Магия кошмара - Питер Страуб

Какую пропасть стыда должен я буду описать сейчас, какое унижение пришлось мне пережить! Было около пяти минут седьмого, когда я узнал об уходе моего самого ценного клиента — поворот событий, который, естественно, должен был привести к потере всех его таинственных друзей в качестве клиентов и сорока процентов годового дохода. В унынии я допил свой стакан голландского джина, не заметив, что уже давно превысил норму. Я осмелился отправиться за ширму, где мне удалось раскопать еще одну бутылку. Я налил стакан джина и выпил его залпом, пытаясь представить в цифрах, что (а) предполагаемая потеря в ежегодном доходе не может быть настолько ощутимой, как я боялся, и (б) если это так, то бизнес пойдет дальше без сокращения зарплат, персонала и прибылей.

Несмотря на всю изобретательность, находчивость и ловкость, цифры отрицали возможность пункта (а) и смеялись над (б), предполагая, что мне очень повезет, если я смогу сохранить, а не потерять сорок процентов бизнеса. Я опустил голову на стол и попытался отрегулировать дыхание. Когда я услышал, что фальшиво напеваю «Не оставляй меня», то понял, что пора отправляться домой, встал на ноги и принял неудачное решение выйти через общий вход.

Я сунул бутылку под мышку, рассовал по карманам пять или шесть сигар, остававшихся в коробочке, и вышел через кабинет миссис Рэмпейдж. Услышав абразивную музыку из радиоприемников уборщиков, я с величайшей осторожностью стал двигаться по коридору, в котором было темно, если не считать полоски света, льющегося из открытой двери в тридцати футах впереди. То и дело я не мог удержаться от удара плечом о стену — пришлось сделать глоток целебного «дженевера». Я добрался до открытой двери и понял, что оказался у кабинета Джиллигана. Абразивная музыка раздавалась из его стереосистемы.

Для начала мы справимся с этим, сказал я себе и выпрямился, чтобы достойно пройти мимо его двери. В самый ответственный момент я повернул голову и увидел своего младшего компаньона без пиджака и с развязанным галстуком, развалившегося на диване рядом с каким-то тощим хулиганом с копной волос ярко-зеленого цвета и одетого по какой-то причине в плотно облегающий костюм в полоску, как у зебры, с массой цепей и молний. Существа сомнительного вида, мужского и женского пола, копошились в кабинете. Джиллиган поднял голову, заулыбался, но при виде меня окаменел.

— Спокойно, Джиллиган, — произнес я, стараясь сохранять выражение лица трезвого авторитетного человека.

Я вспомнил, что мой компаньон запланировал позднюю встречу с одним из самых успешных музыкантов, певцом, чьи записи продавались миллионами, несмотря на абсурдность названия группы: «Собачье Дерьмо», или «Клапан в Заднице», что-то такое. По моим подсчетам клиент Джиллигана, чье имя, насколько я помнил, было Сирил Футч, в скором будущем мог стать решающей фигурой для поддержания моей фирмы, и когда маленький носатый забияка заметил мое присутствие, я решил выразить ему уважение, с которым к нему относились в избранном им финансовом учреждении.

— Уверяю вас, нет никакого повода для беспокойства, нет, конечно, нет, и в сущности, Джиллиган, ты же понимаешь, я не могу упустить возможности познакомиться с твоим гостем, который оказал нам честь, обратившись за помощью и советом.

Когда я произносил свою речь, Джиллиган залился краской, хотя слова я произносил с самым серьезным видом, заботливо выговаривая каждый слог как можно четче, несмотря на все трудности, возникшие у меня с собственным языком. Джиллиган заметил бутылку, торчащую из-под мышки, и зажженную сигару между пальцами моей правой руки, о чем я совершенно позабыл.

— Эй, да забудьте вы это дурацкое правило, что курить нельзя, — сказал я. — Как насчет выпить с боссом?

Джиллиган подскочил на ноги и пошел мне навстречу не совсем ровной походкой.

Все, что было дальше, — монтаж отдельных частей видеопленки. Я помню, как Сирил Футч подпирал меня сбоку, пока я выражал нашу преданность делу сохранения его драгоценного имущества, еще он упрямо настаивал, что его зовут Саймон Галч, или Сидней Мач, или что-то похожее, потом он повалил меня на диван; я вижу странного маленького парня с татуированной головой и смешным именем Пус (человек с таким именем был среди записанных посетителей, хотя, может, это был совсем и не он); Пус принял от меня сигару и съел ее; я помню, как затягивался сигаретой глупо улыбающегося Джиллигана и как пил из бутылки с маленьким, белым, дохлым червячком, плавающим на дне, как нюхал белый порошок, рекомендованный какой-то женщиной; помню, как пел «Старый крест» в полураздетом виде. Я позволил разрисовать свое лицо красками, чтобы «почувствовать вкус» к «этой музыке». Женщина, но не та, что советовала мне попробовать белый порошок, а другая, которая постоянно находилась в состоянии безудержного веселья, что мне тогда очень понравилось, посадила меня в лимузин и всю дорогу домой экспериментировала с его кнопками и рычагами. Когда мы поднялись по ступенькам к двери, она взяла ключ из моей дрожащей руки и с ликованием вставила его в замочную скважину. Остального не помню.