Страх - Франк Тилье

Камиль Прадье жил за городом, в частном кирпичном домике. Зады его сада выходили в поля, а перед ним тянулась муниципальная дорога, затерявшаяся в этой глуши. Дом был окружен прекрасно подстриженными, как, впрочем, и сад, кипарисами. Очевидно, Прадье умело обращался с любым режущим инструментом.

Держась начеку, Люси и Николя вошли в сад. Все ставни были закрыты, а отсутствие какой-либо машины на подъездной дорожке и под навесом свидетельствовало о том, что дома никого нет. Капитан приложил ухо к входной двери. Ни звука. Позвонил, потом несколько раз постучал кулаком. Безуспешно.

Люси обошла вокруг дома:

– Сзади ничего.

– У него наверняка есть машина, – сказал Белланже. – Никого нет. Проклятье!

Он раскинул мозгами, походив быстрым шагом взад-вперед перед входной дверью.

– Прадье может вернуться сюда когда угодно, – сказал он наконец. – Так что я останусь здесь, а ты дуй в РБЦ. Если он там, в контакт с ним не вступай, а сразу звони мне. Если его там нет, попытайся убедиться, что это действительно тот, кто нам нужен. Он был у Стикса, это коллекционер. Может, в его лабораторном компьютере найдутся какие-нибудь фотографии. А может… он хранит в лаборатории какие-то следы своих жертв. Найди мне что-нибудь.

Он бросил взгляд на экран мобильного телефона.

– Сеть тут ни к черту, ну да ладно. Остаемся на связи по телефону.

– А если он появится?

Белланже посмотрел Люси прямо в глаза:

– Я разберусь.

Его взгляд и тон показывали, что он не отступит. Когда Люси садилась в машину, он бросил:

– Я облажался, сразу подключив тебя к расследованию. Ты была еще не готова.

Люси стало обидно до слез. Он только что вонзил ей нож в сердце. Она ничего не ответила и отвела взгляд.

Молча включила зажигание. Ее руки дрожали на руле.

Через четверть часа она добралась до орлеанского РБЦ. Обогнула стройплощадку и оказалась за главным корпусом. Ничто не указывало на местонахождение анатомической лаборатории, но, спросив дорогу у какого-то врача, она в конце концов отыскала стоящее немного в стороне здание. Ветхий параллелепипед без окон с сероватым фасадом. Справа асфальтированная дорожка вела к воротам гаража с двумя красными крестами и предупреждением между ними: «Только для сотрудников, имеющих разрешение».

Люси проверила, на месте ли оружие, и, встав перед застекленной дверью, нажала на кнопку домофона. Через минуту ей открыл мужчина в обычной одежде, без белого халата. Загорелый до корней волос. Лет, должно быть, сорока.

– Да?

Люси показала ему свое удостоверение:

– Я хотела бы получить у вас кое-какие сведения.

Затем осмотрительно поинтересовалась:

– А вы, собственно, кто будете?

– Альбан Кутюр, патологоанатом и директор лаборатории. Вам повезло, что я тут с раннего утра сижу, – разгребаю накопившиеся бумажные дела. Только что из отпуска вернулся. Обычно лаборатория по понедельникам закрыта. Входите.

Люси поколебалась долю секунды, но последовала за ним. Внутри явно было на пять-шесть градусов меньше, чем снаружи. Дверь за ней закрылась. Рядом обычная регистрационная стойка, прямо напротив распашная двустворчатая дверь, как в больницах, и за ней – коридор.

– Так чем могу помочь? – спросил Кутюр.

– Извините, но нельзя ли мне сначала взглянуть на ваше удостоверение? Хочу убедиться, что вы именно тот, за кого себя выдаете.

Он с любопытством посмотрел на нее:

– Секундочку.

И исчез за дверью. Люси нащупала рукоятку пистолета. Директор появился снова, с удостоверением, которое протянул ей:

– Вот, пожалуйста.

Люси проверила:

– Спасибо… Я бы хотела поговорить об одном из ваших сотрудников, Камиле Прадье. Я заезжала к нему домой, но там его не оказалось. Может, он в отпуске?

– Нет-нет…

– Вы можете как-нибудь связаться с ним?

– Честно говоря, нет. Насколько я знаю, у Камиля нет мобильного телефона, он их не любит. А что случилось? Какие-то проблемы?

Нет мобильного телефона… Вот и первое, что его роднит с Луазо.

– Мы наводим справки обо всех здешних сотрудниках с инициалами КП. Кто-то, выходивший в Интернет с сервера вашего центра, замешан в уголовном преступлении…

Наступила пауза. Кутюр нахмурился:

– То, что вы говорите, довольно любопытно. Когда я приехал сюда в пять часов утра, внизу, в подвале, горел свет. Так что я спустился. И к своему большому изумлению, застал там Камиля.

– Что он там делал?

– Поднял решетку одного из баков с формалином, а это значит, что он собирался что-то делать с хранящимися там телами. Похоже, я его удивил… не меньше, чем он меня. Он сказал, что ему не удалось заснуть, вот он, дескать, и решил этим воспользоваться, чтобы подытожить все данные – его компьютер, кстати, был включен – и сделать полную инвентаризацию, потому что решил взять отпуск. Хотя он его никогда не берет. Короче, все эти объяснения показались мне очень невнятными. Он вернул решетку на место и быстро ушел. Вид у него при этом был какой-то нервный, но я не обратил внимания. Камилю часто случается работать либо очень рано, либо очень поздно.

– Где находится его компьютер?

– В подвале.

– Можно взглянуть? Осмотреть его рабочее место? А заодно и эти… тела?

– Осмотреть тела? Зачем?

Люси показала ему фотографию с отрезанной головой.

– Вот зачем. Возможно, имейл с этим фото был отправлен с его компьютера. Присутствие Прадье в лаборатории сегодня в пять утра и тот факт, что он в это время прикасался к трупам, наводит на мысль, что он хотел избавиться… от чего-то. Возможно, что тела, которые мы ищем, все еще здесь, в этих стенах, а ваше неожиданное появление, очевидно, сорвало его планы. Их можно опознать по татуировкам на затылке. Буквы, цифры… Это вам что-нибудь говорит?