Фантомы - Дин Кунц

Плоть покрылась пеной и стала распадаться. Она кусками падала на пол, отдельные ее клочки отлетали в стороны и попадали на стенки пещеры, потому что явление билось в конвульсиях. Хвост Дьявола отвалился от тела и вертелся в судорогах по полу, через несколько мгновений от него осталась только маленькая лужица грязи, вонявшая, как сама смерть.

Но Он все-таки закончил свою речь, объяснил им, что Ему от них нужно, и заключил вопросом:

— Договорились?

— Да, — ответил Терр, и Кейл тоже подтвердил:

— Да, договорились.

Покрытое непрерывно увеличивающимися язвами лицо Люцифера растаяло. Крылья и рога тоже исчезли.

Вспениваясь и изливая из себя гноеподобную кашицу, явление опустилось в отверстие в полу и скрылось внизу, где-то в подземной реке.

Как пи странно, по вонючие отмершие ткани не исчезли. Когда явление из сверхъестественного мира уходит, то вместе с ним должна пропадать и вся эктоплазма, но здесь эта гадость осталась и теперь лежала, смердя и вызывая приступы тошноты, слегка поблескивая в свете газовой лампы.

Благоговейный восторг Кейла постепенно сошел на нет, и он почувствовал холод, исходивший от известняка, на котором он сидел.

Джин Терр прокашлялся:

— Это и надо... Ну и ну... Ничего себе явление было, а?

Кейл в который уже раз поскреб чесавшуюся икру. Теперь под тем местом, где непрерывно чесалось, образовался маленький сгусток тупой дергающей боли.

* * *

Оно уже давно наелось, и период очередной кормежки подошел к концу. По правде говоря, оно уже даже объелось. И сегодня вечером, попозже, намеревалось двинуться к морю через систему подземных пустот, трещин, каналов и рек. Оно собиралось уйти далеко за пределы континента, в глубокие океанские впадины. Уже бесчисленное количество раз оно проводило периоды летаргического сна — длившиеся иногда по многу лет — в холодных и темных глубинах моря. Там, внизу, где давление воды было таким огромным, что выжить под ним могли лишь единичные формы жизни, где абсолютные мрак и тишина исключали почти любые раздражители, — там вековечный враг мог замедлить процессы обмена веществ в своем теле, и только там, внизу, он мог наконец впасть в долгожданную блаженную полудрему и пребывать в полном покое и одиночестве, переваривая съеденное и размышляя о своем.

Но теперь оно уже никогда не сможет добраться до моря. Никогда в жизни. Оно умирало.

Мысль о своей собственной смерти оказалась столь новой и непривычной, что оно еще не успело в полной мере осознать ожидающую его мрачную перспективу и пока, спрятавшись внутри Снежной горы, продолжало отсекать от себя одну зараженную часть тела за другой. Оно забиралось все глубже и глубже, все ближе к текущей в кромешной мгле подземной реке Стикс, а потом и еще глубже, еще дальше, о самые потаенные подземные глубины, туда, где обитают Озирис, Эреб, Минос, Сатана и другие боги подземных царств, властители сечкого мрака, повелители царства мертвых. Всякий раз, когда ему уже начинало казаться, что оно избавилось наконец от пожиравшего его микроорганизма, где-нибудь, а какой-нибудь части аморфных тканей снова возникало это особенное, специфическое ощущение — то ли зуд, то ли покалывание, то ли звон; ощущение, что что-то не так, — а вслед за ним приходила боль, совершенно непохожая на ту, какую испытывает человек, и ему приходилось снова отсекать от себя все новые и новые массы отравленной плоти. Оно уходило все глубже и глубже, все дальше вниз, а Геенну, а Преисподнюю, а Царство Забвения, с Ад. На протяжении многих веков оно с удовольствием исполняло роль Сатаны и других сил зла, ту роль, которую приписали ему люди, и находило для себя огромное удовлетворение, играя на людских суевериях и предрассудках. А теперь оно оказалось приговоренным к той самой участи, которая органически вытекала из мифов и преданий, рожденных с его же собственной помощью. Оно сознавало всю горькую иронию этого. Его свергли. Его прокляли и осудили на адские муки. И теперь сею оставшуюся жизнь оно будет пребывать во мраке и отчаянии — и при этом вполне возможно, что всей жизни ему осталось лишь несколько часов.

Ну что ж, оно, по крайней мере, оставляет после себя двух апостолов. Кейла и Терра. Эти двое выполнят то, что оно хотело сделать само, выполнят даже после его смерти. Они отомстят и посеют террор. Они оба идеально подходят для такого рода работы.

Сейчас, когда от нее оставался лишь мозг и минимальное количество поддерживающих жизнь тканей, перевоплощающаяся протоплазма за билась глубоко в подземные скалы, в их укромные подземные убежища, и дожидалась здесь конца. Последние минуты своей жизни она провела, исходя яростью и ненавистью ко всему человечеству.

* * *

Кейл подвернул штанину на правой ноге и принялся рассматривать лодыжку. В свете газовой лампы он увидел на ноге два небольших красных пятнышка. Икра в этих местах вздулась, припухла, сильно чесалась и болезненно реагировала на прикосновения.

— Кто-то укусил, — сказал он.

— Клещи, — ответил Джин Терр, бросив взгляд на ногу. — Они забираются под кожу. Будет чесаться, пока не вытащишь их оттуда. Прижги сигаретой.

— У тебя есть?

— Есть еще штучки две, с травкой. — Терр ухмыльнулся. — Такие тоже сгодятся, парень. И клещи сдохнут под кайфом.

Они выкурили по сигарете, а потом Кейл воспользовался своим еще тлевшим окурком, чтобы прижечь клещей. Это оказалось не очень больно.

— Когда ходишь по лесу, — проговорил Терр, — заправляй брюки в сапоги.

— Они у меня и были заправлены.

— Да? А тогда как же клещи забрались?

— Понятия не имею.

Они еще покурили немного, потом Кейл вдруг нахмурился и проговорил:

— Он же нам обещал, что нас никто не остановит и никто не сможет причинить нам вреда. Он сказал, что мы будем под Его защитой.

— Точно, парень. Мы теперь неуязвимы.

— Тогда почему же у меня вдруг эти клещи? — спросил Кейл.

— Ну, парень, это чепуха...

— Но если мы и вправду под защитой...

— Слушай, а может быть, Он через клещей решил скрепить наш договор кровью. Просто у Него такой подход. Понимаешь?

— Тогда почему они тебя не покусали?

Джитер пожал плечами:

— Да какое это имеет значение, парень? А кроме того, эти долбаные клещи вцепились в тебя до нашего с Ним договора. Разве не так?

— А-а-а. — Кейл кивнул. Голова у него уже немного кружилась от наркотика. — Да. Это верно.

Они некоторое время посидели молча.

Потом Кейл спросил:

— Как ты думаешь, когда мы сможем отсюда двинуться?

— Тебя же, наверное, еще вовсю ищут.

— Н-ну, если никто не сможет причинить мне вреда...

— Смысла нет создавать себе лишние трудности, — сказал Терр.