похлопал Тайла по плечу. Джим мрачно разглядывал форменный «стетсон» – Макгуин обгрыз поля шляпы.

– Повторяю, губернатор: я слишком стар для этих игр.

– Так и есть, Джим. Ступай домой к женушке.

– Я не хочу прочесть о вас обоих в газетах. Пожалуйста.

Сцинк сдернул с полицейского солнечные очки и приладил себе на нос.

– Отшельники-подельники! Это про нас.

– Прошу вас, будьте осторожны, – сказал Тайл.

Полицейский уехал, и «бьюик» вырулил на шоссе.

Твилли без сновидений плавал в кодеиновом забытьи. На подъезде к Лейк-Сити капитан его растолкал и возбужденно показал на мертвого кабана, лежавшего на обочине.

– Жратвы на две недели!

Твилли сел, протирая глаза.

– Почему остановились-то?

– Бережливый нужды не ведает.

– Если вы так любите бекон, позвольте, я куплю вам его в ресторане. Но будь я проклят, если разрешу затаскивать четыреста фунтов дохлой свинины в свой новый фургон. Без обид, капитан.

Сзади, скуля, заерзал Макгуин.

– Наверное, ему требуется отлить, – заключил капитан.

– Нам обоим, – сказал Твилли.

– Да нет, всем троим.

Все вышли из машины и направились в лесок. Экс-губернатор жадно глянул через плечо на сбитого кабана. Макгуин быстро обнюхал тушу и отправился исследовать кроличий след. Пусть пес немного погуляет, решил Твилли.

Потом они вернулись к машине, и капитан спросил, как Твилли себя чувствует.

– Одуревшим. Больным. – Твилли, кряхтя, забрался на капот. – И везунчиком.

Сцинк поставил ногу на бампер, стянул купальную шапочку и потер бронзовыми от загара костяшками отросшую на голове щетину.

– Нам нужно кое-что решить, командир, – сказал он.

– Моя мать сохраняла все газетные вырезки, когда вы исчезли. Едва появлялась новая заметка, мать читала ее вслух за завтраком, – стал вспоминать Твилли. – Отец чуть на стену не лез. Он торговал участками побережья.

Сцинк насмешливо присвистнул:

– Большие сделки. Еще, еще, еще.

– Отец говорил, вы вроде коммуниста. Дескать, кто против развития, тот против Америки.