Ночной поезд - Эмили Барр

– Но ты даже не будешь меня хотеть, – сказала я ему. – Сейчас ты держишь меня при себе. Ты не думаешь, что уже слишком стар для этого?

Я почувствовала себя намного сильнее, поев принесенной пищи. Даже Леон не стал бы распылять измельченные транквилизаторы над едой в ресторане. Пиво ударило мне в голову.

– Тебе необходимо принять лекарство, – заметил он. – Это было грубо. Ты права: в некотором смысле пребывание вместе с тобой день и ночь – это не то, на что я надеялся. Но все изменится. Твоя кожа всегда была идеальной, а сейчас она… ну, да ладно, не буду жестоким. И твоя фигура. Она костлявая. И мы сможем откорректировать твое поведение, пока оно не станет правильным. Должен признать, я ожидал больше такта от тебя, моя милая. Чуть больше такта.

Леон смотрел на меня так, словно я должна попросить прощения. Я этого не сделала, что, видимо, доказало его правоту.

– В любом случае, – продолжил он, передавая мне две пилюли, – лучше прими вот это. Если ты запьешь их пивом, они поддержат в тебе чудесное спокойствие во время прилета и вылета из Сингапура. Я понимаю, что оказаться в Сингапуре для тебя непросто, но те дни далеко позади. Рэйчел давно нет, и жизнь продолжается.

Как жаль, что только он знал о моем контрабандном прошлом. Я чувствовала: Леон напоминает мне об этом только для того, чтобы держать в руках. Лучше бы он не дал мне в то время действительно хороший совет. Как жаль, что он единолично привел меня в чувство и показал, что я должна продолжать жить, несмотря ни на что. Мне отвратительно, что я стала его вечной должницей.

Голова под париком чесалась нещадно. Я хотела его снять. Но знала, что не могу. Я взяла две таблетки, положила их в рот, спрятала за щеку и притворилась, что проглотила вместе с глотком пива.

– Покажи.

Я широко открыла рот. Леон встал и направился ко мне. Я быстро проглотила таблетки – не запивая, что очень мучительно, – за секунду до того, как он подошел ко мне. Он сунул палец мне в рот, и я не сопротивлялась. Я даже его не укусила. Должно быть, мое поведение «корректировалось», как он предсказал.

– Хорошо, – сказал он. – Хотя я уверен, что ты проглотила их в последний момент. Мы дадим им несколько минут, чтобы они подействовали, а затем мне будет необходимо нанести визит в мужскую комнату. Ты оставайся с нашими вещами. Я тебе доверяю. Это проверка.

Я кивнула и сделала несколько глотков воды, чтобы смягчить горло, в котором словно остался кровавый след от проглоченных насухо таблеток.

– Итак. – Леон принял страдальческий вид. – Я тебе доверяю.

– Хорошо.

Он быстро удалился. Едва он исчез из виду, как я протянула руку к его борсетке и выхватила телефон. Он никогда прежде не оставлял меня вот так, одну, наедине со своими вещами, и я не могла использовать драгоценное время, чтобы побежать в туалет и вызвать рвоту.

Я не могу сделать звонок, потому что он тут же увидит его в своем списке звонков и прежде, чем кто-то появится, мы улизнем.

Я вошла в настройки, затем – в браузер «Сафари», в режим «инкогнито». Я собралась оставить сообщение в «Твиттере» десяткам тысяч своих подписчиков. Я сообщу подробности и буду надеяться, что достаточное количество их является журналистами, которые отнесутся к моим словам серьезно и кого-нибудь пришлют.

Однако я кликнула по иконке сообщений и нашла серию личных сообщений от Айрис. Сердце у меня замерло. Я быстро прочла все, затем ответила.

«Тоже в Краби. Прямо сейчас – в кафе на дороге в аэропорт, бар на крыше, жилье для пеших туристов, рядом с кофейней. Летим в Синг, сегодня вечером. Помоги».

Затем я написала общее сообщение такого содержания: «Помогите! Я жива, заложница. Лара». Я писала его в панике. Леон очень легко мог его заметить, поэтому я быстро стерла сообщение.

Я вернула телефон к обычным настройкам и положила его в сумку Леона. Когда он снова появился, я все еще стояла на ногах, поэтому подошла к ограждению и притворилась, что смотрю на сушащееся белье. Мои ноги начинало покалывать, и я чувствовала, что мозг отключается.

Я мешком повалилась на стул, перед глазами стоял туман. Я уже прошла ту точку, когда появляется желание пойти и вызвать рвоту. Все равно теперь было уже поздно. Я хотела спать. Леон заговорил со мной:

– Сыграем в скраббл, раз твои способности к тебе вернулись.

– Угу, – согласилась я и положила голову на стол. Как я могла это допустить? До меня дошло, что к тому времени, как я приду в полное сознание, я буду уже лететь в Дели. Я пропаду навсегда. Это величайшая ошибка, какую я могла совершить. Мне следовало извергнуть содержимое желудка прямо за ограждение вместо того, чтобы писать в «Твиттере».

Я сделала над собой сверхусилие, схватилась за живот и сказала:

– Туалет.

– Конечно, – кивнул Леон. – Мне знакомо это чувство. Иди. Хочешь, чтобы я тебя проводил?

Голова моя закружилась. Я попыталась сказать «нет», но он взял меня под руку, поднял и, крепко держа, повел к туалету.

Туалет был за углом, в конце гулкого коридора, у подножья лестницы.

– Я буду за столиком, – сказал он, – потому что вижу, ты никуда не убежишь.

Я заперла дверь и на минуту привалилась к белой стене.

Надо сфокусироваться. Нельзя отключаться.

Я сняла свой парик, опустилась на колени и извергла все из своего желудка, хотя и знала, что наркотик уже проник в кровь. Рвота не поможет мне почувствовать себя лучше, но, возможно, хоть немного смягчит действие лекарства. Я не привыкла к такой наполненности желудка, и грустно видеть, как карри выходит наружу, как содержавшиеся в нем грибы и горошек плавают на поверхности воды. Мне пришлось вызывать рвоту пять раз, прежде чем вышло все.

Я помыла руки, когда какой-то голос произнес: «Лара?»

Поскольку я находилась в прострации, то даже не вздрогнула от испуга. Я оглянулась и наконец заметила окно под потолком. Оно было без стекла, но забрано решеткой. Айрис находилась по ту сторону и, вероятно, стояла на чем-то, потому что окно высоко. Она внимательно смотрела на меня, и у нее была короткая стрижка. Мы больше не походили друг на друга.

– Эй, – сказала я ей. – Ох. Здравствуй.

– Боже мой, Лара. Ты здесь. Как только я прочла твое сообщение, я села в такси и описала водителю это место. Он сразу понял, что я имею в виду. Наверное, все дело в баре на крыше. Все его знают. Не могу поверить, что ты жива. Ты в порядке?

– Он дает мне таблетки. Я стараюсь их вытошнить. С этими я уже опоздала.

– Хорошо. Теперь слушай. Выходи отсюда, в задней части здания есть выход. Я буду ждать тебя там.

Я с трудом обдумывала это. Перед глазами все плыло.

– Он меня поймает. Я никуда не выберусь, а он меня схватит, и будет только хуже.

Чтобы произнести эти слова, мне потребовались все силы. То, что я увидела Айрис и поняла, что она меня нашла, помогало мне быть несколько более собранной при том количестве наркотика, что циркулирует в моем организме.