Zombie Fallout. Апокалипсис - Марк Тюфо

Мы двинулись в глубь помещения, не забывая о том, что происходит справа от нас – размеренное хлюпанье крови, хруст хрящей и кости не прекращались. Лишь достигнув дальнего края платформы, мы наткнулись на лестницу. Она была длинной, но я сомневался, что она раздвинется до самой крыши. По моим прикидкам, от земли до крыши было около тридцати пяти футов.

– Ладно, Трев, я беру лестницу. А тебе придется нас прикрывать, – сказал я, закидывая «М-16» за спину.

Когда я снял лестницу с крюков, она громко лязгнула. От неожиданности ее я чуть не уронил. Нервы у меня и так были на пределе, а чувства обострились до невозможности. Тревис был напряжен и внимателен, но, похоже, это его не изматывало. Мы медленно направились к въезду на платформу, откуда и пришли. Когда мы приблизились к тому месту, где, по моим расчетам, оставалась девочка, я напряг слух, рассчитывая уловить характерное чавканье кормящегося зомби. Пропустить такое было сложно. Однако я не услышал ничего. Холодок – нет, какой там холодок, взрыв ледяной кислоты прошелся по моему позвоночнику. Я знал, что девчонка приближается, каким-то образом уклоняясь от света фонарика в руке Тревиса. А затем я почувствовал, как ее холодные пальцы прикоснулись сзади к моей ноге. Я попытался закричать – чем не горжусь – но скорей это напоминало сдавленный хрип. Не было никакого шанса, что я успею бросить лестницу и развернуться достаточно быстро, чтобы защитить себя. Оставалось лишь ждать, когда голень пронзит боль от впившихся в плоть зубов.

Я оглянулся на Тревиса в надежде, что сын услышал мой призывный хрип – может, он уже взял девчонку на прицел, и я не стану десертом для какой-то неупокоенной нимфетки. Однако боги не спешили прийти мне на выручку. Тревис даже не смотрел в мою сторону. Его дробовик и луч фонарика были нацелены влево – туда, где маленький монстр дожевывал то, что осталось от менеджерского позвоночника. Я решился оглянуться. То, что я увидел, заставило бы меня мертвецки побледнеть, если бы кровь не прилила к щекам. Испытывая дикую смесь смущения и облегчения, я подобрал направляющую проволоку лестницы и обмотал вокруг одной из перекладин.

– Пап, с тобой там все в порядке? – спросил Тревис, не отводя винтовку от развернувшейся перед ним сцены.

– Э-э, – жизнерадостно выдал я. – Ага.

Я хотел сказать больше, но в горле застрял солидный ком самоуничижения.

Мы уже почти подошли к выходу, когда Трейси нажала гудок. Сигнал был короткий, но он напугал меня до усрачки. На сей раз я выронил лестницу, что, в свою очередь, всполошило Тревиса. Его винтовка выстрелила, вырвав кусок плоти, все еще остававшийся на бренных костях мистера Младшего Управляющего – чьим мечтам о сером существовании в должности менеджера среднего звена уже никогда не суждено было осуществиться. Часть дроби угодила в лицо девочки, впившись в рыхлую плоть. Ее левая щека начисто отвалилась, обнажив крошечные молочные зубки, неприятно-красные и покрытые кровью ее недавней добычи. Она встала, чтобы лицом к лицу встретить эту новую опасность – зрелище, до сих пор часто посещающее меня в кошмарах. В правой руке она, похоже, сжимала куклу – то, что уцелело от ее прежней жизни. Была ли она просто слишком тупа, чтобы избавиться от этих жалких остатков былого существования? Или, может, что-то сохранилось на самом дне ее растерзанной души, какая-то последняя опора? Хотелось бы мне знать.

Но не Тревису. Он мигом снес ей башку. Хрупкое тельце девочки, наряженное в ее, по всей вероятности, любимое голубое платьице, простояло еще секунду, а затем рухнуло на полусгрызенную жертву, ручки по-прежнему сжимали куклу. Если забыть про кровь, то это во всех отношениях смахивало на нежное объятие отца и дочери. К самому моему горлу из желудка что-то подкатило. Что именно, мне никогда не узнать, потому что желудок был уже пуст. Меня бы ничуть не удивило, если бы я выблевал собственную почку.

Тревис малость позеленел, но его явно проняло меньше, чем меня. Я встал, поднял лестницу и направился в ночь. Здесь не осталось ничего такого, что мне КОГДА-ЛИБО захотелось увидеть вновь. Я спрыгнул с погрузочной платформы. Ночь казалась ослепительно светлой после той тьмы (буквальной и метафорической), которую мы оставили позади. Тревис дулом винтовки указал на то, что заставило Трейси нажать на гудок. Из-за угла выходил одинокий зомби. Он все еще был в сотне футов от нас и на данный момент не выглядел страшной угрозой, но у меня возникло нехорошее предчувствие, что добром это не кончится. Трейси неистово махала рукой, подзывая нас к машине.

– Знаю, я тоже это вижу, – громко прошептал я, не отводя глаз от зомби.

Удивительно, но я уже начал называть их «ЭТО», а не «ОН» или «ОНА». «Это» казалось слишком безличным словом для описания того, что некогда было человеком, но так было намного легче.

Я начал раздвигать лестницу и готовился установить ее, когда раздался голос свыше. Нет, к несчастью, это был не ТОТ голос свыше.

– Папа! – сказал Джастин немного громче, чем мне бы хотелось.

Я взглянул вверх, демонстрируя, что я его слышу.

– К нам направляются гости.

– Да, я это видел, – отозвался я, борясь с тяжелой лестницей.

– Да нет, – последовал загадочный ответ, – я имею в виду, к вам приближается около дюжины этих тварей.

У меня на лбу выступил пот, и лишь частично от физических усилий.

– Сколько у нас времени? – прокряхтел я.

Лестница уже стояла на месте и до крыши ей не доставало добрых десяти футов.

– Самое большее пара минут, – порадовал меня сын.

– Великолепно! Час от часу не легче!

Все шло не по плану. И тут я расхохотался. Может, я уже дошел до ручки, не знаю, но этот смех позволил мне слегка сбросить напряжение. Кто, во имя всего святого, строит ПЛАНЫ на такой случай! Я подавил свой полуистерический припадок, но был рад принесенному им облегчению.

– Пап? Ты в порядке? – спросил Джастин.

– Лучше не бывало, – огрызнулся я. – Позови кого-нибудь, желательно двоих, чтобы тебе помогли.

Сын вопросительно взглянул на меня.

– Они подержат тебя, а ты спрыгнешь на лестницу.

– Да хре… – начал он. – В смысле, НЕТ, мне лететь до нее футов двадцать. Я не смогу.

– Тут максимум двенадцать, – заметил я. – Все будет в порядке.

– Не уверен, – уклончиво возразил он.

– Джастин, у нас нет времени на споры. Либо ты доберешься до этой лестницы в течение ближайшей минуты или двух, либо нам придется уехать, – надавил я.

Я видел, что Джастин принялся мысленно взвешивать свои шансы. Нельзя было позволить ему самому расставить приоритеты.

– Джастин, – начал я, – мне известно, что у тебя есть пиво и пневматическая винтовка… и безопасное убежище.

Парень закивал – очевидно, он размышлял о том же. Но тут я взялся за минусы.

– Сколько у вас еды? – спросил я.

– Еды? – прозвучало в ответ.