Франческа - Лина Бенгтсдоттер

Чарли отпила глоток вина.

— Кто это? — спросил Андерс.

— Ты что, не видишь? — ответила вопросом на вопрос Чарли. — Перестань так пялиться!

— Что-то знакомое, — проговорил Андерс. — Но у меня плохая память на лица — а я должен его знать?

— Юхан Ру, — сказала Чарли. — Журналист, с которым мы общались этим летом.

Андерс просиял.

— А, точно, теперь вспомнил.

Чарли невольно задело, что он так обрадовался. Неужели он забыл, чем закончилось это знакомство?

— Из-за него меня отстранили от работы.

— Если уж быть до конца честными, то ты сама была виновата, — сказал Андерс. — Подозреваю, что он не принуждал тебя к близкому общению и не просил дать информацию о ходе следствия.

Чарли и забыла, как петушится Андерс, когда выпьет.

— Никакой информации о ходе следствия я ему и не давала, — сказала Чарли.

— И тем не менее она появилась в газете на следующий день, — усмехнулся Андерс. — Разве не ты говорила, что не веришь в случайные совпадения?

— Ясное дело, я верю в случайные совпадения.

— Почему ты сердишься? Я думал, ты уже оставила все это позади.

— Андерс, — проговорила Чарли, подаваясь вперед. — Я ни слова не сказала ему о расследовании.

— Откуда же тогда он добыл информацию? — Андерс продолжал улыбаться, словно они беседовали о чем-то веселом. — Может быть, спросим у него? — сказал он и поднялся.

— Прекрати, черт подери, — прошипела Чарли. — Сядь на место!

— Спокойно. Я просто собирался сходить в туалет. А тебе, может быть, стоит подойти и поздороваться.

— С какой стати?

— А почему бы и нет? Он явно хочет вступить в контакт. В данный момент он сидит и разглядывает твой профиль в зеркале позади стойки.

«Не подходи ко мне, — подумала Чарли, когда Андерс удалился. — Не подходи и не вороши то, что прошло».

Но Юхан уже направлялся к ней.

— Привет, — сказал он. — Я так и подумал, что это ты.

— Привет, — Чарли попыталась изобразить радостное удивление. — Приятно тебя видеть. Как дела? Все хорошо?

— Все в порядке, — ответил Юхан и улыбнулся. — А у тебя?

Чарли подумала, что ей удалось вытеснить воспоминания о том, как действовала на нее эта улыбка.

— Прекрасно, — ответила она.

— Я звонил тебе.

— Правда? — произнесла Чарли, и сама устыдилась тому, как фальшиво это прозвучало.

Поначалу она обрадовалась и собиралась перезвонить ему, но потом не стала этого делать. Так она поступила из чистого инстинкта самосохранения: после возвращения из Гюльспонга она менее всего хотела видеть человека, который напоминал бы ей обо всем, что произошло там, — того, кто так хорошо знал историю ее семьи. Юхан, потерянный сын Маттиаса.

— Да, я звонил несколько раз и даже оставлял тебе сообщение, но я понял намек, когда ты не перезвонила.

— Так много всего навалилось, я…

— Ничего страшного, — прервал ее Юхан. — Я понимаю.

Что-то в его глазах сказало ей, что он действительно все понимает. Чарли вспомнила, что говорила Бетти о его отце, Маттиасе: «Он — единственный человек, который знает обо мне все, но все равно меня любит».