Титус Кроу - Брайан Ламли

— Я многое знаю о Дайлат-Лине, — прервал де Мариньи сухой шепот Атала. — Но есть тот, кто знает намного больше. Некогда был сновидцем, как и ты, но теперь он обитает в Ультхаре. Он живет здесь со своей супругой, двумя прекрасными сыновьями и дочерью неописуемой красоты. Я могу тебе сказать, где стоит его дом… но, де Мариньи…

— Что?

— У меня такое чувство, что для твоих друзей время бежит слишком быстро. — На пару секунд взгляд старика стал таким, словно он смотрел сквозь сновидца, на нечто далекое. Но еще один миг — и глаза Атала вновь взглянули на де Мариньи. — Теперь тебе надо поесть. Еда тут, в храме, простая, но сытная. Прошу тебя, подкрепись, а потом тебе пора трогаться в путь. Прошу тебя, хлопни в ладоши за меня — у меня уже не получается. Руки стали слабые.

Де Мариньи хлопнул в ладоши, и почти мгновенно в комнату вошел один из младших жрецов. Атал велел ему приготовить угощение для гостя и опустил голову на подушки. Аудиенция завершилась.

Но когда сновидец следом за младшим жрецом направился к выходу из комнаты, Атал окликнул его.

— О, де Мариньи! Чуть не забыл! У меня кое-что есть для тебя. Это ты должен взять с собой.

С этими словами он достал из-под подушки маленький флакон странной формы.

— Это очень могущественное зелье, сваренное здесь, в Ультхаре, в этом храме. В мире бодрствования это снадобье неизвестно. Оно наделено способностью возвращать сновидцев в мир бодрствования даже из самого глубокого сна. Один глоток — и сновидец пробудится буквально за несколько секунд — о да, и вместе с ним возвратится все, что он пронес с собой через врата сна. Но для истинного обитателя мира сновидений этот напиток — смертельный яд, ибо он, пробуждая, переносит их в мир, где их не существует! И тогда можно увидеть, как они попросту… исчезают.

На миг де Мариньи был ошеломлен. Осознание слов Атала не на шутку испугало его, и он воскликнул:

— Что? Зелье для пробуждения сновидцев? Значит, я прямо сейчас могу сделать глоток, вернуться в часы времен, а потом…

— Нет, мой юный друг. — Атал приподнял руку, чтобы утихомирить гостя. — Зелье пока не готово. Оно должно перебродить. Я велел сварить его, как только узнал, что ты вскоре появишься здесь, ибо видение показало мне, что у тебя будет нужда в этом средстве. Но ты должен подождать еще день-полтора, и только тогда зельем можно будет пользоваться без опаски. К этому времени, если тебе будет сопутствовать удача, ты как раз сумеешь разыскать своих друзей.

Позднее, когда первые звезды появились на вечернем небе, де Мариньи уже шагал по прохладным улицам Ультхара к дому Гранта Эндерби, не так давно попавшему сюда из мира бодрствования. Эндерби был тем человеком, который мог рассказать ему о Дайлат-Лине и, быть может, сумел бы помочь в розысках Титуса Кроу и Тиании.

Дайлат-Лин… Само название рисовало странные картины в сознании сновидца. Шагая по улицам, где все более сгущалась тьма, он смотрел на дружелюбные огни, загоравшиеся в окошках, и гадал, почему Атал так не хотел говорить об этом месте. Что ж, очень скоро он должен был это выяснить — скорее, чем закончится ночь.

Следуя указаниям Атала, де Мариньи вскоре вышел на тропинку, которая вела к дому Гранта Эндерби — краснокаменному, с темными дубовыми стропилами. Сад был обнесен оградой из красного камня, яснее всяких слов говорившей о том, каково занятие Эндерби здесь, в стране сновидений, ибо он был каменотесом, и сыновья пошли по его стопам. Стены были широкими, прямыми и крепкими, как тот, кто их построил.

И вот сновидец постучал в дубовую дверь, и его встретил на пороге человек, недавно обитавший в мире бодрствования. После того как его семейство улеглось спать, де Мариньи и Грант Эндерби остались наедине, и сновидец до рассвета слушал вот какой рассказ…