Пояс шахида - Лев Пучков

Доктор Джон, несмотря на британский лоск, могучий интеллект и принадлежность к самой хитрой нации мира, Сергею отчего-то безгранично доверял и не стеснялся высказывать свое подлинное умонастроение. На осторожный вопрос по поводу того, как он, вообще, видит для себя статус и перспективы некоторых народов, с которыми ему случалось общаться, доктор, ни секунды не раздумывая, заявил:

— Мусульман, сам понимаешь, на нации и народности не делю — это, образно говоря, один народ. С ними все понятно — это враги. Британцы — зажатые снобы, практически полностью утратившие бойцовый заряд и прозябающие в фазе инерции. Их можно игнорировать. Французы — рохли и неженки. Игнорировать. Подавляющее большинство представителей Старой Европы — инертная масса, варящаяся в своем благополучии и не способная решительно ни на какие позитивные шаги.

Янки — тупоголовые нахальные хамы, постепенно заплывающие жиром и все сильнее деградирующие. Настолько тупоголовые, что не провели ни одной удачной военной либо шпионской операции и постоянно везде… кхм-кхм… прошу прощения — обделываются… Спецслужбы у них постоянно в глубоком ауте, авиация бомбы вечно не туда сбрасывает, шпионы попадаются, как по расписанию, армия и флот абсолютно ничего полезного не делают, хотя присутствуют прочти в каждом уголке земного шара… Отчего до сих пор не деградировали окончательно и не пришли в упадок? Локализация спасает. Жили бы они, допустим, на Балканах, я бы на них посмотрел!

Теперь русские. Гхм… Я здесь родился и вырос, поэтому констатирую особо. Русские — разгильдяи, неряхи, бесшабашные, глуповатые и простодушные в основной массе люди. Судьба России печальна вовсе не потому, что над ней висит злой рок, как любят утверждать воинствующие интеллигенты! «Каждый народ заслуживает тех правителей, которых имеет» — это правильно. Обрати внимание: если окинуть взглядом череду правителей России, в основном — одни ничтожества и бесполезные негодяи. Полезных негодяев очень мало. Лично я знаю троих: Петра Великого, Екатерину Вторую и Александра Освободителя, которого в принципе из числа негодяев можно исключить ввиду многих позитивных характеристик. Остальные — вплоть до Ельцина — ничего собой не представляют. Про ныне действующего президента сказать ничего не могу, но… это закономерность, мой юный друг. Не может быть у бесшабашного и глуповатого народа мудрых и выдающихся правителей.

— Евреи лучше? — не без сарказма уточнил Сергей.

— Безусловно! — Джон весело подмигнул собеседнику. — Посмотри вокруг, друг мой, и ты вынужден будешь согласиться. Ты — раритет. В вашем народе таких, как ты, — считанные единицы. А среди евреев — почти все такие. Не ростом и лицом, нет — я имею в виду интеллект. Древний народ, постоянно ведущий войну за место под солнцем, вынужден поддерживать интеллектуальный потенциал на высоком уровне… в противном случае этот народ просто перестанет существовать. Так что, извини, но пуп этого мира — вовсе не русские!

— Зачем же тогда вы так печетесь о судьбе России? — спросил слегка уязвленный в самых лучших чувствах юно ша. — Вы — еврей, живете в Британии… какое дело вам до России?

— Хороший вопрос… Россия — наш оплот в борьбе с неомусульманским радикализмом как минимум на ближайшие полвека вперед. Страшно представить себе, что будет, если мы этот оплот потеряем. Поэтому мне не безразлично, что сейчас творится в России. И потом… простодушные и глуповатые русские — хорошие воины. История имеет немало тому примеров. Хорошие воины в наше время — это очень важно. Это очень актуально. Так что — будем работать…

…О происшествии в «Руслане» и прилегающем лесопарке СМИ, как ни странно, не проронили ни слова. Компьютеров с выходом в Интернет в пансионате не было, но телевизоры присутствовали и ловили по восемнадцать каналов кряду, а Роберт ежеутренне привозил из города толстую пачку разнообразных газет. Так вот — газеты и телевизор словно подписали пакт о неразглашении! Нигде даже намеком не проскользнула информация, интересующая страдающего от неизвестности виновника той вечерней бойни.

