Неведомые дороги - Дин Кунц

– Лики тоже нет? – спросил Куранов.

– Да.

Он задумался, прежде чем задать следующий вопрос.

– Но куда он мог пойти в снежную бурю? И зачем ему понадобились все винтовки?

– Я уверен, что волноваться не о чем, – ответил Стеффан. – Должно быть, у него была веская причина, и он все нам объяснит, когда вернется.

– Если вернется, – вставил Таттл.

Куранов повернулся к нему.

– Таттл, ты думаешь, что ему грозит опасность?

– В свете случившегося... я про найденные нами следы... я бы не исключал такую возможность.

Стеффан пренебрежительно хмыкнул.

– Как бы то ни было, – продолжил Таттл, – ты должен признать, что все это, по меньшей мере, странно, – он посмотрел на Куранова. – Не следовало нам идти на ограничение наших функциональных способностей перед этой поездкой. Я бы отдал все что угодно, лишь бы вернуть их, – он помялся. – Думаю, нам надо найти Лики.

– Он вернется, – настаивал Стеффан. – Он вернется, когда захочет вернуться.

– Я тем не менее считаю, что нам надо начинать поиски.

Куранов подошел к окну, встал рядом со Стеффаном, всмотрелся в падающий снег. На земле его слой увеличился как минимум на двенадцать дюймов. Кроны деревьев гнулись под дополнительным весом. Никогда раньше Куранов не видел, чтобы снег падал так быстро.

– Так что? – спросил Таттл.

– Я согласен. Мы должны его искать, но все вместе. Учитывая нашу неполноценность, мы можем легко заблудиться и потеряться. А если кто-то при падении получит повреждение, у него может полностью сесть батарея до того, как его найдут. Так что лучше держаться друг друга.

– Ты прав, – Таттл повернулся к Стеффану. – А ты?

– Да, конечно, – ответил Стеффан. – Я с вами.

* * *

Их ручные фонари яркими пятнами светили в темноте, но не могли прорезать белоснежную пелену. Выйдя из охотничьей избушки, роботы начали круговой поиск. Замкнув круг, расширяли радиус. Решили прежде всего осмотреть открытую местность, а уж потом, если Лики не найдется, входить в лес. Все согласились с этим условием, хотя ни один, даже Стеффан, не признался, что в лес им не хотелось заходить из-за абсолютно иррационального страха перед теми, кто мог жить среди деревьев.

В итоге входить в лес не потребовалось, потому что Лики они нашли в двадцати ярдах от охотничьей избушки. Он лежал на боку в глубоком снегу.

– Его разукомплектовали, – сказал Стеффан.

Остальные и так это поняли.

Лики не хватало обеих ног.

– Кто мог это сделать? – спросил Стеффан.

Ни Таттл, ни Куранов ему не ответили.

Голова Лики висела на шее, потому что кто-то вывел из зацепления несколько звеньев кольцевого кабеля. Видеоприемники разбили, механизм преобразования видеосигнала, расположенный за ними, вытащили через глазницы. Наклонившись ниже, Куранов увидел, что кто-то загнал какой-то острый предмет в банки данных, тем самым уничтожив всю хранившуюся там информацию. Куранов надеялся, что произошло это после того, как Лики умер.

– Ужасно, – Стеффан отвернулся от этого жуткого зрелища, направился к охотничьей избушке, но резко остановился, осознав, что не следует ему покидать компанию других роботов. И мысленно содрогнулся.

– И что нам с ним делать? – спросил Таттл.

– Оставим его, – ответил Куранов.

– Здесь, гнить?

– Он все равно ничего не чувствует.

– Однако...

– Надо возвращаться, – Куранов очертил фонарем круг. – Не следует нам подставляться.

Держась ближе друг к другу, они вернулись в охотничью избушку.

По пути Куранов вспомнил один из особо тревожных пунктов составленного им списка: «9. Человек разбирает роботов, хотя никто, кроме других людей, не знает, что он делает с этими частями...»

* * *

– Насколько я понимаю, – поделился с остальными своими соображениями Куранов, – Лики винтовки не брал. Кто-то, или что-то, вошло в охотничью избушку, чтобы украсть их. Лики, должно быть, вылез из инактивационной ниши в тот самый момент, когда воры уходили. Вместо того чтобы разбудить нас, он бросился следом.

– Или его заставили уйти с ними, – вставил Таттл.

– Я сомневаюсь, что его увели насильно, – не согласился Куранов. – В охотничьей избушке достаточно света и хватает места, чтобы Лики, пусть и с ограниченными способностями, позволил причинить себе вред или допустил, чтобы его увели. А вот снаружи, во время бури, он оказался в их власти.

Завыл ветер, окна затряслись в металлических рамах.

Трое роботов стояли неподвижно, ожидая, пока ветер стихнет, словно боялись, что воет не ветер, а какой-то огромный зверь, задумавший снести охотничью избушку с фундамента и разорвать ее обитателей на куски.

– Осматривая Лики, – продолжил Куранов, – я заметил, что ему нанесли резкий удар острым предметом по кольцевому кабелю, ударили сзади, неожиданно и без предупреждения. В освещенном помещении, как это, без ведома Лики никто не смог бы подойти к нему сзади.

Стеффан отвернулся от окна.

– Ты думаешь, Лики уже отключился, когда... – он не смог договорить, но через несколько мгновений взял себя в руки. – Он уже отключился, когда они лишили его ног?

– Мы только можем на это надеяться.

– Кто мог такое сделать? – спросил Стеффан.

– Человек, – ответил Таттл.

– Или люди, – уточнил Куранов.

– Нет, – но в отрицании Стеффана уже не слышалось той уверенности, что раньше. – А что они могут сделать с его ногами?

– Никто не знает, что они делают со своей добычей, – ответил Куранов.

– Можно подумать, что Таттл тебя убедил и ты поверил в существование этих существ.

– Пока у меня нет лучшего ответа на вопрос, кто отключил, разукомплектовал и изуродовал Лики, не остается ничего другого, как верить, что это сделали люди, – ответил Куранов.

Какое-то время все молчали.

Первым заговорил Куранов:

– Я думаю, как только рассветет, нам надо возвращаться в Уокерс Уоч.

– В Агентстве решат, что нам рано переходить на следующий уровень, если мы вернемся с рассказами о людях, которые ночью бродят вокруг охотничьей избушки. Вы видели, с каким презрением отзывался Янус о тех, кто говорил о чем-то подобном.

– У нас есть доказательство: бедный мертвый Лики, – напомнил Таттл.

– Или мы можем сказать, что причиной отключения Лики стал несчастный случай, а мы вернулись, потому что охота нам наскучила, – предложил Куранов.