Зимние призраки - Дэн Симмонс

Горькую истину Дейл услышал на следующий день, когда они вели нагруженных мулов по ущелью к горному пастбищу, расположенному чуть выше по склону, чем его ранчо.

– Ничего не получится, Дейл.

Он даже не спросил, что именно не получится, понимая, что это и есть Великое Невысказанное всего уикэнда, всей их жизни, и не стал прикидываться непонимающим – какой смысл повергать Клэр в еще большее смущение, ведь ему самому не станет от этого легче.

– Ладно, – кивнул он. – А почему?

Клэр замялась. Стоял теплый день, на ней была старая, самая удобная фланелевая рубашка Дейла, синяя, та, которую она надела в их первый совместный уикэнд больше четырех лет назад и в которой с тех пор неизменно отправлялась в каждый поход. Сейчас рубашка была расстегнута, рукава закатаны, и белая футболка плотно обтягивала полные груди.

– Все вышло… как ты предсказывал, – ответила она наконец.

– Я слишком стар, – вздохнул Дейл.

Они приблизились к краю крутого обрыва, и он непроизвольно подался в седле назад, упираясь ногами в стремена, чтобы не дать старому мерину сбиться с шага. Клэр точно так же удерживала чалую лошадку.

– Это я слишком молода, – возразила она. Целых четыре года она утверждала, иногда с яростью, что разница в возрасте не имеет никакого значения. Он никогда с ней не соглашался. Хотел бы он, чтобы сейчас она опровергла собственные слова.

– Мне нет места в твоей жизни в Принстоне, – продолжал Дейл. – Там вокруг тебя ровесники, и это естественно.

– Нет, – запротестовала Клэр, но тут же кивнула: – Да.

– У тебя есть кто-то другой, – продолжал он и поразился безжизненности своего голоса и явственно прозвучавшим в нем ноткам отчаяния.

Они въехали в осиновую рощицу, наполненную сухим осенним шорохом трепещущих и мерцающих, похожих на крохотные сердечки листьев.

– Нет, – вновь резко бросила она и почти мгновенно сменила тон: – Точнее, не то чтобы есть. Я не влюблена. Наверное, я еще очень и очень не скоро смогу кого-нибудь полюбить. Но есть один человек, который мне приятен. Человек, с которым я проводила время.

– Во время летних подготовительных семинаров? Дейл разозлился на себя за этот вопрос, но не мог не задать его, словно от этого зависела вся его жизнь. Впрочем, возможно, так оно и было. Собственный голос казался ему чужим и мертвым. Под шелест осин и шорох высокой сухой травы они подъезжали к горному пастбищу. Соски Клэр четко вырисовывались под тонким хлопком футболки. Щеки пылали. И в эти минуты она была так прекрасна, что Дейл почти возненавидел ее за это.

– Да, – ответила она. – Там я с ним и познакомилась.

– И ты…

Он вовремя одернул себя, отвернулся и стал всматриваться в даль. Перед ними простирался длинный каньон. Ранчо пока не было видно. Дейл был уверен, что когда оно появится наконец из-за сосен, то покажется ему совсем не таким, как прежде.

– Спала с ним? – завершила за него Клэр. – Да. Мы занимались сексом. Это часть моей новой жизни там. Волнующая часть.

– Волнующая… – повторил Дейл.

Разница поколений выразилась сейчас и в том, что более четырех лет чудесных свиданий, сердечной привязанности, участия для нее определялись словосочетанием «заниматься сексом», тогда как он упорно предпочитал старомодное выражение «заниматься любовью». В конце концов Клэр приняла его версию и тоже стала говорить о занятиях любовью. Дейл считал это большим шагом вперед в их отношениях. И теперь он невольно усмехнулся, хотя не ощущал и намека на веселье.

