Темная комната - Майнет Уолтерс

— Ну, если они во Франции, — медленно произнесла она, — тогда, скорее всего, они отправились домой к Лео в Бретань. Правда, боюсь, что сейчас не вспомню телефон, Джош, да и факса у него там, кажется, нет.

— Это неважно. Ты знаешь адрес?

— По-моему, да. — Напрягая память, она продиктовала его полностью.

— Ты молодчина, Джинкс. Напомни мне как-нибудь, что за мной должок, и я приглашу тебя куда-нибудь поужинать.

Она нервно рассмеялась.

— Договорились. Правда, если я потом об этом вспомню. — Джинкс немного помолчала. — А тебе действительно так уж нужен адрес Мег?

Но он уклонился от ответа:

— Я бы мог прийти навестить тебя в эти выходные, — предложил Джош. — Или ты сейчас находишься в состоянии зимней спячки?

— Что-то вроде того, — вздохнула Джинкс, одновременно соображая, а хочется ли ей вообще кого-либо видеть. — Я, скорее, веду растительную жизнь.

— Это расценивается как да или нет?

Вена у глаза вздулась еще сильнее.

— Конечно, да, — солгала Джинкс. — Приходи, я буду рада тебе.

* * *

Следующие пятнадцать минут Джинкс испытывала настоящую паранойю. Раз десять она протягивала ладонь к телефону, стоявшему на прикроватной тумбочке, и тут же, словно обжегшись, отдергивала руку назад. Спокойствие и уверенность покинули ее вместе с памятью. Сейчас Джинкс боялась, что кто-то станет подслушивать ее разговор. Кроме того, ей казалось, что все, произнесенное ею, будет выглядеть со стороны глупостью. Ровно в восемь тридцать, если верить цифрам, горящим в углу экрана телевизора, она приглушила звук, ухватилась за телефонную трубку и быстро набрала знакомый номер.

— Алло, — послышался бодрый голос, который, как ни странно, принадлежал восьмидесятитрехлетнему человеку.

— Полковник Клэнси?

— Да.

— Это Джинкс Кингсли. Скажите, вы сейчас не очень заняты? Я хотела бы побеседовать с вами.

— Моя милая девочка, ну, конечно, я свободен. Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо. А вы?

— Тревожусь! — почти выкрикнул полковник. — А если честно, то я очень волнуюсь за тебя. Я чувствую себя немного виноватым, Джинкс, и Дафна тоже. Нам надо было поступить тогда по-другому… Подожди-ка, я прикрою дверь. Этот проклятый телевизор включен на полную громкость. Там сейчас крутят какой-то ерундовый старый фильм, но Дафна его очень любит. — Джинкс услышала, как трубка стукнулась о маленький журнальный столик в холле, затем хлопнула дверь и где-то совсем далеко залаял Геббельс, кроткий йоркширский терьер. — Ты меня слушаешь? — раздалось через несколько секунд.

Джинкс почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы признания. Ей почему-то всегда казалось, что этот старик намного серьезнее и свирепее своей собачки, и на самом деле его надо было называть «полковник Геббельс», а терьера — просто «Клэнси».

— Да, конечно, и мне очень приятно поговорить с вами. — Она на секунду замолчала, не зная, что сказать еще. — А как поживает Геббельс? — И вот уже в который раз удивилась, почему они так странно назвали своего песика. Может быть, она знала об этом раньше, только уже забыла, или относилась к этой необычной кличке как к самому собой разумеющемуся, так же, как и к другим проявлениям эксцентричности своих соседей?

— Как всегда, страдает от блох. Дафна выкупала его, и сейчас он больше похож на мокрый мохеровый свитер. Нелепое и смехотворное существо.

«Интересно, к кому относится это сравнение — к терьеру или к собственной жене?» — пронеслось в голове Джинкс.

— Я беспокоилась за свои цветы, — проговорила она, подыскивая нейтральную тему для разговора и одновременно вспомнив, что у соседей имелся запасной набор ключей от ее дома. — Вас не слишком затруднит время от времени поливать их?

