Призрак в зеркале - Джон Беллэрс

Розу Риту очень беспокоило здоровье мистера Дрекселя. Он пообещал создать волшебный амулет, чтобы вернуть миссис Циммерман ее силы, но, помимо этого, Роза Рита еще и привязалась к старику. Он всегда был добрым и понимающим, а в те редкие дни, когда чувствовал себя бодро, еще и очень смешно шутил. Душой он больше напоминал задорного ребенка, а не угрюмого старика. Розе Рите было грустно видеть его в постели, такого бледного, слабого и утомленного. Девочка знала, что Хильда тоже сильно за него переживает.

Однажды ночью, когда они лежали в спальне, а в камине остались только красные угольки, Хильда призналась Розе Рите, что боится, как бы дедушку не сразило проклятие. Роза Рита долго молчала. Всего пару лет назад она ответила бы, что проклятий и ведьм не существует и все это – глупая выдумка. Но девочка подружилась с миссис Циммерман и Джонатаном Барнавельтом и видела много всего странного. Она знала, что некоторые люди действительно владеют магией, а кто-то даже использует ее во зло. Поэтому сейчас Роза Рита спросила:

– Твой дедушка подозревает, что все дело в этом?

– Да, – сказала Хильда, и в ее голосе послышались слезы. – Он думает, что кто-то сделал ведьмовскую куклу и изводит его.

Роза Рита однажды слышала что-то подобное. Злые маги иногда создают кукольные образы людей, которым хотят навредить. Миссис Циммерман рассказывала, что можно взять фотографию врага и, проведя особый обряд, испортить снимок, и тогда жертве не поздоровится. Еще можно сделать куклу-вуду – маленькое восковое чучело, которое колдун протыкает иголками. Его жертва страдает от боли в той же части тела, где иголка входит в чучело. Роза Рита догадалась, что ведьмовская кукла – это примерно то же самое.

– Готова поспорить, я знаю, кто мог это сделать, – сказала она. – Старик Штольцфус.

Внезапно произошло кое-что странное – язык Розы Риты будто застыл. Она больше не могла сказать о злобном старике ни единого слова. Стоило ей открыть рот, как голова шла кругом и она больше не помнила, о ком речь.

– Ох, не знаю, – ответила Хильда, а потом еще долго лежала и плакала.

Роза Рита думала, как бы развеселить Хильду. Девочки уже месяц жили в одной комнате и стали похожи на сестер. Даже суетливая болтушка миссис Вайс начала относиться к Розе Рите как к родственнице. Девочка уже хорошо знала, о чем любит поболтать Хильда. Немного выждав, Роза Рита спросила:

– А этой весной будут потехи? – Так местные жители называли танцы. Хильда с нетерпением ждала, когда достигнет нужного возраста, чтобы ходить на них.

– Выдалась такая тяжелая зима, что даже не знаю, – сказала Хильда, а потом, подумав, добавила: – Надеюсь, да. Моя старшая сестра Тринка столько о них рассказывала!

– Ага, – ободряюще сказала Роза Рита. Она уже слышала обрывки этой истории: миссис Вайс любила ее пересказывать. Девочка зевнула. Ей очень хотелось спать, но она решила, что сначала надо отвлечь Хильду от мыслей о проклятиях, злых волшебниках и куклах-вуду.

– Тринка познакомилась со своим мужем на потехах, верно?

– Да, – ответила Хильда, в голосе девочки появились мечтательные нотки. Роза Рита подумала, что, возможно, Хильда втайне вздыхает по мужу старшей сестры, молодому человеку по имени Эдгар Динст. – Ей тогда было семнадцать. Эдгар приехал в долину к своему дяде, а на потехи пошел с двоюродными братьями. Ему было двадцать. Когда Тринка его увидела, сразу решила, что он самый красивый мужчина на свете. Эдгар тоже ее заметил и тут же сказал двоюродным братьям, что она девушка, на которой он женится. Так и вышло – всего через год они поженились. Тогда я надела самое красивое платье. – Хильда довольно вздохнула. Ей казалось, что знакомство с будущим мужем и свадьба сестры похожи на сказку. – А ты когда-нибудь ходила на потехи? – спросила Хильда.

– Хм? Угу. Один раз, в прошлом году.

– И? Это было восхитительно?

Роза Рита обрадовалась, что в комнате темно. Ее лицо горело, и она понимала, что краснеет. Ох, и зачем только она заговорила о танцах? Может, Хильде и нравилась эта тема, но Роза Рита нисколько не расстроилась бы, даже если бы ни разу не сходила на них. Да и говорить об этом было неинтересно. И все же девочка ответила:

– Думаю, вполне нормально. Просто… – Роза Рита замолчала. Она собиралась подбодрить Хильду, а не жаловаться. – Да, нормально, – повторила она.

– И что там было? – оживилась Хильда. – Расскажи мне все-все-все. В чем все пришли? Где проходили потехи?

– В школьном спортзале. Пригласили музыкальную группу. Все принарядились.

– А что такое спортзал?

– Это здание, в котором мы играем и занимаемся, когда на улице очень холодно. В наших краях суровый климат. – Роза Рита задумалась, стоит ли для красного словца поселить в Нью-Зибиди белых медведей, но в этот момент Хильда задала новый вопрос.

– А во что ты нарядилась?

Роза Рита вздохнула: сама ведь напросилась, поэтому пришлось описывать розовое вечернее платье, которое купила ей мама, все его воланы и кружева. Розе Рите оно не нравилось: слишком уж оборки и кружева девчачьи, носить такое платье было неудобно. Но все же тогда девочка его надела, а Хильду очень увлекло такое подробное описание.

– До чего же оно красивое! Наверное, все мальчики пригласили тебя на танец!

– Ну, вообще-то, нет, – Роза Рита опять вздохнула. – Я ни разу не танцевала. Жалась к стенке. – Она рассказала, как весь вечер простояла в уголке в ожидании приглашения на танец. Льюис тоже был там, стоял напротив с другими мальчиками. Роза Рита подавала ему знаки, намекая на то, что хочет хотя бы разочек потанцевать. Но Льюис упорно смотрел в сторону, так что никто из них в тот вечер не танцевал. Роза Рита разозлилась и почти целую неделю не разговаривала с Льюисом, а о том унизительном вечере с тех пор и вовсе не вспоминала.

– Не будь так сурова к своему другу Льюису. Может быть, он просто не умеет танцевать, – сказала Хильда, дослушав эту ужасную историю.

Сон как рукой сняло – от этих воспоминаний Роза Рита сильно разволновалась.

– Об этом я не подумала, – призналась девочка и удивилась, почему сама не догадалась.

– Предложи ему поучиться, – пробормотала Хильда. – Тогда в следующий раз он не постесняется. – Ее голос затих, и вскоре девочка уснула.

Но Роза Рита не могла заснуть. Она лежала и вспоминала тот вечер, как кричала на маму, когда вернулась домой. «Ненавижу танцы! Это глупость, и платье дурацкое, и вообще я больше никуда никогда не пойду!» – выпалила она, запихнув пышное одеяние на дно корзины для белья. Миссис Поттингер выстирала и выгладила платье, но Роза Рита отказалась снова его надевать. Платье до сих пор висит в шкафу среди свитеров и джинсов.

Точнее, будет висеть через сто двадцать три года, поправила себя Роза Рита. Девочка не смогла сдержать улыбки: ее так увлекла мысль об этих дурацких танцах, что она почти забыла обо всех неприятностях, которые обрушились на них с миссис Циммерман. Девочка свернулась клубочком, натянула одеяло повыше и наконец уснула, убаюканная ровным дыханием Хильды.