Черная дама - Наталья Тимошенко

Темнота зашевелилась, зашуршала одеждой, и из угла на свет вышла фигура. Прежде чем Саша узнала в фигуре Войтеха, она успела инстинктивно шагнуть назад и едва не сшибить кулер. Значит, вот почему он не отзывался на стук. Его попросту не было в комнате.

– Войта? Что ты здесь делаешь?

– Тот же вопрос я могу задать тебе, – усмехнулся он, походя ближе.

– Я воды пришла попить. А ты явно не за этим.

– Откуда тебе знать? – Улыбка из просто вежливой стала лукавой, и Саша не сдержалась, улыбнулась в ответ.

– Потому что если бы пришел за тем же, не стал бы прятаться, услышав, что кто-то идет.

Войтех немного подумал и кивнул.

– Твоя правда. На самом деле я решил снова забрести в тот коридор, где что-то видел, надеялся, что призрак, если только это он, снова придет.

– Пришел?

Он развел руками.

– К сожалению, нет. Потом я услышал, что кто-то идет мне навстречу и спрятался на кухне, чтобы не отвечать на вопросы, зачем брожу по коридорам. Не ожидал, что этот кто-то завернет туда же. Из угла мне не было видно, что это ты, иначе я отозвался бы раньше. Пугать тебя намерений у меня не было.

– Я надеюсь, – притворно проворчала Саша, складывая руки на груди. Кухня имела достаточно компактные размеры, а Войтех подошел слишком близко.

– А тебе почему не спится?

Саша во всех подробностях рассказала ему произошедшее в спальне. Войтех хмурился по мере ее рассказа, будто в его голове что-то не сходилось, а когда она закончила, долго молчал. Саше пришлось немного поторопить его:

– Ну, что ты думаешь?

– Думаю, что пока мы на той стадии расследования, когда на нас валится куча разрозненной информации, но не хватает центрального кусочка паззла, вокруг которого эту информацию мы могли бы складывать, – Войтех потер лоб ладонью, затянутой в тонкую перчатку. – Ты уверена, что это был призрак? То, что ты описываешь, очень похоже на сонный паралич…

– Сонный паралич? – возмущенно перебила его Саша.

Войтех развел руками:

– Не так давно на посиделках в баре Лиля так красочно рассказывала о том расследовании, где был ранен Костя, что даже я впечатлился. Может быть, ты тоже?

– Я похожа на впечатлительную дурочку? – разозлилась Саша. – Да, невозможность пошевелиться и давление на грудь похожи на паралич, но висящая в петле женщина уже как-то не очень, ты не находишь?

– Может быть, тебе привиделось?

Саша даже задохнулась от возмущения. Привиделось? Значит, вот каково это? Раньше она всегда пыталась объяснить все происходящее на расследованиях с помощью логики, а Войтех злился на нее за это, теперь она на собственной шкуре ощутила, что чувствовал он. Даже поняла, почему порой срывался и высказывал ей все, что думает.

– Ты что, специально? – уточнила она.

– Что именно? – невинно поинтересовался Войтех.

– Не веришь мне, как когда-то я тебе? Ведь ты сам видел призрак Черной Дамы, почему теперь сомневаешься?

Его брови удивленно взлетели вверх, но ответить Войтех не успел: шаги в коридоре они услышали слишком поздно, спрятаться уже не успели. Мгновение – и на кухне зажегся яркий верхний свет. На пороге стояла вездесущая Тамара Игнатьевна.

Она вообще не спит?

– Что вы здесь делаете? – строго спросила она, и Саша вопреки здравому смыслу почувствовала себя школьницей, которую строгая завуч поймала за углом с сигаретой в руках.

– Воды пришли выпить, – спокойно ответил Войтех. – Это ведь не запрещено правилами?

По лицу Тамары Игнатьевны было видно, что она очень хочет сказать «запрещено», но, конечно же, не может. Она поджала губы и недвусмысленно посмотрела на обоих. Они стояли слишком близко друг к другу для обычных коллег, знакомых всего пару дней.

– Вам захотелось пить одновременно? – с легкой ехидцей в голосе поинтересовалась завуч и, не дав ответить, продолжила: – Я хочу напомнить вам, что отношения на работе у нас запрещены, если только вы не женаты. А вы, насколько мне известно, не женаты.

Саша посмотрела на Войтеха, затем снова на Тамару Игнатьевну.

– Мы не женаты. И поверьте, между нами ничего нет, – сказала она. – Мы действительно нечаянно столкнулись на кухне. И уже уходим.

Тамара Игнатьевна молчаливым цербером последовала за ними к лестнице, и Саша почти не сомневалась в том, что она доведет их до комнат, чтобы убедиться, что они вошли в разные, но завуч все-таки свернула раньше, в тот коридор, где находилась ее комната. А вот Войтех довел Сашу до самой двери.

– Хочешь, я переночую у тебя? – предложил он. – Если вдруг тебе страшно оставаться одной.

Страшно ей было. Она остановилась, потому что от осознания того, что сейчас она войдет в комнату, где получасом ранее видела висящее в петле тело, сердце снова забилось быстрее. Очень хотелось согласиться, очень, но…

– Это будет неуместно, Войта, – собственный тон напомнил тон Тамары Игнатьевны.

– Почему?

– Потому что мы больше не вместе.

Войтех немного помолчал, а затем проговорил, уже гораздо тише:

– Я ведь оставался у тебя ночевать, когда мы еще не были парой, помнишь? В Красном Яре, когда Егор забрался к тебе ночью в комнату.

Конечно же, она помнила. Она помнила каждую минуту той ночи и той поездки вообще. Ведь именно тогда они первый раз поцеловались. Иногда Саше казалось, что после их ссоры она вспомнила каждое мгновение той поры, когда у них все еще было хорошо.

– Вот именно потому, что тогда мы еще не были парой, это и было уместно, – твердо сказала она. – А теперь мы бывшая пара, и это уже неуместно. Знаешь, однажды Айя сказала мне, что отношения меняют все. Что даже если вы когда-то дружили, а потом стали встречаться, то после расставания вы больше не друзья. Вы – бывшие.

По лицу Войтеха скользнула тень, напомнившая о том, из-за чего, собственно, они и расстались.

– Она сказала тебе это про Максима?

– Да, – врать сейчас Саша причин не видела. – Она сказала мне это про меня и Максима. Но теперь мы с тобой в тех же отношениях.

Войтех ничего на это не ответил, но и предлагать помощь больше не стал. Саша грустно усмехнулась и скользнула в комнату, оставив его в коридоре. Комната была пуста, ничего не напоминало о том, что здесь произошло. Но сердце все равно билось слишком сильно, и на этот раз не призрак был тому причиной.