— Мы ухаживаем за ними каждый день, Джинкс. Мы же знали, что тебе это будет приятно. Все растения чувствуют себя отлично, кроме того, в комнатах чисто и прибрано. Одним словом, дом уже готов тебя принять, как только ты поправишься.

— Огромное вам спасибо.

— Ну, это самое малое, что мы смогли сделать для тебя.

Наступила неловкая пауза, во время которой Джинкс судорожно пыталась найти еще что-нибудь, чтобы продолжить разговор.

— Запишите, пожалуйста, мой номер телефона. Я нахожусь в Солсбери, в клинике Найтингейл. — Она прищурилась, разглядывая цифры, выбитые на аппарате. — Правда, я не знаю кода, но дальше следует два-два-один-четыре-два-ноль. Это на всякий случай.

— Готово, — отрапортовал полковник. — Так ты говоришь, что чувствуешь себя нормально? Рад слышать. Значит, там за тобой прекрасно ухаживают, верно?

— Да.

— Голос у тебя довольно бодрый.

Еще одна пауза, после которой они заговорили одновременно:

— Ну, тогда я пожелаю…

— Полковник…

— Да?

— Пожалуйста, не вешайте трубку. Это еще не все. — Женщина внезапно заволновалась. — Моя мачеха говорила, что вы спасли мне жизнь, когда я была в гараже. Это правда? Будто бы я закрылась там и включила двигатель, а вы успели вытащить меня, прежде чем я… ну… покончила с собой.

— А ты сама разве не помнишь? — обеспокоился Клэнси.

— Нет. — Она болезненно сглотнула. — Мне очень жаль, но это действительно так. Я вообще ничего не помню, то есть все то, что произошло после того момента, когда я гостила у родителей две недели назад. Правда ли, что Лео уже нет в доме? Я даже не знаю, кого еще я могла бы об этом спросить, и мне очень неудобно, что я надоедаю вам, но для меня это очень важно. Мне постоянно говорят такие вещи, которые вообще не укладываются у меня в голове. То, что я напилась и пыталась покончить с собой. Но я… просто… о Господи! — Она закрыла рот рукой, почувствовав, что вот-вот расплачется. Вешай трубку, глупая женщина.

— Ну, ничего страшного, — послышался успокаивающий голос полковника. — Боже мой, раньше на моем плече рыдали и сильные здоровые мужчины. Тебе нужно все знать, и это понятно. Твоя мачеха — хорошая, милая женщина, но если она хоть чуточку похожа на Дафну, то, разумеется, могла кое-что напутать. Правда, я и сам не очень-то многое знаю, — предупредил он. — Ты же сама помнишь, что я не любитель совать свой нос в чужие дела, особенно, когда меня об этом не просят.

— Да, это так. Вы самые лучшие соседи. — Странно, но она всегда ладила с ним и понимала с полуслова. Наверное, так же к нему относились и все остальные.

— Лео уехал уже больше недели назад, Джинкс. В тот самый вечер, когда ты вернулась из Гемпшира. Надеюсь, ты не посчитаешь это неуважением с моей стороны, но я даже рад, что ты отделалась от него. Я никогда не любил этого типа, даже его манеру одеваться. Ты была для него чересчур хороша. Самое забавное то, что я ведь разговаривал с тобой в субботу, и тебя его побег ни чуточки не расстроил. «Этот ублюдок просто заманил меня, а потом бросил, полковник», — заявила ты мне тогда. — Клэнси сдержанно усмехнулся в трубку. — А в воскресенье я неожиданно обнаруживаю тебя в гараже. В общем, если быть совсем точным, панику поднял Геббельс. Он словно прилип к дверям и лаял так, словно спятил окончательно. — Клэнси замолчал, и Джинкс ясно представила себе, как в эту секунду полковник взбивает свои пышные усы и расправляет плечи. — Короче говоря, я вытащил тебя на свежий воздух. Хотя надо было бы вызвать врача, у меня ведь неподалеку живет приятель. Я очень расстроен, что не сделал этого, если уж быть откровенным до конца.