Точка обмана - Дэн Браун

Он явно не в себе, невольно подумал Секстон, наверное, этопроявление старческого маразма. Ведь дело проиграно полностью и безвозвратно.Все телевизионные каналы без умолку твердят о полном провале кампании Секстона.

Гость без лишних церемоний прошел в гостиную, уселся надиван и окинул сенатора усталым взглядом.

— Помните ли вы, — заговорил он, — о проблемах НАСА послесбоя программного обеспечения на борту спутника-сканера?

Секстон не мог понять, к чему клонит собеседник. Какаятеперь разница? В любом случае спутник обнаружил чертов метеорит!

— Как известно, — продолжал гость, — поначалу программноеобеспечение не функционировало как следует. И из-за этого вы раздули в прессенемалую шумиху.

— Естественно! — сказал Секстон, усаживаясь напротив гостя.— Ведь это был очередной провал НАСА!

Старик кивнул:

— Согласен. Затем НАСА провело пресс-конференцию, объявив,что положение исправлено — ну, вроде как программное обеспечение приведено впорядок.

Секстон сам не видел ту пресс-конференцию, но слышал отзывы.Говорили, что она прошла быстро, сухо и едва ли дала что-то новое. Руководительпроекта представил строгое техническое описание работ по устранению неполадок всистеме распознавания аномалий и пояснил, что после этого все заработало какчасы.

— Я с интересом наблюдал за спутником-сканером с того самогомомента, — продолжал гость. Он достал из кармана видеокассету и вставил ее ввидеомагнитофон. — Думаю, это вас заинтересует.

Началась видеозапись. Пресс-центр штаб-квартиры НАСА вВашингтоне. На подиум поднялся хорошо одетый человек и приветствовал аудиторию.Субтитры оповестили, что человек этот — Крис Харпер, руководитель секцииорбитального полярного спутника — сканера плотности.

Крис Харпер был высок ростом, элегантен и говорил соспокойным достоинством, в манере, присущей американцам, помнящим своиевропейские корни. Речь его блистала и эрудицией, и точностью выражения мысли,и прекрасным стилем. Он уверенно общался с прессой, даже несмотря на то чтосообщал о спутнике плохие новости.

— Хотя спутник находится на предусмотренной орбите ифункционирует в нормальном режиме, возникли небольшие неприятности с бортовымикомпьютерами. Ошибка в программировании, ответственность за которую я целикомберу на себя. Говоря техническим языком, конечная импульсная составляющая имеетнеисправный элемент объемного отображения. В результате дала сбой спутниковаясистема распознавания аномалий. В настоящее время мы работаем над устранениемнеисправности.

Слушатели вздохнули — они уже привыкли к неудачамкосмического агентства.

— А какие последствия это имеет для эффективности работыспутника? — спросил кто-то.

Харпер уверенно и сухо ответил:

— Представьте себе здоровые глаза при неработающем мозге.Вот так и наш спутник прекрасно все видит, но ничего не понимает. Его задача —обнаружение карманов тающего льда в полярных областях, однако без компьютера,анализирующего данные плотности, полученные сканером, спутник не в состоянииразличить, где находятся интересующие его точки. Нам предстоит исправитьситуацию, когда следующая экспедиция многоразового корабля получит доступ кбортовому компьютеру.

По залу прокатился гул разочарования. Гость выразительновзглянул на Секстона:

— Он квалифицированно преподносит неприятные известия,верно?

— Так он же из НАСА, — проворчал в ответ Секстон. — Что-что,а это они умеют делать.

После паузы началась запись следующей пресс-конференции.

— Вторая пресс-конференция, — пояснил старик, — прошла всегодве недели назад. Очень поздним вечером. Мало кто ее видел. На сей раз докторХарпер сообщает хорошие новости.

Появилась картинка. Крис Харпер выглядел странновзъерошенным и растерянным.

— Я должен с удовольствием сообщить, — начал он, хотя вголосе его сквозило все, что угодно, только не удовольствие, — что НАСА нашлосредство устранить проблему программного обеспечения спутника.

Он изложил подробности, вяло разглагольствуя об отправкепервичных данных на Землю и обработке их уже здесь. Казалось, аудиториядовольна. Все выглядело убедительным и даже волнующим. Когда Харпер закончил, взале раздались аплодисменты.

— Так, значит, скоро можно ожидать первых данных? —поинтересовался кто-то.

Харпер кивнул:

— Уже через пару недель.

Снова аплодисменты. По всему залу поднялись руки — возникломного вопросов.

— Это все, что я имею сообщить на данный момент, —закруглился Харпер, делая вид, будто спешит и собирает бумаги. — Спутник-сканерработает и делает свое дело. Скоро получим данные. — С этими словами онторопливо покинул подиум.

Секстон нахмурился. Все это выглядело странно. Почему КрисХарпер чувствовал себя так комфортно, сообщая плохие новости, и был явно не всвоей тарелке, рассказывая о хороших? Ведь все должно быть наоборот. Секстон невидел эту пресс-конференцию, но читал в газетах об устранении неполадок впрограммном обеспечении. Тогда действия НАСА казались неубедительными. Широкаяпублика не обратила на это никакого внимания — спутник-сканер казался лишьочередным плохо работающим проектом космического агентства, а теперь еще изалатанным, причем не самым лучшим образом.

Гость выключил запись.

— НАСА заявило, что в тот вечер доктор Харпер плохо себячувствовал. — Он выразительно помолчал. — А мне почему-то кажется, что докторХарпер просто лгал.

— Лгал?

Секстон внимательно взглянул на собеседника, не в силахпонять, зачем доктору Харперу потребовалось лгать о программном обеспечении.Однако самому сенатору приходилось в своей жизни немало врать, и он умел слегкостью распознавать лжеца. Он должен был признать, что доктор Харпервыглядел подозрительно.

— Вы не понимаете? — снова заговорил гость. — Маленькоеобъявление Криса Харпера, которое вы только что слышали, самое важное во всейистории НАСА. — Он снова помолчал. — Ведь именно эта настройка оборудованияпозволила НАСА обнаружить метеорит.

Секстон изо всех сил напряг мозги. Руководитель проекталгал?

— Но если Харпер лгал и программное обеспечение спутника неработает как надо, каким же образом НАСА удалось сделать открытие?

Старик лишь улыбнулся:

— Очень даже просто.