Кровавые игры - Челси Куинн Ярбро

Красная колесница дважды прошла под ложей. Сен-Жермен внимательно за ней наблюдал. Перс держался превосходно, бестрепетно и на двух следующих этапах стал понемногу доставать синего лидера, идущего впритирку к барьеру.

– Твой возница очень хорош,- заметил Эгнаций.- Через круг он может выйти вперед.

– Не исключено,- согласился Сен-Жермен, когда со счетной тумбы сняли еще одного гипсового дельфина.

Колесницы опять ушли из поля зрения наблюдателей, скрывшись за дальней перегородкой. Публика, сидевшая на трибунах в той стороне, ахнула, зрительская масса заволновалась и разразилась громкими криками. Там что-то случилось, но что – Сен-Жермен видеть не мог. Ему, как и многим его соседям, оставалось лишь ждать, когда упряжки выскочат к повороту.

Ожидание, впрочем, было недолгим. Гонщики вскоре вынырнули из-за барьера. Первой неслась зеленая колесница, за ней, вихляясь, шла красная. Белая выкатилась в поле обзора только через какое-то время, а синяя так и не показалась, однако цирк этого не заметил. Все внимание публики переключилось на возницу в красном плаще. Кошрод пытался удержать лошадей на дорожке, хотя одно из колес его повозки почти соскочило с оси. Он сумел-таки войти в поворот, но колесо отлетело, и колесница упала.

Над трибунами повисла зловещая тишина, и дробный топот копыт заполонил чашу цирка Потом из десятков тысяч глоток вырвался дружный вопль. Упряжь лопнула, Кошрода выдернуло поводьями из повозки, и лошади потащили его за собой.

Сен-Жермен побледнел. Кошрод, влекомый к мраморным столбикам ограждения, отчаянно извивался, пытаясь вытащить спасительный нож.

На какое-то мгновение показалось, что ему это удастся, поскольку он подтянулся и сумел ухватить поводья одной рукой. Но скаковые лошади, демонстрируя отменную выучку, пошли вплотную к барьеру. Цирк вновь умолк, и глухой шлепок прозвучал в воцарившейся тишине неожиданно громко. Последовавщий за ним жуткий крик покалеченного возницы потерялся в вое толпы.

Сен-Жермен мгновенно вскочил с места и бросился вон из ложи. Он скатился по мраморной лестнице и лабиринтами переходов поспешил к месту трагедии, бесцеремонно расталкивая всех, кто не успевал убраться с дороги. Кошрод, несомненно, сильно расшибся, и каждая секунда была теперь на счету.

– Владелец? – лаконично осведомился хирург, бросая инструменты в котелок, подвешенный над жаровней.

– Да.

– Синего вынесут через другие врата- Хирург, как ветеран многих военных кампаний, держался невозмутимо, за свой век он успел повидать всякое и философски смотрел на жизнь и на смерть.

Сен-Жермен поглядел на арену. Рабы уже поймали испуганных лошадей, но те все еще бесновались, не подпуская их к опутанному ремнями Кошроду.

– У этих парней нелегкая работенка Очень многое зависит от случая. Что поделаешь? Судьба есть судьба.

Сен-Жермен отмахнулся и побежал к открытым вратам. Игнорируя лошадей и изумленные восклицания окружающих, он склонился над телом возницы.

Перс, к счастью, был без сознания. Досталось ему крепко. Сквозь искромсанную кожу плеча торчали осколки кости, правая, неестественно подвернутая нога, кровоточила.

Охваченный состраданием, Сен-Жермен вынул нож, пристегнутый к раненой голени, и одним взмахом перерезал поводья. Жестом отказавшись от помощи, предложенной топтавшимися в отдалении рабами, он легко, как ребенка, подхватил юношу на руки и понес на конюшенный двор.

– Надо иметь много сил, чтобы носить таких молодцов в одиночку,- заметил хирург, когда Сен-Жермен опускал свою ношу на соломенный мат, раскатанный под стеной.

Сен-Жермен растерялся, не зная, что на это сказать.

– Ему очень плохо.

– Вижу,- последовал раздраженный ответ.- Надо сходить за пилой, придется ампутировать руку.

– Нет! – вскинулся Сен-Жермен, хватая врача за тунику.- Этому не бывать. Я запрещаю!

Ветеран терпеливо вздохнул.

– Послушай, любезный. Дело ведь не в том, хотим мы этого или не хотим. Посмотри сам. Плечо сломано в трех местах. Рука эта двигаться больше не сможет. Если ее оставить как есть, она воспалится и он умрет. Ампутация даст ему шанс выжить.

– Я сказал – нет.

– У тебя нет выбора.- Хирург начинал злиться.- Я повидал множество переломов и…

Он осекся, увидев, что чужеземец вновь подхватывает возницу на руки, и сделал шаг, чтобы ему помешать.

– Прочь! – голос чужака был столь грозен, что ветеран отступил, но к нему неожиданно подоспела поддержка.

– Франциск, если ты заберешь раба, никто не будет в ответе за то, что с ним станется дальше.- Это сказал владелец местного бестиария и смотритель цирковых конюшен Некред, взиравший на своего недруга с плохо замаскированной неприязнью.

– Меня это устраивает,- Сен-Жермен поморщился, ему не хотелось терять время попусту.- Мы составим все документы на этот счет, но сначала я должен отправить раненого на виллу.

– Откуда мне знать, что ты не передумаешь? Нет уж, сначала давай все оформим.

– Тебе придется поверить мне на слово,- Сен-Жермен шагнул к аркам, ведущим на улицу.

Некред встал у него на пути.

– Ты, кажется, собираешься меня облапошить? Сбежишь, а потом, заявишь, что это я нанес увечье рабу! Или придумаешь что-нибудь хуже!

Темные глаза Сен-Жермена сверкнули.

– Я уже дал слово. Прочь с дороги, наглец! Назревал скандал – и нешуточный, но в дело вмешался случай. К хозяину бестиария подбежали.

– Некред, большой крокодил вырвался из загона! Нам без тебя с ним не справиться!

– Что?! – изумился Некред.

– Он уполз на второй нижний уровень. Мы ума не приложим, как его оттуда достать.

Сен-Жермена все это не волновало нимало. Главное, путь был свободен, и он поспешил уйти.

Возле арок сгрудились портшезы и паланкины. Тут же слонялись носильщики, ожидая клиентов. Время клонилось к обеду, и в играх вот-вот должен был наступить перерыв. Сен-Жермен выбрал самый удобный портшез с роскошными подушками и узорчатым покрывалом.

– Любезные! Чье это кресло?

Самый долговязый из носильщиков обернулся.

– Мое.

– Я беру его.- Сен-Жермен опустил юношу на сиденье.

– Эй, господин! Так не годится. Он истекает кровью и перемажет там все.

– Я оплачу весь урон.- Убедившись, что Кошрод удобно устроен, Сен-Жермен приложил к его ране маленькую подушку. Кровотечение уменьшилось, но не прекратилось.

– Я кликну стражу! – уперся носильщик. Сен-Жермен резко выпрямился и посмотрел нахалу в глаза.

– Я нанимаю тебя. Это мое законное право. Стража ничем тебе не сможет помочь.

Носильщик потупился, но не сдавался.