Нездешние - Александр Зимовец

Нет, разумеется, я знаю, что этот такое. Это и есть тот самый схрон. Вещь, погребенная здесь, подсовывает мне кусок другого пространства и другого времени. Но зачем я во все это полез? Я же даже понятия не имею, ни где искать эту вещь, ни как вернуться обратно. Куда вообще идти? А идти куда-то надо: здесь довольно холодно, даже несмотря на то, что на мне теплая куртка.

Машинально, как и всегда, когда не знаю, как поступить, я нащупываю в кармане зеленый камень. Теперь, когда я знаю, что это не просто оброненная кем-то безделушка, мне особенно хочется хвататься за него, как за соломинку, в любой непонятной ситуации. И камень не подводит: я чувствую в нем пульсирующие волны, явно увлекающие меня по коридору вперед. Ради эксперимента я поворачиваюсь в обратную сторону. Теперь волны движутся в противоположном направлении — назад. Значит, я не ошибся. Камень явно хочет мне что-то подсказать. Но что за бред? Камень не может ничего «хотеть». Наверное, он просто улавливает какие-то вибрации. Но что их вызывает? Осколок иного мира, заключенный в кокон? Или выход из этого кокона? Или… Быть может, трехметровая многоножка из параллельной вселенной, притаившаяся где-нибудь здесь под потолком и щелкающая челюстями, предвкушая добычу? Я машинально поднимаю луч фонарика к потолку. Никого там нет.

В любом случае, выбирать мне не из чего. Я начинаю медленно двигаться туда, куда указывает мне камень. Дорога идет немного в гору, и вскоре я уже чувствую движение воздуха. Выключаю фонарик и в самом деле, впереди виднеется выход. Нет, это не пресловутый «свет в конце тоннеля»: похоже, там, снаружи тоже темно. Но темная ночь на свежем воздухе, все-таки, светлее, чем абсолютная тьма каменного мешка. Я не включаю фонарик и иду к выходу уже целенаправленно. Пару раз я спотыкаюсь о валяющиеся на полу камни и один раз наступаю по щиколотку в лужу с противной почти ледяной водой, но в итоге добираюсь до низкой, почти в мой рост, арки, за которой начинается открытое пространство.

Тут и в самом деле ночь. Прохладный ветер шевелит траву у моих ног, и она сверкает в лунном свете: кажется, это горят на ней капли росы. Я поднимаю голову и так и остаюсь стоять, завороженный зрелищем: надо мной в небе сияют две луны. Одна чуть поменьше земной и зеленоватого оттенка, другая побольше и отливающая красным. На красной можно разглядеть два симметрично расположенных огромных кратера, похожих на усталые глаза, напряженно смотрящие прямо тебе в душу. Я вздрагиваю.

Господи, это что, все на самом деле? До сих пор, я как будто не до конца верил во все, что со мной происходило. Все это, если поднапрячься, можно было как-то объяснить. Девушка, едва не сбросившая меня с балкона, могла быть просто ловким гипнотизером. Парень, от которого я сбежал на Чистых Прудах, решил протестировать на мне какое-нибудь экспериментальное оружия спецслужб. А Бес, допустим, просто сумасшедший. Но две луны… Нет, или уж это я поехал кукушкой, а не Бес, причем поехал радикально, с абсолютно реалистичными глюками и бредом, или это все… реальное.

Я наклоняюсь и дотрагиваюсь до травинки: она действительно вся в росе, но совсем непохожа на траву, что обычно можно увидеть на газоне: какие-то овальные листья, растущие прямо из земли. Похожие на листья щавеля, только без черенков. Камень в моей вспотевшей ладони снова начинает вибрировать, указывая направление через поросший этими листьями луг к виднеющейся в нескольких сотнях метров опушке леса. Я осторожно ступаю на траву и оглядываюсь по сторонам.

За моей спиной оказывается обвалившееся здание, от которого остался только цоколь. Больше всего оно похоже на небольшую крепость, пережившую грандиозную осаду. Разрушения столь масштабны, словно кто-то лупил по нему гигантским молотом. Слева от меня виднеется башня, рухнувшая внутрь собственных стен, справа вдалеке другая, завалившаяся на бок. Стена между ними, за исключением основания и арки, из которой я вышел, превратилась едва ли не в щебень. Мне становится немного не по себе: хорошо хоть вся эта конструкция не рухнула на меня, пока я был внутри. Такое впечатление, что для этого достаточно было громко чихнуть.

В лес идти совершенно не хочется. Я один, кругом темная ночь, а из оружия у меня только таинственный камень, который неизвестно, поможет ли. Не лучший расклад для похода в лес, расположенный, к тому же, неизвестно где. В другом мире? В искривленном пространстве? Что здесь вообще может водиться?

В нерешительности я делаю еще несколько шагов по мягкой траве. С другой стороны, а куда еще идти? Обследовать крепость? Но не факт, что это безопаснее. Где вообще выход? Я чувствую, как у меня начинается легкая паника. Может быть, разумнее сесть где-нибудь на открытом месте и дождаться наступления дня? А вдруг он вообще не наступит?

С этой мыслью я добираюсь до опушки леса. Деревья здесь тоже растут невиданные. Когда я смотрел на них от крепостной стены, мне казалось, что лес березовый — потому что стволы белели в окружающем сумраке. Но сейчас я вижу, что на березы они похожи только издали: абсолютно ровные, с идеально гладкой корой и шелестящими где-то на большой высоте кронами.

Я опускаю глаза к своему путеводному камню.

Лес очень чистый: нет н поваленных деревьев, ни оврагов, лишь кое где виднеются редкие заросли кустарника с длинными острыми листьями. Такое ощущение, что кто-то ухаживает за ним. Вот только ни одной тропинки тоже не видно. И, разумеется, никаких признаков жилья. Даже птиц не слышно.

Войдя под полог этого странного леса, я тут же начинаю вертеть головой во все стороны. За каждым деревом мне чудится голодный зверь. Или лучник с натянутой тетивой. Или девушка с серебристыми волосами. Я стараюсь идти как можно тише, но все равно чувствую, что почти каждый мой шаг хорошо слышен — и возможно, слышен довольно далеко. Впрочем, уверенности в том, что во всем лесу есть еще хоть одна живая душа, у меня нет.

Идти приходится немного в гору: похоже, что передо мной поросший лесом пологий холм. Мне кажется странным, что неведомые строители разместили крепость не на его вершине, а у подножия, но гадать об их мотивах я не берусь. У меня есть более насущные вопросы.