Жажда - Таня Карвер

— Он был комиссован из армии как инвалид?

Она кивнула.

— И вернулся в Колчестер. Впрочем, в этом доме он жить не захотел. Они все замяли, организовали ему уход, лечение. Любые лекарства. Пытались снова вернуть его в строй. — Она вздохнула, и голос ее зазвучал горько. — Напрасно старались. От него почти ничего не осталось. Его мозг… Нужно было просто оставить его в покое.

— Так что же случилось с Адель?

Она вздохнула. Было видно, что она готовится снова пережить эту боль.

— Он… выследил ее. И… и забрал с собой.

— Зачем?

— Он ведь ненормальный. Он…

Она вздохнула.

— Вы уже тогда знали, что это сделал он?

Она покачала головой:

— Нет, поняла позже. Только потом все встало на свои места. Сначала я не знала, что и думать. Я знала, что убежать она не могла. Она не стала бы этого делать. Я хочу сказать, что у нее были бурные годы, но она перебесилась, и теперь все это уже позади. А потом… потом я подумала об этом. Догадалась, что это мог быть он. Сначала он пришел за ней. Потом моя очередь.

— Почему же вы не пришли к нам? Почему все не рассказали?

Она горько усмехнулась.

— Ну да, и вы бы наизнанку вывернулись, чтобы разыскать мою Адель, да? Да и что бы я вам сказала? Что мой сын охотится за моей дочерью и за мной, потому что мы убили его отца? Не думаю, что это могло бы пройти.

Фил промолчал. Она была права.

— А другие женщины… Когда вы услышали, что они пропали или были убиты, вы не связали это как-то со своим сыном?

— Я должна была бы сделать это… Не знаю. Нет.

Она покачала головой и закрыла глаза. Слова эти прозвучали как-то неуверенно, словно она произнесла их, чтобы убедить саму себя.

Не нужно взваливать на нее еще одну вину, с нее уже и так достаточно, подумал Фил.

— Вам следовало поговорить со мной, — сказал он. — Именно со мной.

Она не ответила. Не могла на это ответить.

— И что теперь? — спросил Фил. — Он теперь уже не на яхте, где жил. Вы не знаете, где он может быть сейчас?

Паула покачала головой.

— Не защищайте его, Паула. Сейчас не тот случай. Если что-то знаете, скажите мне.

Она подняла голову. В глазах ее горел огонь. И стояли слезы.

— Я не защищаю его. Неужели вы действительно думаете, что я бы стала это делать? После всего того, что он совершил? Всего, что он забрал у меня? Вы и вправду так думаете? Он лишился разума, мистер Бреннан. Все, что в нем осталось, это только ненависть. И если бы я знала, где он, я бы вам сказала. Я бы сама привела вас к этому мерзавцу…

Она сорвалась, и ее слова захлебнулись в слезах.

Сверху послышался детский плач.

— Это ребенок Адель, — сказала Паула.

Плач не умолкал. Паула не двинулась с места. Больше Филу сказать было нечего, все вопросы были уже заданы. Он встал.

— Я должен забрать вас с собой.

Она кивнула. Ребенок продолжал плакать.

— Но не сегодня. Мы сделаем это потом.

На этот раз Паула не кивнула. Фил направился к двери. Потом обернулся и посмотрел на нее. Она сидела одна в полном хаосе. Наверху плакал ребенок. Ему хотелось как-то поддержать ее, сказать что-то ободряющее. Отыскать слова, от которых ей станет легче. Слова, которые помогут ей уйти от боли и как-то пережить эти потери.

Но таких слов не было. Совсем.

И он ушел, оставив ее здесь.

Закрыл за собой дверь. И шагнул в темноту улицы.