Хайс - Ариана Годой

Ариана Годой

Хайс

Информация

Перевод группы Atlanta books

VK канал: https://vk.ru/im/channels/-234256273

При копировании указывайте источник!

Синопсис

Вы когда-нибудь встречали монстра?

Нет, я говорю не об этих фантастических монстрах, я говорю о монстрах из плоти и крови, внешне красивых, с манящей улыбкой и очарованием, которое ослепляет любого. Он идеально замаскирован, чтобы скрыть зверя, которым на самом деле является.

Мы все думаем, что, встретив монстра, мы будем бояться, дрожать и спасаться бегством, а на самом деле даже не осознаем, что столкнулись с ним. Мы не сможем распознать его, пока не станет слишком поздно.

Пока наша кровь не окрасит его прекрасное лицо, а губы не превратятся в садистскую улыбку, которая покажет нам, что монстр был здесь, прямо у нас под носом, все это время, а мы были настолько слепы, что не видели его.

Он может проникнуть к нам с легкостью, имитировать наши эмоции, даже если он вообще ничего не чувствует. Он манипулирует, лжет и делает все, чтобы получить то, что ему нужно.

Мы всего лишь пешки в его игре, и если нас ранят или убьют, это будет сопутствующим ущербом; совесть не будет мучить его по ночам, потому что ему все равно. Он один такой или их больше?

Это мы выясним вместе, но будьте осторожны, если вы вступили в игру с монстром, единственный выход — смерть.

Предупреждение и предисловие

Ж А Н Р Ы:

М и с т и к а/т р и л л е р/остро-сюжетный роман.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ:

М р а ч н а я а т м о с ф е р а

Н а с и л и е

Д е л и к а т н ы е т е м ы

И кто знает, что ещё, потому что автор сумасшедший.

И как обычно я приветствую читателей, когда они попадают в мои истории:

Добро пожаловать в дурдом!

Уилсон, полицейский участок.

21 декабря 2018.

Время: 22: 58.

Отчёт получил офицер Джонс.

— Лия?

Молчание.

Офицер Джонс вздохнул, проведя рукой по лицу. Хрупкая фигура Лии вздрогнула, когда он сидел по другую сторону её стола, голые плечи девушки были залиты кровью, как и её бледное лицо.

— Что случилось, Лия? Чья это кровь на тебе?

— Я... он... — Лия сделала паузу, её лицо сморщилось при воспоминании о чём-то.

— Это был он.

— Кто?

— Я уже сказала вам.

— Хайс?

Она кивнула.

— У тебя есть доказательства того, что ты говоришь? Это очень серьёзное обвинение, Лия.

— Я же показала фотографию, какие ещё доказательства вам нужны?

— Мне нужно гораздо больше, чтобы обвинить его.

— А то, что произошло сегодня вечером? Кровь?

— Я ничего не могу сделать, пока не придут результаты лабораторных исследований, но ты же знаешь, Лия? Чья это кровь?

— Я не знаю, спросите его.

Офицер Джонс открыл рот, чтобы ответить, когда глаза Лии расширились от удивления, её взгляд упал на кого-то позади него. Офицер повернулся в своём стуле, и сквозь прозрачное стекло его кабинета он увидел Хайса.

Он был в наручниках с двумя полицейскими по бокам, на некоторых частях его одежды засохшая кровь, которая также окрасила его светлые волосы.

Глаза Хайса пересеклись с глазами Лии, а губы изогнулись в зловещей, кривой улыбке. Лия тут же отвела взгляд.

Офицер знал, что-то происходит, но ни он, ни жители Уилсона не были готовы к масштабам происходящего.

Никто никогда не был готов к тому, что касалось Хайса.

Глава 1

Идеальная картинка

ЛИЯ

3 месяца назад.

22 сентября 2018.

— Держись подальше от этой семейки, Лия.

Эти слова только заставляли меня захотеть сблизиться с ними — неужели моя мама всё ещё не понимала принципа, что чем больше она будет против чего-то, тем больше мне будет любопытно? Я выросла в окружении запретов.

Не играй с мальчиками, только с девочками.

Не носи откровенную одежду.

Не сиди допоздна.

Не матерись.

Не слушай странную музыку.

Не читай ничего, что не подходит.

Не заводи друзей, которых я не одобряю.

Не выходи после 7 вечера.

Интернет сайты и телепередачи, которые ты смотришь, должны быть разрешены мной.

Запреты повсюду.

У моей мамы была склонность запрещать что-либо без объяснения причин, она просто говорила, что она моя мать и она знает, что для меня лучше, и начинала читать мне об этом лекцию. Моя семья чрезвычайно религиозная, впрочем, как и весь город. Не было семьи, которая не посещала бы церковь, а те, кто осмеливался сбиться с пути, были изолированы и рассматривались как изгои, пока они не сдавались и не возвращались в церковь.

Жители Уилсона создали свою собственную религию более 50 лет назад, и мы по-прежнему соблюдаем её.

В городке было не очень большое население, поэтому община быстро стала закрытой и религиозной. Все магазины, предприятия и рестораны управлялись горожанами. Уилсон привлекал много туристов: летом, когда наши природные источники и водопады становились прохладными, а также зимой, когда наши горы покрывались белым снегом.

Община была довольно снисходительна по отношению к туристам, по словам наших лидеров, иностранцы не умели себя вести и мы допускали их на свою территорию только для того, чтобы они поддерживали нашу экономику.

Не поддавайтесь влиянию распутного поведения, которые демонстрируют туристы.

Эта воскресная проповедь застряла у меня в голове.

— Мы ничего о них не знаем, эта семья ещё не вступила в церковь, — напомнила мне мама. — Пока они не станут активными и верующими членами нашей церкви…

— Они для нас не существуют.

Я закончила за неё. Мне не нужно было напоминать, мне было не 9 лет, мне уже 17. Мама, вероятно, была права, мы ничего не знали о них, были ли они плохими людьми? Или такие же распутники, как туристы?

Каждый раз, когда кто-то переезжал в Уилсон, это вызывало целый переполох, от бормотания в супермаркетах до разговоров в церкви, когда наш лидер заканчивал свою проповедь.

Я скорчила гримасу, двигая ногами взад-вперед под высоким стулом, на котором сидела напротив кухонной стойки. Мама была на другой стороне, готовила ужин. Её каштановые волосы были собраны в высокий хвост, на ней было цветочное ниже колен с рукавами, да не позволит Господь ей оголять кожу даже дома. Её фартук защищал