Мареновая Роза - Стивен Кинг

«Да наплюй ты на ее манеру речи, идиот! — взорвалсяотцовский голос. — Если она испортилась, брось ее, и пусть догнивает на землевкупе со своими подружками! Может, еще не поздно отойти от вулкана надостаточное расстояние, чтобы выброс распаленной лавы не угодил тебе в лицо».

Сам того не желая, он задумался над отцовскими доводами, азатем поднял взгляд и прочел надпись, высеченную на камне над входом в храм.

«ЖЕНЩИНА КРАДУЩАЯ КРЕДИТНУЮ КАРТОЧКУ МУЖА, НЕ ИМЕЕТ ПРАВА НАЖИЗНЬ».

Сомнения рассеялись. Он не станет больше слушать скулежпапочки, только и умеющего, что щупать детские гениталии. Норман вошел в зевдверного проема и углубился в темноту храма. Темно… но не настолько, чтобыничего не видеть. Через узкие окна внутрь прорывались мощные, словно состоящиеиз серебристых блестящих пылинок, лунные лучи: освещая развалюху, пугающепохожую на церковь в Обрейвилле, которую боготворили Роуз и ее родственники. Ойзашагал по сугробам шуршащих мертвых листьев, а когда стая летучих мышей списком закружила над головой, едва не цепляя Нормана крыльями, хлопнул в ладошии отмахнулся от них?

— Пошли вон, сучьи выродки.

Пройдя через дверь справа от алтаря и оказавшись намаленьком крыльце с противоположной стороны храма, Норман увидел повисший наколючем кусте обрывок материи. Наклонился, снял лоскут и поднес к глазам.Слабый лунный свет мешал

рассмотреть его, но показалось, что ткань красного илирозового цвета. Разве на ней было что-то красное? Помнится, она была в джинсах,впрочем, он не поручился бы. Все смешалось и перепуталось. Даже если и джинсы —сняла же она куртку, которую одолжил ей дружок-сосунок, и бельишко, возможно…

За спиной у него раздался шорох, напоминающий трепетаниесигнального флажка на ветру. Норман повернулся, и коричневая летучая мышьвцепилась в его лицо, припав отвратительным ртом и хлопая крыльями по щекам.

При первом же звуке рука невольно опустилась к рукояткепистолета. Теперь же он медленно разжал пальцы, схватил зверька и скомкал его,смял, чувствуя, как хрустнули крылья. Занес руку над головой и встряхнуллетучую мышь с такой силой, что ее тельце лопнуло, и вывалившиеся внутренностиупали на носки его ботинок.

— Нечего было лезть ко мне, паскуда, — заявил он летучеймыши, зашвыривая останки в темноту храма.

— С летучими мышами ты расправляешься запросто, Норман.

Господи Боже, до чего же близко — как будто из-за плеча! Онповернулся так круто, что потерял равновесие и едва не свалился с каменногокрыльца.

Начинавшаяся у храма тропинка шла под уклон, спускаясь кручью, и на половине пути среди деревьев, мертвее которых не нашлось бы ничегово всем мире, стояла его маленькая прекрасная бродячая Роза — вот так вотпросто стояла себе в лунном свете и смотрела на него. Три лихорадочные мыслиодна за другой пронеслись в его голове. Во-первых, прежние джинсы, если таковыена ней имелись, сменило иное одеяние-подобие мини-платья, самое подходящееместо которому на бале-маскараде в приюте для идиотов. Во-вторых, она изменилаприческу: стала блондинкой, и волосы не обрамляли ее лица, как раньше.

В-третьих, она красива.

— С летучими мышами и женщинами воюешь, — произнесла оналедяным тоном. — Кажется, на большее ты не годишься, верно? Мне даже почти жальтебя, Норман. Ты всего-навсего карикатура на мужчину. Ты ведь не мужчина насамом деле. И эта глупая маска, которую ты натянул, не сделает тебя им.

— Я УБЬЮ ТЕБЯ, СУКА! — прорычал Норман, спрыгивая соступенек, и припустился вниз по тропинке к тому месту, где она стояла; рогатаятень послушно последовала за ним, бесшумно скользя по мертвой траве.