Контракт Паганини - Ларс Кеплер

Карл Манн быстро обменялся с кем-то парой слов по рации и шагнул на лестничную клетку.

— Горит на верхнем этаже, — коротко сообщил он.

— Сильно горит? — Йона встал рядом с ним.

— Пока неизвестно, но мы выводим людей из посольства. Наверху еще одиннадцать человек.

Манн вынул из шкафчика с красной дверцей огнетушитель и выдернул чеку.

— Я увожу Пенелопу на улицу! — крикнула Сага.

— Это он устроил поджог, — сказала Пенелопа. — Хочет скрыться, пока будут тушить пожар.

Йона бросился на лестницу следом за немцами. Эхо их шагов звучало между холодных бетонных стен. Мужчины молча взбежали по ступенькам и оказались в коридоре второго этажа. Их встретил сильный запах гари; под потолком плавали слои серого дыма.

Манн открыл дверь и оглядел пустой офис. Йона заглянул в следующий кабинет — там тоже никого не было. Полицейские пошли дальше.

— Горит вроде бы в зале Шиллера, там рядом кухня. — Манн ткнул пальцем куда-то в конец коридора.

Из-под двойных дверей густо сочился черный дым. Он, как грязная вода, растекался по дверям и стенам, стлался под потолком.

Где-то закричала женщина. Что-то глухо загудело, словно в глубине здания прогремел гром. Внезапно за двойными дверями что-то зазвенело, словно от жара лопнуло стекло.

— Мы должны вывести людей, — сказал Йона.

У Манна заработала рация, и он жестом попросил комиссара замолчать. Манн поставил огнетушитель на пол, ответил по-немецки и повернулся к остальным.

— Значит, так, — твердо заговорил он. — Дежурные заметили на мониторах человека в черном. Он сейчас находится в мужском туалете, пистолет лежит в раковине.

— Это убийца, — сказал Йона.

Карл Манн вызвал по рации дежурного и расспросил о человеке, скрывшемся в мужском туалете.

— В двух метрах от двери, направо. Сильное кровотечение из руки, он сидит на полу… однако окно открыто. Возможно, он попытается уйти через окно.

Они пробежали по бурой бумаге, мимо малярной лестницы и остановились; Манн встал впереди. В этой части коридора было ощутимо жарче, струи дыма текли под потолком грязной рекой. Что-то трещало, гремело, пол как будто подрагивал под ногами.

— Какое у него оружие? — вполголоса спросил Йона.

— Дежурные разглядели только пистолет в раковине…

— Спросите, есть ли на нем рюкзак. Потому что он носит с собой…

— Операцией руковожу я! — прошипел Манн.

Он дал знак одному из своих людей; они быстро проверили свои автоматы и направились через гардероб к туалету. Немцы исчезли так быстро, что Йона не успел еще раз предостеречь их. Он понимал, что обычная тактика массированного удара при попытке взять ликвидатора не сработает. Мухи, летящие в сеть паука. Очень скоро они один за другим увязнут в паутине.

От дыма защипало глаза.

Паук плетет паутину по-разному, подумал Йона. Липкие нити, чтобы ловить мух, и нити, по которым перемещается он сам.

Паук запоминает узор и потому может бегать по собственной паутине, не увязая в ней.

Йона снял с предохранителя свой «смит-и-вессон» и осторожно двинулся за немцами. Они уже заняли позиции возле двери туалета. Один из них, со свисающими из-под каски длинными светлыми волосами, сорвал чеку с шоковой гранаты. Открыл дверь, низко, почти над кафельным полом, бросил гранату и тут же закрыл дверь. Послышался глухой грохот, другой полицейский открыл дверь и направил автомат в темноту. Карл Манн жестом показал: поторапливайтесь. Ни секунды не размышляя, белокурый полицейский, подняв автомат и прижав приклад к плечу, ринулся в темный дым. У комиссара тяжело стукнуло сердце. Потом он услышал, как светловолосый полицейский что-то испуганно кричит. Беспомощно, почти по-детски. В следующую секунду раздался мощный взрыв. Полицейского в клубах дыма и вихре цементной крошки вышвырнуло из туалета. Дверь слетела с петель. Другой полицейский уронил оружие, спотыкаясь, отступил в сторону и опустился на одно колено. Ударная волна заставила комиссара отшатнуться. Белокурый полицейский лежал в коридоре на спине, открыв рот, между зубов виднелась кровь. Он был без сознания, в бедре застрял осколок гранаты. Блестящая красная струя, брызгая, толчками изливалась на пол. Комиссар бросился к полицейскому. Торопливо перетягивая рану ремнем и скрученным в жгут рукавом рубашки, он ощущал на руках горячую кровь.

Один из мужчин мешком осел на пол и испуганно заплакал.

Двое полицейских вели по коридору седого мужчину; лицо у того было покрыто сажей, он едва шел. Какая-то женщина замотала кофтой нижнюю часть лица и бежала по коридору, широко раскрыв глаза от ужаса.

С пистолетом в руке Манн шагнул в туалет; под подошвами захрустели осколки зеркал и плитки. Ликвидатор лежал на полу, он был еще жив. Ноги подергивались, руки яростно шарили по полу. Взрывом ему разворотило нижнюю часть лица. Манн огляделся, увидел стальную проволоку и понял: убийца готовил западню, он устанавливал ручную гранату. Когда в туалете взорвалась шоковая граната, свою собственную он уронил.

— Эвакуируем остальных, — прошептал себе Манн и выбежал из туалета.

Йона вытер кровь, вызвал штаб-квартиру операции и попросил подогнать машину «скорой помощи». Переговариваясь с руководством, он увидел Пенелопу — она входила с лестницы в коридор. Сага шла следом. Глаза Пенелопы казались черными, словно она рыдала несколько часов подряд. Сага было приобняла ее, чтобы успокоить, но Пенелопа рывком высвободилась.

— Где он? — возбужденно спросила Пенелопа. — Мне надо его увидеть.

— Выбирайтесь отсюда, — крикнул ей комиссар, — скоро весь коридор будет в огне!

Пенелопа вошла в туалет. Оглядела разбросанные везде осколки, заметила человека на полу, его дрожащее тело и окровавленное лицо. Что-то простонала, выбежала в коридор, прижалась к стене, случайно задела висевшее в рамочке письмо канцлера Вилли Брандта. Письмо свалилось, стекло треснуло, но рамка не упала — ее удержала стена.