О «Красавицах» информация поступала, но в рабочем порядке: поют, дали за первую неделю нового года три концерта — и более ничего.

Машину из двора близ «Руслана» забрал и отогнал в родной паркинг все тот же вездесущий Роберт, хотя Сергей собирался сделать это сам.

— Тебе лучше сейчас не высовываться, — заявил мудрый Джон. — Ну и что информации нет? Если бы это произошло в людном месте — была бы тебе информация, можешь не сомневаться. А тут на отшибе, в лесу… Диаспора умеет хранить свои тайны не хуже сицилийской мафии, можешь мне поверить. Кроме того, я располагаю сведениями, что молодца, уложившего чуть ли не взвод чеченских бойцов, с большим старанием ищут не только в столице, но и в Подмосковье. И не просто ищут, а носом землю роют! Из данных, правда, имеется лишь высокий рост, такой же профессионализм, брошенный в лесу костюм Деда Мороза и оружие…

— Интересно, оружие сразу нашли или когда рассвело? — озаботился Сергей.

— Оружие нашли, скорее всего, утром, — предположил Джон. — Полежало в снегу, ледком покрылось… В общем — отпечатки у них вряд ли есть. Уверен — если бы были, давно бы на тебя вышли.

— Ну, если без отпечатков — тогда совсем негусто, — перевел дух Сергей. — Вот если бы я там запаниковал и свой распрекрасный броник скинул, тогда — конечно…

— Не густо, согласен, но… Сиди лучше, не торопись. Ты ещё не старый, успеешь нарваться на неприятности…

До Рождества Сергей отдыхал. Особыми досуговыми изысками пансионат не располагал, все было просто и по-советски: русская баня с березовыми, моментально «лысеющими» вениками, деревянные лыжи с допотопными резинками, пустой спортзал с баскетбольными кольцами и волейбольной сеткой да теплый гараж с тремя «Буранами», старыми, но вполне исправно функционирующими.

Нога быстро заживала, и наш парень в своем номере практически не сидел: слонялся по аллеям, которые старательно очищали от снега «воспитанники», ходил на лыжах, парился в бане, смотрел телевизор и учил Роберта (секретаря Джона) ездить на «Буране» вокруг пансионата. Кормили в «Зарнице» обильно и вкусно — повар Вася старался. Несколько раз Джон оставался ночевать в пансионате, и они вели с Сергеем, к обоюдному удовольствию, долгие вечерние беседы.

— Вот повезло-то! — радовался юный партизан, которому казалось, что он пересек линию фронта и присоединился, наконец-то, к регулярной армии. — Настоящая маленькая организация, умный и дальновидный руководитель, в средствах недостатка нет… Просто не верится — как все здорово получилось…

Рождество встречали скромно, но со вкусом. На всенощную, понятное дело, воспитанников не повезли, но после шести часов вечера секретарь Роберт привез из города солидного попа с мини-купелью и кадилом. Поп на скорую руку — как в военном лагере — окрестил воспитанников (оказалось, что никто из них ни разу не был в храме господнем — видимо, программа детдомов не предусматривает такие излишества), вручил каждому крестик и иконку и, посидев часок за общим столом, убыл восвояси в сопровождении Роберта. На ужин повар Вася приготовил поросенка с гречкой, богато накрыл стол всяческой снедью, фруктами, салатами и подал красное французское вино. Ели-пили, веселились, смотрели «Рождественские встречи» Аллы Борисовны, и всем было хорошо и уютно — каждый чувствовал себя членом большой дружной семьи, будущее которой обещало самые радужные перспективы.