Клыкастые страсти - Галина Гончарова

Порывы урагана сбили нас с ног. Ветер дул от окна с Диего к нам. И было очевидно - подойти к окну вместе со мной Кларе не удастся.

- Тогда я тебе просто сломаю шею, - прошипела оборотниха.

Окошко с Диего вздрогнуло. Лес зашумел в приступе гнева.

- Нет! - выкрикнул Диего. - Тогда все схлопнется! И я тебя никогда не найду! Брось ее, иди ко мне!! Черт с ней!!!

Клара зашипела. Потом отпустила мою шею. И я воспользовалась своим лучшим ору-жием - языком. Зачем бить врагу морду? Уболтай его до полусмерти - и все тут! Сам за-гнется!

- У тебя двадцать секунд. Потом окно схлопнется - и вы уже никогда друг друга не найдете.

- Будь ты проклята!!! - выдохнула Клара. Окно дрогнуло - и начало закрываться. Силуэт Диего заколебался, как картинка в старом телевизоре.

Оборотниха отшвырнула меня в сторону, прямо на ближайшую сосну - и одним звери-ным прыжком метнулась к окну. Схватилась за руку своего вампира - и в следующий миг оказалась там, внутри.

Окно уменьшилось до размеров крупной книги. И только поэтому я увидела, как Клара вдруг изогнулась - и страшно закричала. И спустя секунду так же закричал Диего.

Боль исказила его лицо - и окно захлопнулось окончательно.

Ветер утих. Деревья возмущенно шумели, как бы говоря: 'ну осторожнее же надо!'.

Я встала с травы, потерла синяки и шишки...

- что обычно в таких случаях говорят положительные герои в дешевом американском кино? - спросила я у леса. Деревья опять зашелестели ветками но уже как-то иронично. Я хмыкнула. - Да, знаю. Вы это смотреть не станете. Полагаю, надо так. Хорошо, что в реальном мире у меня не будет синяков. Хотя нет. Это слишком прозаично. А если так? Полагаю, что они получили по заслугам, где бы ни находились! Хотя нет. Это слишком злорадно. Вот! - Меня осенила удачная идея. - Добро обязательно победит зло! Потому как оно всегда побеждает! И вообще, что это за добро, которое даже злу напинать не-способно!? Спасибо вам за помощь!

Мне на голову мягко упала здоровущая шишка.

- Ага, поняла. В следующий раз буду думать этим местом а не противоположным. Че-стно.

Вторая шишка каким-то образом стукнула меня по затылку. Ну если это был не подза-тыльник...

- поняла. Исправлюсь. А можно мне теперь домой? А то у меня там вампир наверное ногти на ногах обгрыз от волнения...

Домой было можно.

* * *

Мечислав стоял позади меня и судя по силе сжатия - на висках у меня будут синяки. Мы оставались в комнате совершенно одни. Видимо, все остальные разумно вышли. Жаль меня с собой не взяли. Знаете, находиться в одной комнате с голодным, хищным и вполне половозрелым вампиром - это... опасно. Хорошо если просто покусает. А если и... того!?

- Эй, это что - испанские пытки? Я так не играю!

- Юля!!! - взорвался вампир. - Где ты там шляешься!? Я не то что пройти - даже по-звать тебя не могу!!! Ори, не ори, как ночью в лесу - никто не услышит! Что происхо-дит!?

Я как раз обнаружила, что так и держу за руку Клару и брезгливо разжала пальцы. Мертвая кисть оборотнихи шлепнулась на кровать. А я развернулась - и вытерла руку об рубашку Мечислава.

- Хватит на меня тут орать! И вообще, я хочу домой! Молока с медом! И баиньки!!!

- А березовой каши ты не желаешь? Ведро!? - прошипел Мечислав.

- Только после вас, - я выбралась из кресла и попятилась к дверям. Вампир медленно на-ступал на меня, сверкая злющими глазами.

- Кудряшка, или ты меня туда проведешь - или я за себя не ручаюсь! Ты неделю на по-пу не сядешь!

- Садист! Извращенец!! Розгоносец!!!

- Кто!?

- Гад клыкастый!!! - взвизгнула я, пускаясь наутек.

Полагаю, подданные были шокированы, увидев, как по коридорам потайного убежища вампиров носится взлохмаченный фамилиар с хохотом и воплями:

- Это извращение!!! Я буду жаловаться властям!!! Это не наш метод!!! Вы тут все не коммунисты!!! В то время, как наши корабли бороздят просторы большого теат-ра...!!!

А за ним (то есть мной) несется такой же возмущенный вампир, на ходу пытаясь рас-стегнуть штаны и вытянуть из них ремень. Или хотя бы от чего-нибудь оторвать подхо-дящее оружие труда.

- я тебе покажу коммунизм!!! Ты у меня на своей шкуре узнаешь разницу между извра-щением и воспитанием!!!

Но бегаю я быстро, а ору громко. Поэтому Мечислав остановился у лестницы наверх, под ошалелыми взглядами дюжины вампиров и примерно десятка оборотней. Я вылетела в собственно здание клуба и показала ему язык.

- Что, съел, да?

Мечислав вздохнул, кое-как застегнул штаны - и вслед за мной вылез в подсобку.

- Юля, еще раз ты так сделаешь - я тебя точно выдеру.

Кажется пронесло. Ну не гад ли?! Угрожать хрупкой нежной девушке!

- А теперь расскажи мне, что с Кларой.

- Она ушла. Полагаю, больше мы даже с ее призраком не встретимся.

- Это хорошо. А теперь - по порядку. И не вздумай врать.

Я закатила глаза.

- Вначале было слово. И это слово было: 'какая сволочь выкрутила солнце'. Потом Бог увидел, что сам по пьянке вытащил все пробки и ввернул их обратно. Так появились звезды. А потом он посмотрел на землю, понял, что натворил, и сказал: 'больше я у де-миургов самогон не покупаю'.

- Юля!!!

- Ну ты же сам хотел по порядку.

Мечислав закатил красивые и невероятно зеленые глаза.

- Ну почему у всех вампиров нормальные фамилиары!? А мне досталась - ты!?

- Грешить надо было меньше. Прелюбодеяние, сын мой...

- Тьфу!

Эпилог.

Мечислав уже пять дней ходит грустный. Совет вампиров звонил и обещает прислать комиссию по расследованиям всей ситуации. С Рамиресом и Иваном Тульским. Во главе с Альфонсо да Силва. И Мечислав нервничает. Их же принимать надо, размещать, кор-мить, удовлетворять, а старые вампиры обладают... своеобразными вкусами. Такими, что ребята из Дахау и Освенцима позавидовали бы и принеслись перенимать их опыт.

Радости не прибавляет и неусыпное внимание ИПФ ко мне. Рокин звонит чуть ли не че-рез день и то приглашает на лекции, то завозит какую-нибудь литературу по аурам. Он делает вид, что ничего не было, но я не поддаюсь. Не знаю, чего они от меня хотят, но хотят явно на добровольной основе. Наверное после силовой проверки они поняли, что подчинить меня не удастся - и теперь пытаются помириться.

Неубедительно?

Согласна. Но чего они от меня хотят?

Отец Алексий помер через неделю после нашей 'дружеской встречи'. Я не удивилась. Уже выходя тогда из церкви, я знала, что он - не жилец.