Ужас без конца - Альбина Нури

Удивившись, я убрал руку, а она, видимо, устыдившись своей реакции, пояснила:

— Нельзя это трогать. — И добавила: — Тишина нужна. Телефон твой не зазвонит в неподходящий момент?

— Он на беззвучке, — ответил я. — Да и не позвонит мне никто.

Тетя Лида кивнула, соглашаясь.

Примерно в половине первого мы услышали шаги. Кто-то прошел под окном и остановился. Мы переглянулись. Сердце подпрыгнуло к горлу, но тетя Лида казалась спокойной, и мне пришлось взять себя в руки.

Раздалось тихое поскребывание и свистящий звук: кто-то ногтем (или правильнее сказать — когтем?) провел по стеклу. Затем негромко постучал. Потом — громче.

Я сцепил руки в замок. До этой минуты все же не до конца верил в правдивость истории, хотя и ощутил присутствие некоего существа там, в поле, но старался убедить себя, что это какое-то животное или птица. Теперь сомнений не осталось: снаружи кто-то был!

— Впусти меня! Выйди ко мне!

Подскочив на месте, я прикусил губу, чтобы не закричать.

В окно постучали с такой силой, что я был уверен: стекло разобьется!

— Не волнуйся! — шепотом сказала тетя Лида. — Оно сюда не проберется. Там защита, помнишь?

Грохот прекратился, на мгновение все стихло, а потом тварь принялась биться в другое окошко.

— Впусти! Выходи! — существо ревело будто бы на разные голоса, стучась то в одно окно, то в другое, то как будто бы во все окна сразу!

Я пожалел о том, что не знаю ни одной молитвы, и тут тетя Лида, словно подслушав мои мысли, сказала:

— Молитва не поможет.

Какофония звуков стихла, чтобы через несколько минут возобновиться с новой силой. Только теперь демоническое создание стало колотить в дверь, оставив окна в покое. Удары были такой силы, что каменный дом вздрагивал и грозил развалиться.

Мы с тетей Лидой, как три поросенка из сказки, боящиеся серого волка, сидели друг напротив друга, а нечто ужасное кружило вокруг дома, безуспешно пытаясь прорваться внутрь. Боясь вымолвить лишнее слово, слушали мы, как оно рычит и завывает, скребет и царапает оконные стекла, колотится в двери и окна и в бессильной ярости швыряет о стену вазоны и стулья с террасы.

Неужели это происходит со мной? Неужели это вообще может произойти с кем-то? Только утром моей самой большой проблемой было не завалить последний экзамен. Если бы тетя Лида не затеяла битву с потусторонними силами и не позвала меня на помощь, я бы сейчас преспокойно тусил с ребятами, отмечая сданную сессию!

Жалел ли я, что не придумал подходящего предлога, чтобы отказаться ехать? Нет, конечно же, нет. Что она делала бы тут совсем одна, посреди этого ужаса? А если бы с ней случилось что-то, я бы себе не простил.

Я посмотрел на тетю Лиду, мы встретились взглядами. В ее глазах стояли слезы, и тем не менее она улыбалась. Мне снова показалось, что она сверхъестественным образом прочла мои мысли и была благодарна, что я не оставил ее.

Минуты шли одна за другой, утекали в небытие, складывались в часы. Давно минула полночь, час ночи, два.

— Скоро рассвет, — прошептала тетя Лида. — Еще совсем немножко осталось подождать.

Неведомая тварь рвалась к нам все так же яростно, но в этой ярости чувствовалась обреченность. По крайней мере, мне так казалось. Видимо, существо понимало, что ничего у него не выйдет, вот и бесновалось, выло от ярости, что ему придется убраться из этих мест.

Я понемногу успокоился, не воспринимал происходящее так остро, почти перестал бояться. А вот в туалет хотелось уже нестерпимо. Я поерзал и сказал шепотом:

— Тетя Лида, я отлучусь на минутку.

Она пронзительно посмотрела на меня — по всей вероятности, боялась оставаться одна, да и меня не хотела выпускать из виду.

— Не волнуйся, внутри же безопасно. Я скоро.

Она неуверенно кивнула. Выбравшись из-за стола, я крадучись, чтобы не привлекать лишнего внимания к своим передвижениям, вышел из комнаты и заперся в ванной.

Сделав свои дела, надел брюки, и тут из кармана на пол выпал телефон.

«Хорошо еще, не в унитаз», — подумал я и глянул на экран.

Зарядка почти кончилась: всего пять процентов осталось. Это не удивительно, странно другое: мать звонила девятнадцать раз.

Телефон стоял на беззвучном режиме, поэтому я и не заметил. Что это с ней? Ночь-полночь, а она названивает. Наверное, случилось что-то. Уже хотел перезвонить, но тут мать снова объявилась.

— Слава богу! Ты у Лиды? — с места в карьер спросила она, не успел я ответить.

— Да. А как ты…

— Муторно на душе было, ты не брал, Сереге твоему позвонила, он сказал, — мать тараторила так, что я едва успевал разобрать слова. — Она заставляет тебя делать что-то… необычное?

— Что ты…

— Отвечай быстро!

Совсем сбитый с толку ее напором, я ответил:

— Тут в полях обитает чудовище. Тетя Лида говорит, ты его тоже видела в детстве. Оно бродит около дома прямо сейчас…

— О, господи!

— Не волнуйся, она поставила защиту, оно не войдет. До рассвета минут десять, а потом уже все кончится.

— О, господи, — снова как заведенная повторила мать. — Темочка!

«Темочка»? Я был потрясен, она меня так только в детсадовском возрасте звала.

— Мам, да что…

— Слушай меня очень внимательно и делай, как я скажу. Твоя тетка не защитить тебя пытается. Да, мы видели ту тварь возле поля. Она не добралась до нас — мы уже возле дома стояли. Мне было восемь, Лидке — восемнадцать. Я перепугалась так, что в больницу попала. А Лидка… она стала искать, как связаться с этим существом. Книги читала, не знаю, что еще делала. Долго мучилась, многие годы, и ей удалось. Я потому и не езжу, не общаюсь с ней, и тебе запретила.

— Ты не говорила! — Голова шла кругом от всего этого.

— А ты бы поверил? В такое никто не поверит, пока сам не столкнется.

— Зачем ей это?

— Видел, как она живет? Как выглядит? А ведь ей шестьдесят! Это уговор.

— Уговор? — переспросил я.

— Она помогает этой твари! Люди в тех краях мрут и…

— Знаю, мне говорили, — прервал я. — И она сама говорила! Тетя Лида…

— Отъявленная лгунья! Как бы то ни было, она соврала!

— Зачем ей это?

— Я точно не знаю, могу только предположить. Она заманила тебя, потому что хочет отдать ему.

— Мам, но это же бред какой-то! Тетя Лида, наоборот, хочет помочь, она хорошая, и меня любит!

— Никого она не любит, кроме себя, — рявкнула мать. — Я думаю так: вышел какой-то срок, та тварь пришла забрать ее, но она хочет вместо своей предложить твою душу.