Последний проект - Майкл Ридпат

Один из остававшейся пары ключей прекрасно подошел. Я выдвинул нижний ящик, и мне в ноздри ударил сладковатый запах виски. В ящике хранились три бутылки «Джека Дэниэлза» – одна пустая, другая наполовину полная и третья еще не открытая. Может быть именно поэтому Арт держал стол на замке? Какая жалкая попытка сохранить свою тайну! Роясь в шкафу с файлами, я не ощущал никакого чувства вины, поскольку содержащаяся в них информация была собственностью компании. Но когда я заглядывал в стол, мне казалось, что я роюсь в чьем-то грязном белье, пятна от которого оставалась на моих руках.

Я толчком закрыл ящик и выдвинул следующий. Надо торопиться. В ящике оказались канцелярские принадлежности и старые календари.

Я выбрал самый свежий календарь и окаменел. В коридоре за дверью раздавались чьи-то шаги. Кто это? Даниэл? Дайна? Нет, это был тяжелый, размеренный шаг. Проклятие!

Арт распахнул дверь кабинета и, увидев меня, замер на пороге. Мой мозг принялся в бешеном темпе изобретать тысячи объяснений, но я их отверг. Меня схватили за руку, и врать не имело смысла.

– Какого дьявола ты здесь делаешь?! – несколько придя в себя, рявкнул он.

– Ищу информацию о «Био один», – плюхнувшись в кресло, нахально заявил я.

Его физиономия залилась краской, а короткие седые волосы на голове, как мне показалось, встали дыбом.

– И по какому праву ты занимаешься этим в моем кабинете?!

– Я просил тебя поделиться сведениями, но ты мне в этом отказал.

– И ты, значит, решил сунуть свой грязный нос в мои личные вещи? Как ты ухитрился открыть стол?

Арт не сводил глаз с нижнего ящика. Я понимал, что частично его ярость была вызвана тем, что я мог увидеть его коллекцию виски.

Я посмотрел на всё ещё торчащую из замочной скважины копию ключа.

Арт сунул руку в карман и, нащупав там связку ключей, проревел:

– Сукин ты сын, мерзавец!

С этими словами он ринулся ко мне, вытянув вперед руки. Я вскочил с кресла, но Арт навалился на меня всей своей тушей, и мы оба рухнули на пол. Падая, я ударился головой о край стола и на какое-то мгновение утратил ориентировку. Но этого мига ему вполне хватило для того, чтобы придавить меня к полу. Арт занес надо мной кулак, и я успел лишь слегка отклонить голову. Поэтому удар пришелся не в лицо, с куда-то в область уха.

Арт был крупным и очень сильным мужчиной. Как я ни дергался, как ни изворачивался, но скинуть его с себя так и не мог. Бывший морской пехотинец ударил меня снова. На сей раз в губы. Я дернулся и в тот момент, когда он переносил руку, чтобы прижать мое плечо к полу, я исхитрился вцепиться зубами в его запястье. Укус получился что надо.

– Ах ты, дерьмо! – взвизгнул он и отдернул руку.

Я рванулся, Арт потерял равновесие, и мне удалось из-под него выбраться. Арт тоже вскочил на ноги и занял стратегическую позицию между мной и дверями. Он тяжело дышал, зажимая свободной рукой кровоточащую рану на кисти.

– Успокойся, – сказал я, сплевывая свою и чужую кровь и обрывки оставшейся во рту после укуса кожи. – Прошу прощения за то, что залез в твои владения. Позволь мне уйти, и я забуду все, что видел.

Арт зарычал и запустил лапу в верхний ящик стола – единственный, который мне не удалось изучить. Через мгновение на меня смотрел ствол маленького пистолета.

Боже мой!

– Арт… не вздумай использовать эту штуку! Дело этого не стоит. Если ты меня застрелишь, то окажешься за решеткой на всю…

– Заткнись, говнюк!

– О’кей, – сказал я, поднимая руки в успокоительном жесте. – О’…

– Заткнись, я тебе говорю! – заорал он.

Пришлось заткнуться. Я понятия не имел, на что может решиться Арт. Похоже, что он тоже не знал, что делать. Не сводя с меня пистолета, Арт нагнулся и вынул из стола полупустую бутылку виски. Кривясь от боли в прокушенной руке, он отвинтил крышку и сделал здоровенный глоток.

Я потихоньку пятился к окну, на подоконнике которого стояла какая-то бронзовая фигура, способная в крайнем случае выступить в качестве оружия.

– Не двигаться! – рявкнул Арт. Глотнув еще виски, он спросил: – Что с тобой происходит? Почему тебе не терпится уничтожить нашу фирму? Нам уже давно следовало от тебя избавиться. Теперь же я тебя вышибу коленом…

– Что, дьявол вас побери, здесь происходит?! – Это был Джил. – Арт, убери пистолет! И виски тоже!

Арт медленно повернулся, посмотрел на Джила и положил пистолет на стол. Затем он бросил взгляд на бутылку с таким видом, словно не знал, стоит ли еще глотнуть виски или лучше воздержаться. Решив воздержаться, он поставил бутылку рядом с пистолетом.

– Не соизволит ли кто-нибудь из вас рассказать мне, наконец, что здесь происходит?

Арт ткнул в мою сторону указательным пальцем и произнес:

– Этот сукин сын рылся в моем столе. Он взломал замки, чтобы добыть конфиденциальную информацию. Я схватил его практически за руку.

Джил посмотрел на мой окровавленный рот, а затем перевел взгляд на поврежденную руку Арта.

– Это так, Саймон?

– Да, – выдавил я с глубоким вздохом.

– Отправляйся к себе и жди там. А ты, Арт, пройди в мой кабинет. И отдай эту проклятую штуковину мне, – сказал Джил, кивнув в сторону пистолета.

Я направился к двери, а Арт передал оружие Джилу.

Даниэл встретил меня в коридоре.

– Что случилось? – спросил он.

– У меня с Артом возникли некоторые разногласия.

Даниэл попытался пошутить, но я, не слушая его, сел за свой стол и принялся ждать вызова Джила.

Двадцать минут спустя я уже оказался в кабинете босса.

– Ты меня очень разочаровал, Саймон, – начал он, глядя на меня с противоположной стороны своего огромного стола. – Мы должны приходить на работу, не опасаясь того, что кто-то из коллег копается в наших вещах. Тебе известно, что в последнее время у Арта серьезные нелады со здоровьем. Что ты делаешь?

– У меня все еще сохранилась надежда узнать, кто убил Фрэнка и Джона, – ответил я, оставляя в стороне вопрос о «Био один».

– Но разве это не дело полиции?

– Да. Этим должны заниматься полицейские. Но они пока действуют не очень эффективно.

– Так считаешь лишь ты. Но меня заботят не они, а ты! – гневно произнес он. – Мне пришлось отправить Арта домой, поскольку никому не могу позволить размахивать здесь револьверами. Пару дней тому назад я сказал тебе, сколь большое значение имеет для фирмы твое в ней пребывание. И как же ты ведешь себя сейчас, когда мы нуждаемся в единстве больше, чем когда-либо? Подглядываешь, шпионишь, восстанавливаешь против себя одного из моих партнеров, ставишь под удар фирму.

Его лицо залилось краской. В такой ярости я Джила никогда не видел.