Побег из приюта - Мэделин Ру

– Это то, что вы искали?

Сестра Эш замерла в дверном проеме, не решаясь войти. Рики ее понимал – в комнате было темно, хоть глаз выколи.

Последние два дня пронеслись на удивление быстро. Благодаря постановке, он постоянно был занят и времени скучать у него не было. Он вдруг вспомнил, что до Бутча был по-настоящему увлечен драмой. И ему нравилось, что им не просто позволено говорить, – они были обязаны это делать, пусть даже произносимые слова принадлежали не им, а главврачу.

Это также давало Рики определенную свободу в общении с персоналом. У него до сих пор не было конкретного плана – скорее, множество мелких идей, одна из которых могла сработать, но он все еще продолжал надеяться на звонок домой. В суматохе, предвещающей приближение праздника, слежка за ним могла ослабнуть, что предоставило бы ему удобную возможность, и он не собирался ее упускать, в какой бы форме это ни произошло.

Тем временем он проводил репетиции, принимал пищу и спал в своей холодной комнате, с неослабевающей тревогой думая о времени, когда его настигнет Ф2. Что за дозу готовит ему главврач?

– Трудно судить без света, – отозвался Рики, и сестра Эш поспешила войти, чтобы дернуть за свисающий с потолка шнур.

Тусклый свет слабо озарил огромное темное помещение, о существовании которого он даже не подозревал. Сырой коридор соединял его с общей комнатой, и оно скорее напоминало пещеру, чем кладовую. Сестра Эш щелкнула еще одним выключателем, и лампочка замерцала, постепенно оживая.

Из темноты смутно проступили столы и стулья, банкетные сервизы и лампы. Несколько манекенов медицинского назначения возвышались на подставках вдоль единственного прохода через захламленную комнату. Один из манекенов наклонился вперед, грозя упасть в любую минуту. Наклоном головы он отчетливо напомнил Рики главврача.

Который всегда за ним наблюдал. Всегда за ним следил.

Его пробрала дрожь, и он начал пробираться вперед, переступая через валяющийся на полу хлам.

– Видите здесь что-нибудь такое, что могло бы вам пригодиться? – спросила медсестра. – Я знаю, вы сказали, что нужны дополнительные костюмы, но, возможно, не стоит усложнять скетч?

– Насколько я понимаю, главврач рассчитывает, что мы произведем впечатление, – парировал Рики.

Его удивило то, что она предоставила ему возможность осмотреть эту старую кладовую. Возможно, пора попытаться завоевать ее расположение еще раз?

– Я стараюсь изо всех сил, – абсолютно искренне добавил он. – Вы рекомендовали мне не высовываться и не нарушать правил. Именно это я и делаю. Исполняю распоряжение медсестры.

– Это хорошо, – ответила сестра Эш. – Думаю, то, что вы так серьезно относитесь к своему поручению, хороший знак. У вас есть склонность к… э-э…

– Самоуверенности? – пустил пробный шар Рики. – Дерзости?

– Гм, я бы не стала употреблять эти слова. – Что ж, возможно, она не видела записей главврача или они не запомнились ей так, как запомнились ему. – Я бы назвала вас импульсивным.

Сестра Эш шла позади него, негромко стуча каблуками по захламленному полу.

– Я думаю, в конце комнаты можно найти старые халаты и парики. Сестра Крамер говорила мне, что в прошлом персонал устраивал для пациентов рождественские представления.

– А почему перестали? – спросил Рики, подныривая под нависающим над проходом манекеном. Он был расчерчен и обклеен ярлыками, напоминая тушу, приготовленную мясником к разделыванию.

– Кажется, что-то случилось, – ответила она. – Я особо в эту историю не вникала.

– Бинго! То, что нужно.

Рики заметил ряд коробок по колено высотой, в одной из которых виднелся черный парик. Сюда его привела одна из идей, а именно: попытаться собрать из доступного тряпья костюм, который в случае необходимости сошел бы за униформу санитара. Он мог бы воспользоваться им для того, чтобы во время вечеринки выскользнуть за ворота и сбежать (сложная задача) или, по меньшей мере, добраться до стойки приема больных и воспользоваться телефоном (тоже сложно, но возможно). Во втором варианте Рики также привлекала возможность разыскать записи главврача о себе, а если повезет, то и какую-нибудь информацию о том, втором Десмонде.

(В случае, если ни один из этих вариантов не сработает, Рики собирался втереться в доверие к какому-нибудь простачку во время вечеринки и разжалобить его грустной историей о хорошем мальчике, которого никто не понимает, а затем попросить связаться с миссис Десмонд, проживающей на Бойлстон-стрит, и передать ей, как сильно хочет домой ее любящий сынок.)

Его подташнивало от одной только мысли о безнадежном положении Кэй в случае реализации любого из этих сценариев. Как вытащить ее из Бруклина? Рики продолжал убеждать себя в том, что если сможет выбраться, то у него появятся время, новые возможности и свобода, чтобы разработать более дерзкий план побега для нее.

Пока что он высматривал что-нибудь, напоминающее накрахмаленные белые сорочки, которые носили санитары-мужчины. Чтобы беспрепятственно выйти за ворота и сбежать, не помешал бы также парик.

Лампочка у него за спиной замигала, затрещала и снова вспыхнула в новой попытке осветить помещение. Сестра Эш обо что-то споткнулась и ругнулась вполголоса. Через потолок до Рики доносились шаги – медлительные, шаркающие, как будто кто-то прохаживался взад-вперед. Приглушенный стук каблуков проникал в толстые стены и в облака пыли, роящиеся на складе. Интересно, сколько в Бруклине подобных помещений? Темных и грязноватых комнат, полной противоположности его безупречно чистой, белоснежной внешности?

Он перелез через закрытую картонную коробку, нацелившись на клок волос, видневшийся в нескольких ярдах далее. Здесь было темно, поскольку луч света от умирающей лампочки сюда почти не доставал. Горло царапало удушьем от пыли, что напомнило ему о почти лишенном воздуха чулане для хранения историй болезни. Но он был почти у цели и поспешил к ней, стремясь вернуться к свету со своей находкой, что бы это ни было.