Страх - Полина Люро

Он растерялся и смущённо пробормотал:

— Я-то здесь работаю, а ты что тут делаешь? Проход на этаж для посторонних закрыт.

— Да вот услышала, как ты вопишь, и решила заглянуть из любопытства… ― ответила, не забывая с подозрением осматриваться по сторонам. Но моего преследователя не было видно, ― хорошо работаешь, аж ногу потянул.

Парень надулся:

— Сменщик не пришёл, вот я один тут и копался… Поскользнулся, нога болит, зараза…

— Ясненько, а где твой мобильный? Позвонить кому-нибудь не догадался, дурило?

«Раненый» вспыхнул, и я почувствовала, как он бесится, еле сдерживаясь, чтобы не послать меня в сторону леса.

— Когда споткнулся, мобильный улетел под коробки. Тоже мне, умная нашлась, я не глупее некоторых, между прочим, ― обиженно процедил он сквозь зубы.

Смерила его презрительным взглядом, но «смилостивилась»:

— Ладно, диктуй номер, позвоню, пусть пришлют тебе спасателя, ― открыла сумку и начала искать свой мобильный и, как назло, не нашла.

— Ну, конечно, наверняка в комнате у зеркала оставила. Что за невезуха…

Конопатый быстро сообразил, что я тоже облажалась, и ехидно ухмыльнулся, но тут, видимо, боль снова его скрутила, и, побледнев, он закусил губу. Мне стало его жаль:

— Эй ты, сейчас спущусь вниз, говори, где ваша контора, кому передать, чтоб тебе помогли? Может, они скорую вызовут?

Он сомкнул веки и замолчал. Испугавшись, что рыжий бедолага потерял сознание, я подскочила к нему и, взяв за плечо, осторожно потормошила. Вот тут-то всё и случилось: парень открыл налитые сверкающей темнотой глаза и прошептал чужим голосом:

— У меня для Вас послание. Давайте поговорим.

Я взвизгнула, ударившись об пол и без того пострадавшей ногой, но, даже не почувствовав боли, буквально понеслась к эскалатору. Почти молниеносно спустилась на один этаж, нос к носу столкнувшись с рабочими в таких же комбинезонах, как у моего «оборотня». Они как раз собирались подниматься и, посмотрев с удивлением на летящее им навстречу пыхтящее «нечто», расхохотались: наверное, вид у меня был очень глупый. Но я даже не расстроилась, не до того было…

Выскочила из магазина как ошпаренная, покрутилась немного, повторяя:

— Боже мой, что делать-то, а? Точно! Надо бежать домой, там мама ― у неё же сегодня отгул…

В квартиру влетела, наверное, быстрее пули, чуть не сбив маму с ног. Та только что нацепила на лицо маску из клубники, замотала волосы полотенцем, что-то мурлыча себе под нос.

Мой вид, похоже, её ошеломил. Взглянула на себя в зеркало, и всё стало ясно: короткие волосы стояли дыбом, глаза на красном, мокром от пота лице, были вытаращены, а рот подражал выброшенной на берег рыбёшке.

— Лена, что случилось? Привидение по дороге встретила, что ли? И как там подруга ― это она тебя так напугала? ― мама прижалась к стене, пропуская меня в комнату, нервно поедая куски клубники с лица.

Кое-как отдышавшись, пробормотала, предварительно осушив почти целый кувшин лимонада на столе:

— Угадала, мамуль, кто-то меня напугал. Знать бы ещё кто, ― и я развернулась к ней, холодея от увиденного: она смотрела, сверкая глазами, полными тьмы…

— Остановись же, девочка! Я должен передать тебе послание от отца, ― произнесла мамуля чужим мужским голосом.

Это меня добило, ведь ударило по самому больному: папа отправился с экспедицией в Боливию, и вот уже два месяца от него не было известий. Мы с мамой надеялись и ждали, и тут такое…

На этот раз я не стала отступать, шагнув навстречу своему страху:

— Давай, выкладывай своё послание.

Мамины глаза закрылись, и она по стенке сползла на пол. Её обширная грудь вздымалась ― похоже, бедняжка просто уснула. Отделившийся от стены тёмно-бордовый сгусток огня, вращаясь вокруг своей оси, неотвратимо приближался ко мне. Но страха уже не было, и я не сдвинулась с места. Даже не знаю, откуда взялись силы гаркнуть:

— Хватить тут мельтешить, итак в глазах рябит. Говори, раз уж начал!

Пламя остановилось, приняв облик отца. Он выглядел усталым, но вполне бодрым, и, глядя куда-то мимо меня, произнёс:

— Леночка! Со мной всё в порядке, дома расскажу, что случилось. Это невероятно, всё равно никто не поверит. Короче, я тут кое с кем договорился, тебе передадут это сообщение ― к пятому июня мы выйдем из пещеры. Не волнуйся, до встречи…

Папа исчез, а вместо тёмных языков пламени показалось какое-то странное существо, украшенное перьями и бусами, с бычьими рогами и страшно недовольным выражением морды на крупной голове. Это «нечто» что-то прокаркало на непонятном языке, посмотрев на меня как на идиотку, сплюнуло и, пройдя через экран телека, исчезло.

С внезапно заработавшего экрана плазмы голос диктора радостно вещал, что пару часов назад найдена наша пропавшая в Боливии экспедиция. Все её участники живы и здоровы и после обследования в местном госпитале вернутся на Родину.

Я чуть не заплакала от радости. Взглянула на календарь, и, убедившись, что сегодня как раз пятое июня, нахмурилась:

— И чего рогатый плевался? Где, спрашивается, всё это время его носило, раз я и без дурацкого послания узнала, что папа жив? То же мне, цаца из Боливии. Подумаешь, обиделся он…

Мама проснулась и, как ни в чём не бывало, пошла на кухню делать новый лимонад. Вспомнив о так и не встреченной подруге, я бросилась искать мобильный, чтобы извиниться, но, по закону подлости, не нашла. В это время в дверь позвонили. Я заранее не завидовала несчастному, посмевшему сейчас потревожить Лену Королькову ― до такой степени была не в духе. При слове «дух» меня почему-то передёрнуло.

За дверью стоял знакомый парень в комбинезоне. Он смущённо улыбался, опираясь на костыли и поджав забинтованную ногу. Его веснушки в тот момент показались мне особенно рыжими.

— А тебе-то чего надо, болезный? ― неласково встретила я «хромого работягу», наконец, почувствовав, что у самой ноги «отваливаются» от усталости.

Он смущённо улыбнулся:

— Я ― Рома. Нашёл твой телефон около коробок, наверное, выпал из сумочки. Вот, решил вернуть, ― и он протянул розовый мобильный. ― кстати, у тебя не найдётся чего-нибудь попить: очень жарко… Так устал, пока сюда доковылял.

Смерила его взглядом ― рыжий, симпатичный, с голубыми простодушными глазами. Можно было бы, конечно, послать его подальше, но сегодня ― удивительный день: папа нашёлся, а я смогла преодолеть свой страх. Так что…

Усмехнувшись, указала ему на дверь:

— За мобильный ― спасибо. Жди на улице, сейчас принесу лучший в мире лимонад. Кстати, меня зовут Лена, ― и я улыбнулась его радостно загоревшимся глазам.