Код каббалы - Натан Барридж

Дождь барабанил по стеклу и вдали гремел гром, когда она проснулась. Элиз наслаждалась роскошной возможностью понежиться в теплой постели, раз погода уж настолько испортилась. На тяжелом свинцовом небе непроницаемая толща облаков скрывала солнце.

Ночной визит Рида занимал ее больше всего. Она помнила все — от сказанного им до того, что она ощутила и осознала. Все хранилось в памяти, что было необычно, потому что чаще всего она помнила свои сны только урывками. Элиз мысленно пожала плечами и решила не пытаться анализировать происшедшее.

Рид сказал, что на самом деле это был не сон.

Она выбралась из постели, надела тапочки и халат кремового цвета, нашедшийся в шкафу. Волосы были в беспорядке, но ей было все равно. К тому же в доме царила тишина: это означало, что остальные, скорее всего, спят. Элиз отперла дверь спальни и прошла в холл.

Странно было идти тем же путем, что и прошлой ночью. Она отчетливо осознавала прикосновение халата к коже, шершавость перил под ладонью и чуть застоявшийся запах в доме. Все те мелочи, что обычно оставались незамеченными, внезапно потребовали ее внимания.

Элиз отправилась на кухню — она была на редкость голодна. В дверях она остановилась. И Джеймс, и Морган уже проснулись и читали разные страницы одной газеты. У Джеймса были растрепаны волосы, и она подавила желание их пригладить. Чашка его застыла на полпути к губам.

Морган жевала тост и просматривала колонку о жизни знаменитостей. Оба не заметили присутствия Элиз.

Сцена выглядела такой мирной и домашней, что было легко забыть, зачем они здесь.

«Ты отказываешься преодолеть свой гнев в отношении Морган».

Рид был прав. Если она сейчас не разберется с этим безобразием, потом такая возможность может не представиться. Но даже теперь ей не хотелось нарушать этот драгоценный миг, когда все казалось нормальным.

Джеймс поднял глаза от газеты и улыбнулся ей. Смешливые морщинки появились в уголках его светлых глаз.

— Доброе утро. Я не знал, что ты проснулась.

— Доброе утро, — ответила Элиз, улыбнувшись ему в ответ. — Я не уверена, что совсем проснулась.

Морган не подняла глаз от газеты, и от этого Элиз почувствовала себя неловко.

— С тобой все нормально? — спросил Джеймс, пристально вглядываясь.

— Да, но есть кое-что, о чем мне нужно сказать вам. Вам обоим.

Это привлекло внимание Морган. Она подняла глаза, всем видом выражая равнодушие.

— Прошлой ночью я кое-что поняла, — сказала Элиз. — Я осознала что тебя, Морган, нельзя винить в том, что случилось в Уиндермере. Я поняла, что сердилась на одного-единственного человека, и человек этот — я сама, но легче было отыграться на тебе, чем взглянуть в лицо правде — правде о моих истинных отношениях с Эшвином. И я поняла, что должна перед тобой извиниться. Прости меня, Морган, если можешь.

Элиз завершила свою исповедь быстро, не будучи уверенной в том, что справится с нахлынувшими эмоциями. Морган глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

— И я прошу прощения, Элиз. Я чувствую себя очень виноватой. Я не хотела, чтобы это произошло. Я и вправду не знала, что творится, но и ты была права. Частично я наслаждалась этим, считая, будто это Эшвин. Я чувствую себя ужасно.

Морган расплакалась. Элиз обвила шею подруги руками и просто тихо обнимала ее. За все то время, что она сердилась на Морган, она ни разу не позволила себе задуматься о ее чувствах. Вина, наверное, разъедала Морган изнутри.

— Это не твоя вина, — сказала Элиз и сама плача от сопереживания. — Это был не Эшвин, а будь это даже он, все равно это была бы не твоя вина. Он и я не созданы друг для друга. Я теперь это знаю, так что ты ничего между нами не разрушила. В глубине души я давно это знала, но теперь я наконец-то могу это признать.

Морган отстранилась.

— Ты из-за этого расстаешься с ним? Но он ничего не сделал. Он невиновен!

— Ш-ш-ш! — Элиз приложила палец к губам Морган. — Ни он, ни кто-либо другой не виноват, просто так все сложилось. Я думала, что смогу как-то наладить наши отношения. Теперь я просто честна сама с собой. Я знаю, что приняла верное решение. — Она глянула на Джеймса — на его лице было написано изумление. — Я надеюсь только, что с ним и с Эриком все в порядке.