Десять историй ужаса - Роберт Лоуренс Стайн

Тем не менее, идея прокатиться на велике показалась мне неплохой. Это могло бы отвлечь меня от тоски по дому.

— А что, и прокачусь! — воскликнул я.

— Прекрасно! — отвечала мама. — Только вернись к ужину. Вечером будем наряжать елочку.

Елочку. Ха. Я бросил взгляд на зеленую пластиковую елку в гостиной. Как и все остальное в этой «пустынной» зиме, наша елка была фальшивкой.

Мой велосипед был прислонен к передней стене дома. Оглядевшись вокруг, я подумал, что даже дома кажутся какими-то неправильными. Как и мой новый дом, все они были бледно-розовыми. Все имели плоскую крышу. Они походили на безобразные коробки из-под ботинок.

Я покатил к универмагу. Пристегнул велик к стойке, зашел. Из громкоговорителей лилась рождественская музыка. В проходах толпились люди. Все улыбались. Все казались исполненными рождественского настроения.

Все, кроме меня.

Мне хотелось бы видеть их закутанными в теплые пальто и куртки. Но покупатели ходили в футболках и шортах. Во всем этом не чувствовалось Рождества. Это больше походило на Четвертое июля!

И тут я увидел это.

Посреди универмага стояла высокая зеленая елка.

Она выглядела в точности как те елки, что мы наряжали в прежнем доме.

Я бросился к ней. Воздух вокруг нее был напоен пряным ароматом. Дерево было настоящим. Его украшали сотни чудесных старомодных игрушек. Маленькая табличка извещала, что они продаются.

Куплю одну! — решил я. Тогда это будет больше походить на Рождество.

Мое внимание привлекло большое украшение, исполненное в виде старинного домика — с белыми деревянными стенами и покатой крышей. Крышу покрывал снег. В дверях домика стоял крошечный эльф. На нем был зеленый костюм и красный шарф.

— Нравится? — проскрипел мне в ухо чей-то голос.

Я оглянулся. У меня за спиной стоял древний старик.

— Я смотрю, ты тоскуешь по настоящей зиме, — произнес старик. — Это украшение — то, что нужно. Оно, видишь ли, особенное. Это дом Джека Фроста, повелителя зимней стужи.

Я дотронулся до украшения. Оно было холодным! Я удивился, но решил, что его специально держали в холодильнике.

— Беру! — воскликнул я.

Я заплатил старику, запихнул украшение в рюкзак и помчался домой. Мне не терпелось повесить его на нашу елку.

Но взглянув на безобразное искусственное дерево в гостиной, я сразу передумал. Украшение было слишком хорошо для этой подделки.

Вместо этого я решил повесить Джека Фроста и его домик у себя над кроватью. Таким образом, я мог бы поселить у себя в комнате частичку настоящей зимы.

* * *

На следующее утро я выглянул в окно и не поверил собственным глазам. Все было белым-бело. Настоящая метель! Снег валил так густо, что даже воздух казался белым. Ветер намел во дворе огромные сугробы.

Я быстренько полез в шкаф за теплой курткой. Потом выбежал на двор и принялся катать из снега шар, чтобы слепить снеговика. До чего же весело!

Когда туловище было готово, я воткнул ему в каждый бок по метелке — вместо рук. Потом вставил ему в голову кусочки угля вместо глаз, носа и рта. Наконец, я водрузил ему на макушку старую кепку.

— Славная работа! — послышался чей-то радостный голос. Я повернулся и увидел эльфа, одетого во все зеленое. У него была рыжая борода. На шее висел длинный красный шарф. Он был точной копией Джека Фроста с моего украшения!

Джек Фрост щелкнул пальцами… и снеговик подмигнул!

— Ах-х-х-х! Кр-р-р-р-р-р-р-расота! — произнес снеговик рокочущим низким голосом. Он поднял и опустил руки, а потом повернулся ко мне.

— Айда на пруд! — пророкотал он. Он вразвалочку поднялся на холм. Я поспешил за ним.

По другую сторону холма сверкал льдом чудеснейший пруд. На берегу ждала пара коньков. Они пришлись мне точно впору. Я встал на коньки и заскользил по замерзшей воде.

Снеговик катил рядом. Мы катались все быстрее и быстрее. Я чувствовал, как морозный ветер кусает лицо, и это было здорово! Я вернулся в зиму!

Мы со снеговиком подкатили к противоположной стороне пруда. Мы принялись лепить снежки и кидаться ими в Джека. Снежки летели все быстрее и быстрее.

Через некоторое время мои зубы начали выбивать дробь.

— Д-д-д-думаю, нам пора остановиться! — выдавил я.

Снеговик и Джек Фрост пропали в снежной пурге.

* * *

Я открыл глаза. И поднял голову с подушки. Все оказалось сном. Я взглянул на свое новое елочное украшение. Джек Фрост усмехался мне из своего маленького домика.

Весь день я не мог выбросить сон из головы. Он казался таким реальным!

Воспоминания о катании по ледяному пруду заставили меня задрожать. Я никак не мог согреться. Я снял шорты и натянул джинсы и свитер.

После завтрака пришел Тим, мой сосед и приятель.

— Пошли, Джэред, — сказал он. — На великах погоняем.

— Неохота, — ответил я. — Там жуткая холодрыга. Посижу-ка я дома.

Я прижимался к окну, пытаясь согреться на солнышке. Но и его золотые лучи казались холодными, холодными, словно лед.

Тем вечером мне было так холодно, что я отправился спать пораньше. Пытаясь согреться, я укрылся сразу несколькими одеялами.

* * *

Как только мои глаза сомкнулись, меня приветствовал Джек Фрост.

— Добро пожаловать назад, в настоящую зиму! — провозгласил он. Я охнул, увидев, что вместо ногтей на его пальцах красуются острые голубые сосульки. — Айда кататься на санях!

Я вслед за Джеком поднялся на длинный и скользкий холм. Ветер бушевал еще неистовее, чем в первом сне. Я дрожал. На вершине холма нас ждали ярко-красные сани. Я залез на них и сел позади Джека Фроста. Меня так трясло, что я едва мог за него держаться.

— Поехали! — крикнул эльф.

Сани понеслись с холма. Все быстрее и быстрее мчались они, и холодный ветер бил мне в лицо. Я чувствовал, как замерзают щеки. Сани выписывали зигзаги по крутому склону.

Я держался изо всех сил. Я посмотрел вперед. Сани устремились к обрыву.

Мое сердце заколотилось.

— Стой! — завопил я. — Стой!!!

* * *

Я проснулся. Солнце уже стояло в зените, посылая лучи в окно. Но мое лицо было холодным и влажным, а зубы стучали.

Я взглянул на домик Джека Фроста.

Я почувствовал, как по спине ползет холодок. От одного взгляда на украшение мне стало еще холоднее.

Я открыл шкаф и принялся рыться в нем, ища одежду из прежнего дома. Я надел под джинсы кальсоны, потом рубашку с длинными рукавами, потом свитер, потом фуфайку. И все равно мне было так холодно, что я еле шевелил пальцами.