Мерин начал поворачивать к нему голову, словно Дейл отдал ему какой-то непонятный приказ поводьями или ногами. Но Дейл ударил мерина в бока, чтобы тот не отставал от чалой лошадки, которая, чуя близость ранчо, норовила перейти в галоп.

– Волнующая, – сказала Клэр. – Но ты знаешь меня вполне достаточно и должен понимать, как мало это для меня значит.

Теперь Дейл засмеялся почти искренне.

– Я не знаю тебя, Клэр, – вот это я теперь действительно знаю.

– Не надо все усложнять, Дейл.

– Боже упаси!

– Ты тысячу раз предсказывал такой исход. Не важно, как часто я говорила, что ничего подобного не произойдет, – ты утверждал обратное. Каждый раз я хотела все расставить по местам в наших отношениях… я говорю об Энн и девочках… ведь они были одной из причин твоей нерешительности. Но чего я не понимала, так это…

– Ладно, – сказал Дейл, перебивая ее несколько грубее, чем ему хотелось бы. – Ты права. Я понимал тогда. И понимаю теперь. Просто ты так много раз отрицала очевидное, что я свалял дурака… купился на мечту.

– Я не хочу делать тебе больнее, чем…

– Как ты думаешь, не прекратить ли нам сейчас этот разговор и продолжить его позже, по пути в аэропорт? Давай просто насладимся последним часом нашего последнего путешествия.

Разумеется, ничего не вышло. Последние часы, проведенные вместе, не доставили удовольствия ни ему, ни ей. Не удалось и поговорить на обратном пути в Мизулу.

Тогда он видел Клэр в последний раз. Это было за два месяца до того, как он зарядил «саваж», приставил дуло ко лбу, снял с предохранителя и спустил курок. Это было за десять месяцев до того, как он решил взять академический отпуск и уехать в Иллинойс писать роман. Это было за один год шесть недель и три дня до того, как он приехал в дом своего покойного друга Ду-эйна – в добровольное изгнание в Иллинойс. Но кто стал бы считать?

Дейлу понадобилось некоторое время, чтобы разгрузить «лендкрузер» и разложить все пожитки. Коробки с книгами и зимней одеждой, естественно, могли подождать, но ему хотелось сразу же найти подходящее место для ноутбука и достать чистые простыни, наволочки, полотенца и прочие предметы обихода, привезенные с ранчо. Все личные вещи, решил он, останутся в гостиной-кабинете, где много лет назад спал мистер Макбрайд и где престарелая сестра Старика прожила, ничего не изменяя, почти сорок последних лет.

Компьютер очень удачно поместился на старом письменном столе. Розетка в стене не имела заземления, но Дейл это предвидел и привез с собой специальный адаптер для защиты от перепадов напряжения. Сэнди Уит-такер предупредила, что телефонную линию в доме отключили еще в шестидесятом году, и Дейл захватил с собой сотовый телефон, функции которого, разумеется, включали и возможность входа в электронную почту. Однако Дейл был старомоден и потому сначала через инфракрасный порт соединил телефон с компьютером, а потом уже набрал номер службы крупнейшего провайдера Интернета «Америка он-лайн» в Пеории. Телефон сообщил ему, что «нет сети». Вообще нет. Нельзя даже позвонить.

– Черт! – выругался Дейл.

А ведь он специально связывался с «Иллинойс Белл», его заверили, что в этой части штата со связью все в порядке.

Что ж, наверное, это какие-то местные неполадки… Мертвая зона. А может быть, проблема в самом телефоне. Ладно, всегда можно проехать несколько миль, найти место с хорошим приемом, позвонить всем, кому надо, и принять почту. Его охватила не лишенная приятности дрожь. Он уже много лет не оказывался в подобной изоляции. Даже на ранчо спутниковая антенна ловила десятки телевизионных каналов, причем качество изображения было отменным. Имелись там и две выделенные телефонные линии, одна из которых предназначалась для факса. Да и мобильная связь не давала сбоев. Теперь он оказался словно во власти безмолвия.