Предание Темных - Кейси Эшли Доуз

Сердце Лале пропускает удар.

Повисает молчание.

И когда она уже думает, что все обошлось, и они, даже если услышали, решили, что им показалось – слышит крик:

– Там кто-то есть! Подслушивает!

– Хватайте его! Он нас выдаст и тогда всем нам не сносить голов!

-8-

Лале не думала прежде, что она умеет так быстро действовать и реагировать на ситуацию. Раньше, чем она даже успевает испугаться или, вернее, погрузиться в настоящую панику – ее ноги сами разворачиваются и стремятся прочь в необходимом направлении.

Однако, что она – в длинном платье и туфельках – против целой компании солдат, подготовленных в особую гвардию? Лале не успевает сделать и половину шагов от дюжины, как чьи-то жесткие руки хватают и ее грубо закрывают рот, прерывая истошные крики, что, само того не заметив, она принялась вопить, едва побежала.

Лале принимается отбиваться, но выходит довольно скверно. Однако, один раз ей удается угодить кому-то локтем в бок и рука на мгновение соскальзывает с ее рта:

– Подождите! – голосит она – отпустите меня, я никому ничего не скажу, я..

Чья-та (та же самая или другая) рука вновь прижимается к ее рту, нивелируя любые звуки. Голос с другой стороны фыркает:

– Ага, как же, будем мы рисковать своими головами из-за тебя.

Третий голос:

– Кто это вообще такая? Одна, еще в такое время, да еще и так далеко от тропы.. На кой черт тебя сюда занесло?!

Лале явственно различает в последнем голосе досадное раздражение оттого, что ее неуместное появление мало того, что прервало их обсуждения, так еще и озадачило теперь такой проблемой в виде нее.

– Погоди.. – четвертый голос, значительно более растерянный предыдущих – посмотри.. это же кузина султана..

– Что?

– Посмотри.. это же она..

Первый голос, еще более яростный:

– Ну да! Не расскажет она, как же! Так мы тебе и поверили бы – поди сразу отпусти, и тут же ринешься к своему кузену малолетнему, все про нас говорить!

Лале начинает усиленно мотать головой в знак отрицания, но, кажется, ее уже никто не собирается слушать или даже брать во внимание.

Теперь паника берет вверх и она даже представить не может, что они собираются с ней сделать, если по их разумениям, отпустить «это верная гибель». А что тогда не гибель?..

Но не успевают мужчины сами решить, куда ее дальше тащить и что там поделать, как из темноты кустов слышатся спешные шаги. А в следующий момент появляется пять широких фигур, которые стремительно несутся к ним.

Кто-то тут же отшвыривает в сторону мужчину, держащего Лале, и в следующую секунду ее хватают чьи-то другие руки, оттаскивая от происходящей свистопляски рук и ног на том месте.

– Лале? – Аслан держит ее за плечи, растерянно оглядывая. Сложно понять, что в его взгляде больше – удивления или беспокойства –что ты здесь забыла?

–А ты? – парирует она – вы все..

Она оглядывается на четверых (без Аслана) мужчин, которые уже успевают каким-то образом приструнить «бунтовщиков». Но блеска луны по лицу одного из них хватает, чтобы Лале поняла, как именно –с суровым видом стоит Али-бей, презрительно смеряя взглядом каждого из тех мужчин:

– Совсем обезумили?! А ну быстро по комнатам, паршивцы! Бунт задумали? Я вас для этого обучал!? – он сжимает кулаки и те мужчины, что только что были полны такой решимости, тут же скукоживаются, точно дети – да вас перережут всех, как щенков, пикнуть не успеете!

– Мы искали их.. – отвечает на вопрос Аслан и тянет Лале в ту сторону, откуда они появились – пошли на дорожку, нечего здесь делать..

– А они?

– Али-бей, уж поверь, найдет на них управу и без нас.

Когда они уже, с трудом, вновь выбираются на общую садовую дорожку, Лале принимается отряхиваться, только сейчас позволив себе заметить, как же напугал ее этот инцидент.

– А как вы поняли, что они затеяли.. и что они там?

– Что они там – мы поняли по твоим крикам. Точнее, не то что бы поняли – жмет друг плечами – просто услышали, обыскивая сад, и ринулись. А там уже по факту увидели, что сразу двух зайцев словили..

– А почему вы их искали?

– Да они.. самые горячие на голову, как говорит Али-бей. Как не хватились их, точно по счету, сразу после сборов каждого из них, сразу поняли – ничего хорошего они не замышляют. Вот и пошли искать, пока дел не натворили. Али-бей с собой еще четверых лучших наших взял, чтобы сподручнее было, если вдруг они б совсем разгорячились..

– Лучших? Он тоже считает тебя одним из своих лучших учеников?

Теперь Лале замечает легкое усталое смущение на лице Аслана:

– Да, наверное.. тоже – значит, и ты так считаешь?

– Конечно! – с жаром восклицает она – всегда так считала, ты же знаешь. Ты достоин более любого из них, а Мехмед.. –вспомнив события часовой давности, она поджимает губы – а Мехмед просто полоумный мерзавец, которому даже на коня рано, не говоря уже о престоле.

– Да, только теперь это все неважно – усталости в его голосе становится все же больше смущения – кто лучший, а кто нет. Он ведь всех нас отверг. И, кстати, многие ребята недовольны тем что он так поступил со всеми кандидатами в особую гвардию. Понимаешь? Если бы одного, двух, даже дюжину.. но всех!

– Да, я слышала, что они говорили – признается Лале – ну, до того, как они меня заметили. Что-то про бунт и сплочение..

Аслан хмурится:

– Бунт тоже не выход. Али-бей всегда учил нас защищать, а не нападать. Тем более на султана, каким бы он ни был.

Лале облегченно вздыхает – правы или неправы бунтовщики, но ей радостно слышать, что Аслан считает иначе. Потому что, как верно заметил Али-бей, кроме неприятностей, а то и смерти, таких ребят ничего не ждет. И то, что ее друг не собирается даже думать о примыкании к их рядам – значительно поднимает ей настроение даже в этот паршивый во всех отношениях вечер.

Но тут Аслан поворачивает к ней голову и чуть хмурит свои рыжие брови:

– Ты, кстати, так и не ответила – как сама-то там оказалась в такое время? Только не говори, что случайно с тропинки сошла и не заметила, как так вышло. Все равно не поверю.

Лале поникает плечами:

– Нет, не случайно. Просто хотелось уйти подальше от чужих глаз, они..

Но она замолкает на полуслове поняв, что нужно придумать что-то другое, чем правду. Если она расскажет правду Аслану – тот непременно расскажет ее тут же Владу, а вдвоем они, пылкие и готовые на все ради Лале, могут натворить большой беды. И, что пугает ее больше всего – еще и себя этим загубят.

Ей хватало вспомнить того, что случилось в классе два года назад. А уж если теперь подставить под знаменатель события в гареме – их уж точно ничего не остановит. А что по итогу получится? И ей не помогут, и сами дни на эшафоте закончат, попытайся только что-то сделать султану.