Они жаждут - Роберт Рик МакКаммон

Король вампиров в смятении повернул к отцу Сильвере искаженное яростью лицо.

– Я не проиграл! – завопил он. – Еще нет! Я еще могу победить!

Балкон накренился под его ногами, он с трудом удержал равновесие и вдруг начал изменяться. Его тело вытянулось и потемнело, как тень. Лицо стало хищным, клыки торчали изо рта, который был кроваво-красным разрезом в темной зеленоглазой маске ужаса. Он поднял руки к небу, они прорезали рукава вельветовой куртки, превратились в кожистые крылья и захлопали в воздухе, стремясь вверх. Тварь торжествующе зашипела на Сильверу, повернулась и бросилась с балкона. Крылья мощно опускались и поднимались, на лопатках волнами ходили мышцы. На мгновение принц Вулкан завис в воздухе, а затем, бросив последний вызывающий взгляд на рассыпающийся замок, начал удаляться от него, в тяжелом, но размеренном ритме взмахивая крыльями.

И Сильвера понял, что должен сделать. Единственный выбор в том положении, в котором он оказался по воле Господа.

Он подскочил к краю балкона, бросился в пустоту и уцепился за лодыжки принца Вулкана. Балкон позади него осел и обрушился. Сильвера ухватился за правую ногу Вулкана чуть ниже колена, но силы в руках совсем не осталось, и он тут же начал соскальзывать. Вулкан взвизгнул, скорее по-звериному, чем как-то иначе, и попытался сбросить священника пинком, но Сильвера обхватил его лодыжку обеими руками и держал из последних сил. Черные когти царапнули его по голове раз, другой, но теперь они вместе падали по медленной спирали, и Вулкан прекратил атаки, сосредоточившись на том, чтобы набрать высоту.

Холодный ветер обдувал лицо Сильверы, они пронеслись над верхушками мертвых сосен и поднялись над разрушенным городом почти на сотню футов. Улицы и дома поглотила земля. Вулкан повернул на север. Сильвера стиснул зубы и ухватил тварь за пояс. Он попытался подтянуться, чтобы добраться до могучих крыльев и прижать их к телу вампира. Когти сверкнули и отхватили Сильвере часть щеки до самой кости. Священник закричал от боли, но теперь он уже двумя руками держался за пояс вампира и пытался заставить свои онемевшие пальцы подняться к его плечам. Вулкан изогнулся и почти сбросил священника, но они опустились больше чем на сорок футов, прежде чем крылья захлопали снова.

Внизу что-то взревело. Сильвера посмотрел на запад и увидел двухсотфутовую стену Тихого океана с белой пенной шапкой над сверкающей зеленовато-черной водой, такой же твердой на вид, как превосходный венецианский мрамор. Исполинская приливная волна прокатилась через город, неся с собой яхты, машины, рекламные щиты, театральные вывески, куски дощатого настила, крыши, гробы, обломки дорожного полотна, самолеты, пальмы, целые дома, всплывающие из глубины, словно форштевни гигантских затонувших кораблей. И тут отец Сильвера вспомнил, что рассказывал ему о святой воде наставник, отец Рафаэль, в Пуэрто-Гранде, где пресная вода ценилась не меньше самой жизни: «Пользуйся водой из колыбели всего живого, Рамон, соль исцеляет и очищает…»

Внизу океан заливал Лос-Анджелес. Город превратился в котел со святой водой, благословленной самим Господом, и этой ночью все зло будет смыто из него до последней крупинки.

Сильвера сморгнул кровь с глаз и потянулся к крыльям короля вампиров. Он ухватился за одно плечо и сжал его, словно капканом, а второй рукой обвил шею Вулкана.

Они падали по широкой дуге над Западным Эл-Эй. Принц Вулкан неистово отбивался, он высвободил одну крылатую руку и попытался набрать высоту. Сильвера повис у него на шее и тянул вниз, чтобы увлечь Вулкана в неконтролируемое падение. Но теперь они снова поднимались, и очень быстро.

И тут на их пути выросло что-то огромное – стена из стекла и стали, казалось, заполняла собой весь горизонт. Это было офисное здание, задрожавшее и накренившееся вперед. Когда приливная волна снесла эту громадину с фундамента, Вулкан метнулся влево, стараясь ее обогнуть. Сильвера понял, что они лишь едва чиркнут по крыше дома, падавшего прямо перед ними. Обвив ногами талию Вулкана, священник отпустил его шею и вцепился в плечи, прижимая крылья с таким усилием, что его собственные руки едва не вылетели из суставов. Он словно бы снова наполнился силой, искрился ею. Они закувыркались в воздухе, подхваченные вихрем, и Сильвера закричал в заостренное, как у летучей мыши, ухо принца Вулкана:

– Ты проиграл, ты проиграл, ты…

Они врезались в зеркальное окно. Здание обрушилось на них, словно гигантский надгробный камень, и рассыпалось, когда море хлынуло сквозь сотни кабинетов. Обломки затянуло в глубину, кипящими пузырями вынесло на поверхность, а потом затаскивало под воду снова и снова, пока они наконец не скрылись в мусорной пене.

XX

Зал совета кренился все сильнее, картины падали со стен на пол, камни со скрежетом вываливались из кладки, стропила рушились. Огромная изломанная трещина расколола пол, отрезав Палатазина и Томми от запертой двери, и продолжала расширяться.

Из массивного камина медленно поднялась обгоревшая фигура и с ревом, полным ненависти и жажды крови, неуклюже заковыляла по залу, вытянув руки перед собой. Томми разглядел черные пустые глазницы на лице Кобро, свисающую с желтых костей плоть, жуткие щелкающие клыки, проступающие сквозь выжженные губы и щеки. Кобро вытащил маузер из-под дымящихся лохмотьев куртки и закричал:

– ГДЕ ВЫ?!

Ствол пистолета качнулся в сторону Палатазина, палец на спусковом крючке дернулся.

А через мгновение антикварное оружие с перегретой до взрывоопасного состояния обоймой рвануло прямо в лицо Кобро. Раскаленные докрасна пули светились, словно трассирующие. Безголовое тело Кобро отшвырнуло назад, и оно корчилось на полу, все еще сжимая обгорелыми обрубками пальцев искореженный кусок металла.

Палатазин ухватил Томми за предплечье и швырнул через расширяющуюся пропасть в полу. Потом прыгнул сам и уцепился за противоположный край трещины, в то время как весь зал болтало вверх-вниз, а куски камня с треском выпадали из стен, катаясь по полу смертоносными волчками. Дверь была заперта снаружи, и Палатазину пришлось вынести ее плечом. Коридор переполнился криками, сломанными балками и пылью. Вампиры выскакивали из темноты, натыкались на Палатазина с Томми и уносились прочь в безумной панике. Пол вздыбился волнами под ногами.

– Сюда! – крикнул Томми.

Они рванулись к дальнему концу коридора, где сцепилась между собой стая вампиров, каждый из которых первым хотел спуститься по лестнице. Пол позади них треснул и обрушился, отправив полдюжины нежити в стремительный полет. Палатазин едва не запнулся о вампиршу в черной одежде, которая ползла по лестнице с криком:

– Мастер! Помоги мне, Мастер!

Облако пыли хлынуло вверх по лестнице, едва не ослепив Палатазина. Вокруг продолжали сражаться между собой обезумевшие вампиры;