Апелляция - Джон Гришэм

— Кто расшифровывал результаты исследования? — спросил Трит.

— Доктор в Рассбурге, — ответил Рон.

— Когда?

— Около восьми часов накануне вечером.

— То есть восемь часов назад?

— Вроде того.

— Здесь мало что можно понять, — сказал Трит. — Давайте проведем исследование еще раз.

Врач отделения и медсестра повели Джоша в лабораторию. Трит сказал Фискам:

— Вам придется подождать здесь. Я скоро вернусь.

Какое-то время они, как во сне, бродили по приемной, слишком напуганные и потрясенные, чтобы произнести хоть слово. В помещении никого не было, но создавалось впечатление, что ночь в больнице выдалась нелегкая: повсюду валялись пустые банки из-под содовой, на полу лежали газеты, а на столах — обертки от конфет. Сколько еще людей сидели здесь в оцепенении, ожидая, пока появятся врачи и сообщат страшные новости?

Они держались за руки и долго молились, сначала про себя, а потом обмениваясь короткими фразами, исполненными любви и нежности, и когда закончили, испытали некое облегчение. Дорин позвонила домой, поговорила с соседкой, которая сидела с детьми, и пообещала позвонить еще, как только что-то выяснится.

Когда Кальвин Трит вошел в приемную, они сразу поняли, что дела обстоят не очень хорошо. Он сел и посмотрел им в глаза.

— По результатам нашего исследования у Джоша трещина в черепе. Материалы, которые вы привезли из Рассбурга, оказались не особенно полезными, потому что содержат результаты исследования другого пациента.

— Какого черта! — вскричал Рон.

— Врач расшифровал не те результаты. Имя прочитать почти невозможно, но это точно не Джош Фиск.

— Не может быть, — произнесла Дорин.

— Но так и есть, однако об этом мы подумаем позже. Слушайте меня внимательно: ситуация следующая. Мяч попал Джошу прямо сюда. — Трит указал на свой правый висок. — Это самая тонкая часть кости черепа, которая называется височная кость. Трещину можно причислить к линейным переломам, и длина ее составляет два дюйма. Внутри черепа есть мембрана, которая покрывает весь мозг, а питает ее средняя менингиальная артерия. Артерия проходит через кость, так что когда сломалась кость, артерия была повреждена, и кровь стала накапливаться между костью и мембраной. Это оказало давление на мозг. Сгусток крови, который еще называют эпидуральной гематомой, продолжал расти и повышать давление внутри черепа. Единственным способом лечения в данном случае может стать краниотомия, которая заключается в удалении гематомы при помощи вскрытия мозга.

— Боже!.. — выдохнула Дорин и закрыла глаза.

— Я не закончил, — сказал Трит. — Нужно отвезти его в Джексон в отделение травматологии при Университетском медицинском центре. Предлагаю вызвать воздушную «скорую помощь» и доставить его туда на вертолете.

В этот момент прибежал врач отделения и сказал доктору Триту:

— Пациенту становится хуже. Вам нужно на это взглянуть.

Когда доктор Трит повернулся, чтобы уйти, Рон встал, схватил его за руку и взмолился:

— Ответь мне, Кальвин. Насколько это серьезно?

— Это очень серьезно, Рон. Опасность угрожает его жизни.

Джоша погрузили в вертолет и увезли. Дорин и Кальвин Трит поехали с ним, а Рон отправился домой, проверил Зика и Клариссу и бросил пару необходимых вещей в большую сумку. Затем он помчался по федеральной автостраде номер 55, преодолевая сотни миль за час и бросая вызов всем полицейским. В те минуты, когда он не умолял Бога о спасении сына, он проклинал доктора из Рассбурга, расшифровавшего не те результаты. Периодически он оборачивался и поглядывал на неоправданно опасный и жутко некрасивый предмет на заднем сиденье.

Он никогда не любил алюминиевые биты.