Те, кто приходят из темноты - Майкл Маршалл Смит

Я посмотрел на нее.

— Что ты взяла? — спросил я — В доме Натали?

— Ничего важного. Сувенир на память.

— О чем?

— О детстве. Тогда я прятала свои сокровища под половицей.

— А почему ты вернулась за этой вещью именно сейчас?

Она колебалась, словно не знала, насколько может быть со мной откровенной, не знала, можно ли мне доверить.

— Когда мне было восемь лет, — наконец заговорила она, — и должно было исполниться девять, в одно из воскресений мы отправились на блошиный рынок в Венеции. Я, моя мама и Натали. Мы гуляли, рассматривали обычную ерунду, ну, ты знаешь, а потом я увидела один прилавок и поняла, что должна к нему подойти. Женщина продавала по-настоящему древние вещи.

Она засунула руку в сумочку, вытащила какой-то предмет и поставила на стол. Маленькая стеклянная баночка с высокой бакелитовой крышкой. То, что находилось внутри, когда-то имело ярко-розовый цвет, который давно вышел из моды, да и сам лак потемнел и потрескался. На баночке осталась потускневшая наклейка — такие можно увидеть в старых фильмах. На ней было написано: ДЖАЗБЕРРИ.

— Лак для ногтей, — сказал я.

— Подлинник, двадцатый год. Тогда я этого не знала. Но была твердо уверена, что должна обладать этой вещью. Мама подумала, что я спятила. Я часто доставала баночку и разглядывала ее. Но не понимала зачем. До тех пор, пока мне не исполнилось восемнадцать.

— И что произошло тогда?

— Многое изменилось.

— И ты начала верить, что уже была здесь прежде?

— Ты думаешь, тебе кое-что известно?

— Я не знаю, что и думать.

— Твой друг Гэри построил настоящий воздушный замок, в котором он жил бы в полном одиночестве. Возможно, это даже к лучшему, что все закончилось именно так. Ничего личного.

— А он был прав? Хоть в чем-то?

— Я не знаю, что он тебе рассказал. Но… люди угадывают некоторые вещи. Иногда они оказываются правы. Сумасшедшие дома полны нормальными людьми, которым не хватило здравого смысла вовремя замолчать.

— Что такое «Фонд Психомахия»?

— А ты как думаешь? Твоя догадка?

— Это как-то связано с чужаками.

Она приподняла бровь.

— С кем?

— Так Гэри называл людей, которые решили, что они продолжают возвращаться в наш мир.

— Полагаю, это слово он взял из твоей книги. Я уверена, что если бы такие люди существовали, они бы предпочли термин «повторные посетители».

— Место под зданием в Беллтауне, — сказал я. — Для чего оно предназначалось?

Она посмотрела на часы.

— Для собраний. Они происходят довольно редко — но скоро состоится одно из них. Вот почему я провожу здесь столько времени.

— Но там все сгорело.

— О, мы бы все равно не стали использовать то место. Все было приготовлено заранее. Сто лет назад — вот как делаются такие вещи. Мир стал меняться быстрее. Нужно успевать за временем.

— А риск, что кто-нибудь узнает?

Она рассмеялась.

— Что? Какие-то стулья? Стол? Большое дело. Прятать вещи — занятие для любителей.

— А как насчет тел?

— А это уже другое дело.

— Кем был Маркус Фокс?

— Важной персоной, — сказала она, словно говорить о нем было признаком дурного тона. — Он всегда был неуправляемым. А в последнее время стал источником настоящих проблем.

— О чем ты?

— Дело касалось того места, что ты ищешь. Между нами, оно недалеко. Маркус стал очень жестоким. Он мучил людей. Маленьких людей.

— Я видел. Зачем было хранить тела?

— Там их было так же трудно найти, как если бы их закопали в лесу или выбросили в море. Во всяком случае, до тех пор, пока ты и твой друг не начали вести расследование.

— А Фокс?

— Он стал опасен. Мы с ним разобрались.

— Ты хочешь сказать, он убит. Человеком, который застрелил Гэри.

— Возможно.

— Почему Тодд Крейн сказал, что Маркус был в здании вчера?

— У тебя превосходные уши. И любопытный умишко. Это может привести к проблемам. Впрочем, мы знаем, где ты живешь.

Я посмотрел на нее.

— Ты там тоже живешь.

— Нет. Я никогда там не жила, мистер Уолен. — Она погасила сигарету и посмотрела на меня с полнейшим равнодушием. — Я полагаю, ты меня понимаешь. Ты говоришь не с Эми. Я Роза.

Возможно, я уже знал это. Еще ночью я сообразил, что номер, помеченный как РОЗА, в мой телефон могла ввести Эми — в любое время за последние недели или даже месяцы, а я не замечал этого до тех пор, пока она мне не позвонила. Зачем? Может быть, чтобы предупредить. Или остановить и помешать совать свой нос туда, куда не следует. По всей видимости, именно по этой же причине ко мне подослали тех двух головорезов, когда я был с Георгом. Люди, которым платят чужаки, кем бы эти чужаки ни были.

— Так кто же такая Роза?

— Это название для определенного состояния разума.

— Я не верю. Думаю, что и ты не веришь. Почему Шеперд пытался убить девочку? В ней находился Фокс?

— Да. Но создается впечатление, что мистер Фокс покинул здание.

— А такое случается?

— Очень редко. Она невероятно сильна. И очень молода. Мы немного тревожились — было не совсем понятно, как Маркус сумел в нее войти. Возможно, ему помог один из наших наемников. — Она пожала плечами, — Иногда повторные посетители покидают борт. Изредка их вышвыривают вон. За девочкой нужно будет присматривать. Мы этим займемся.

Она заметила, как я на нее смотрю, и покачала головой.

— Это произойдет не здесь. Я же сказала тебе на пирсе. Сейчас ты видишь меня такой, какая я есть на самом деле. Какой я была всегда — внутри.

Я заметил серый лимузин, остановившийся в полусотне метров от нас на Йеслер. Из него вышел старый афроамериканец с аристократической внешностью. Машина тут же отъехала, а мужчина зашагал в сторону площади и уселся на скамейку. Один. Мне это показалось странным.

Эми закурила новую сигарету, и это меня отвлекло. Самые обычные вещи выбивают из колеи. И, хотя я уже знал, что нахожусь рядом с женщиной, которую не в силах понять, я не хотел, чтобы она уходила. Как только эта женщина — как бы она себя ни называла — уйдет, я останусь совсем один. И я снова начал задавать вопросы.

— А что такое машина призраков Билла Андерсона?

Она вздохнула.

— Тебе и о ней не следовало бы знать.

— Верю. Однако я знаю. Неужели было необходимо убивать такого человека, как Андерсон? Да еще его жену и ребенка?