Во тьме - Максим Шаттам

В глубине влажного каменного коридора, неприятно напоминавшего средневековый застенок, скрестив руки на груди, сидел изготовитель великолепных фальшивок. Свет развешенных по стене ламп отбрасывал на его лицо тени, отчего тонкая улыбка казалась еще более хитрой.

Бролен пытался прийти в себя.

Он много раз думал об этом, но каждый раз гнал эту мысль прочь, считая ее слишком безумной.

Каннибализм.

Боб продавал плоть своих жертв всем желающим, любителям новых ощущений, извращенцам или психам. Неожиданно те несколько слов, которые он обнаружил на клочке бумаги на складе, раскрыли свой истинный тошнотворный смысл:

«с Лукасом… продать Бобу или Малише Бентс во Дворе Чудес… кругу… посвященных».

Мысленно он стал представлять, как чернильные пятна становятся более четкими, правильными, приобретают очертания слов, заполняя пропуски. «с Лукасом, чтобы продать все это великолепие через Боба или Малишу Бентс во Дворе Чудес тесному кругу посвященных».

Лукас работал на бойне, он покупал мясо, хранил его в своем ангаре, потом упаковывал в пластик и отвозил на продажу. Могли ли быть среди его клиентов любители человеческой плоти?

Бролен смел все мысли в отдаленный уголок мозга.

— А этот Боб, вы знаете, как его зовут на самом деле или хотя бы как он выглядит? — спросил он.

— Здесь не то место, где обмениваются номерами телефонов, друг мой, и я не физиономист. Он довольно высокий, чуть нервозный, кажется, у него темные волосы. Настоящий Мистер-как-все. Эй, могу я узнать, к чему все эти вопросы?

Вместо ответа Бролен широко улыбнулся:

— Это личное, но будьте уверены: я храню в тайне источники информации, особенно когда за них приходится платить.

— Забавно, что это для вас имеет значение. Слушайте, я не так много знаю про Боба, но, если хотите, можете взглянуть на его почерк.

Прежде чем согласиться, Бролен добавил к первоначальной сумме еще сорок долларов.

Довольный продавец подделок залез под стол и стал копаться в двух пластиковых коробках, затем он вытащил почтовую открытку:

— Вот. Однажды он оставил мне это. Держите.

Бролен взял открытку кончиками пальцев. Старинная, сделанная в начале XX века черно-белая фотография: город и на переднем плане — мост с тележкой. На обороте тем же почерком, что и на открытке, найденной дома у Спенсера Линча, был написан короткий текст: «Привет, Эд, мне пришлось уехать раньше, чем предполагалось; если появится один из моих клиентов, скажи ему, что я вернусь в следующее воскресенье. Спасибо. Боб».