Мешок с костями - Стивен Кинг

— В тебе это тоже есть. Случившееся отразилось на вас обоих.

Я подумал о том чудище, которое Джо удалось не подпустить комне, пока я выливал щелок на кости Сары и Кито. Потусторонний, так она егоназвала. Я не разглядел его, и, может, оно и к лучшему. Может, мне надовозблагодарить за это Господа Бога.

— Майк? — В голосе Фрэнка послышалась тревога. — Ты весьдрожишь.

— Все в порядке, — ответил я. — Честное слово.

— И как тебе теперь живется в коттедже? — Я окончательноперебрался в «Сару-Хохотушку. Тянул до ноября, а потом выставил дом в Дерри напродажу.

— Теперь там спокойно.

— Спокойно?

Я кивнул, хотя и грешил против истины. Пару раз я просыпалсяс чувством, о котором упоминала Мэтти: будто в кровати лежал кто-то еще. Ноопасности я не ощущал. Пару раз я улавливал (во всяком случае мне казалось, чтоулавливаю) запах духов Джо. А иногда ни с того ни с сего звякал колокольчикБантера. Словно кто-то передавал мне привет из далекого далека.

Фрэнк взглянул на часы, на меня, на его лице появилосьвиноватое выражение.

— У меня есть еще несколько вопросов… ничего?

— Если уж не ложиться спать допоздна, то лучшей ночи, чемрождественская, не найти. Выкладывай.

— Что ты рассказал полиции?

— Мне в общем-то ничего не пришлось рассказывать. Футмен далпоказания, которые вполне устроили Норриса Риджуика. Футмен сказал, что он иОсгуд, за рулем сидел Осгуд, риэлтер Дивоура, устроили побоище у трейлера поддавлением Дивоура. Он обещал им крупные неприятности, если они в точности невыполнят его указаний. Среди бумаг Дивоура в «Уэррингтоне» копы нашли копиюплатежного поручения о переводе двух миллионов долларов на некий счет в банка«Гранд Гэйманс», открытый на имя Рэндолфа Футмена. Рэндолф — второе имяДжорджа. В настоящее время мистер Футмен пребывает в тюрьме Шоушенк.

— А Роджетт?

— Уитмор — девичья фамилия ее матери, но, думаю, я неошибусь, сказав, что ее сердце принадлежало отцу. Она заболела лейкемией.Диагноз поставили в 1996 году. Для людей ее возрастной группы, а она умерла впятьдесят семь лет, болезнь в двух случаях из трех приводит к летальномуисходу. Она прошла курс лучевой терапии. Отсюда и парик.

— Почему она пыталась убить Киру? Я этого не понимаю. Еслиты разрушил чары Сары, уничтожив ее кости, снял проклятие… чего ты на меня таксмотришь?

— Ты бы все понял, если бы хоть раз пообщался с Дивоуром.Этот человек перед отъездом в солнечную Калифорнию поджег леса Тэ-Эр. Можносказать, попрощался. Я подумал о нем, как только сорвал парик с ее головы.Подумал о том, что он по-прежнему жив, а в Калифорнию отправили тело Роджетт. Илишь потом пришла мысль: да нет, это Роджетт, только без волос.

— И ты оказался прав. Собственные волосы вылезли у нее отоблучения.

— И неправ одновременно. Теперь я знаю о призраках гораздобольше, чем раньше, Фрэнк. Может, первое впечатление самое верное, как и перваямысль… В тот день я видел его. Дивоура. Он вернулся. Я в этом уверен. И делотут не в Саре, не в нем. Даже не в Кире. Просто он привык брать то, что хотел.Как повелось с того самого дня, когда он утащил снегокат Скутера Ларриби.

В комнате воцарилась тишина. Такая глубокая, что я дажеуслышал, как дышит дом. Знаете, его дыхание можно услышать. Если действительнослушать. Среди прочего теперь я знаю и это.

— Господи, — наконец выдохнул Фрэнк.

— Я не думаю, что Дивоур вернулся из Калифорнии, чтобы убитьее, — уточнил я. — Первоначальный план был другим.

— Каким же? Поближе познакомиться с внучкой? Навести мосты?

— Да нет же. Ты до сих пор не понимаешь, что это был зачеловек.

— Тогда объясни.

— Монстр. Он вернулся, чтобы купить ее, но Мэтти продаватьдочь отказалась. И уже потом, попав под влияние Сары, он начал готовить смертьКиры. И я полагаю, что Сара не могла на него пожаловаться.

— Скольких она убила? — спросил Фрэнк.

— Точно не знаю. Да и не хочу знать. Если исходить иззаписей Джо и газетных вырезок, как минимум четверых… Я говорю о прямыхубийствах, совершенных в период от девятьсот первого до девятьсот девяностовосьмого года. Все дети, с именами, начинающимися на «К», все самые близкиеродственники тех, кто убил ее и Кито.

— Боже мой!

— Я не думаю, что Бог имеет к этому хоть малейшее отношение,но она заставила их заплатить по счету.

— Тебе ведь ее жалко, а?

— Да. Я бы разорвал ее в клочья, не позволил бы прикоснутьсяк Ки. Но мне ее жалко. Ее изнасиловали и убили. Ее ребенка утопили. Господи, дакак же не пожалеть ее?

— Пожалуй, ты прав. Майк, а что ты знаешь о втором мальчике?Плачущем? Который умер от заражения крови?

— Большая часть записок Джо посвящена именно этому моменту,собственно, его смерть и послужила для нее отправной точкой. Ройс Мерриллхорошо знал эту историю. Плачущего мальчика звали Рег-Тидуэлл-младший. Надо помнить,что к сентябрю 1901 года, когда «Ред-топы» последний раз сыграли в округе Касл,практически все жители Тэ-Эр знали, что Сару и ее сына убили. Догадывались онии о том, кто убийцы.

В тот август Ред Тидуэлл неоднократно обращался к тогдашнемушерифу округа, Неемии Баннерману. Сначала, чтобы найти их, если онизаблудились: Тидуэлл просил шерифа организовать масштабные поиски, потом —чтобы найти их тела, наконец, чтобы найти убийц, потому что, смирившись с тем,что они мертвы, он не сомневался, что их убили.

Баннерман поначалу отнесся к нему сочувственно. Собственно,все население округа им сочувствовало. И вообще, с момента появления«Ред-топов» в Тэ-Эр их разве что не носили на руках. Такое отношение болеевсего и бесило Джереда. И, я думаю, можно простить Сынка Тидуэлла за роковуюошибку.

— Какую?

Его беда в том, что он решил, будто Марс — это рай, подумаля. Должно быть, Тэ-Эр действительно казался им раем, до того дня, как Сара иКито пошли на прогулку и не вернулись.

Они-то думали, что наконец нашли место, где можно бытьчерным и дышать полной грудью.

— Он решил, что в критической ситуации к ним будутотноситься, как к равным, потому что, пока все было хорошо, они не чувствовалини малейшей дискриминации. А вместо этого весь Тэ-Эр выступил против них единымфронтом. Почему они вступились за Джереда и его шестерок, сейчас, конечно, неузнать, но, когда ставки сделаны…