Утеха падали - Дэн Симмонс

— Да, Карл, я все слышал. Прием.

— Хейнс, наш вертолет вам тоже нужен? У него сейчас особый контракт с лесничеством и с нами. Прием.

— Стив, — произнес Хейнс, — с этого момента вы находитесь на контракте с правительством Соединенных Штатов в решении вопроса национальной безопасности. Вы меня поняли? Прием.

— Да, — донесся лаконичный ответ, — я полагал, что служба лесничества является правительственной организацией. Куда мне отправляться? Я только что заправился, так что могу держаться на этой высоте около трех часов. Прием.

— Где вы находитесь в настоящий момент? Прием.

— Двигаюсь к югу между пиками Сантьяго и Трабуки. Приблизительно в восьми милях от вас. Нужны координаты по карте? Прием.

— Нет, — ответил Хейнс. — Я хочу, чтобы вы захватили меня отсюда. Ранчо на северной стороне каньона Сан-Хуан. Вы сможете найти это место? Прием.

— Вы шутите? — откликнулся пилот вертолета. — Я даже отсюда вижу дым. Хорошенькую посадочную площадку вы для меня приготовили. Буду через две минуты. Связь окончена.

Хейнс отпер багажник «Понтиака». Проходивший мимо пожарник кинул взгляд на целую груду М-16, винтовок, снайперских ружей, бронежилетов, боеприпасов.

— Вот это да! — присвистнул он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Хейнс вытащил М-16, уперев магазин в край багажника, начал вставлять патроны. Затем он снял пиджак, аккуратно сложил его, положил в багажник и натянул бронежилет, загрузив его огромные карманы дополнительными снарядами. Стащив с запасного колеса синюю бейсбольную кепочку, водрузил ее на голову.

— Я связался с командующим, сэр, — окликнул его агент, занимавшийся радиосвязью.

— Передайте ему тот же сигнал всем постам, — распорядился Хейнс. — Узнайте: сможет ли он передать его от нашего округа всем постовым полицейским вдоль шоссе?

— Заграждения, сэр?

Хейнс пристально посмотрел на молодого агента.

— Заграждения на скоростной автомагистрали, Тайлер? Вы глупы или настолько небрежны? Скажите, что нам надо распространить сообщения об этом «Форде». Полиция должна записать номера, вести слежку и связаться со мной через центр связи Лос-Анджелесского отделения ФБР.

К Хейнсу подошел агент Барри Меткалф из Лос-Анджелесского отделения.

— Дик, должен признаться, что я ничего не понимаю. Зачем ливийским террористам потребовалось захватывать израильское убежище и поджигать его?

— А кто тебе сказал, что это ливийские террористы, Барри?

— Ну... ты заявил на брифинге, что это террористы с Ближнего Востока...

— А об израильских террористах ты никогда не слышал?

Меткалф моргнул и промолчал. За его спиной обрушилась еще одна стена дома, выбросив вверх целый фонтан искр. Пожарники удовлетворились тем, что стали поливать подсобные строения. С северо-востока появился маленький вертолет с плексигласовой кабиной — он сделал круг и опустился на поле к югу от ранчо.

— Хочешь, чтобы я полетел с тобой? — поинтересовался Меткалф.

— Похоже, в этой старой развалине найдется место лишь для одного пассажира, Барри. — Хейнс поглядел на вертолет.

— Да, это что-то допотопное.

— Оставайся здесь. Когда огонь погасят, надо будет просеять пепел сквозь сито. Возможно, нам удастся обнаружить даже трупы.

— О Господи, — без всякого энтузиазма откликнулся Меткалф и направился к своим людям.

Когда Хейнс вприпрыжку побежал к вертолету, его остановил человек по имени Свенсон, самый старший из той шестерки Кеплера, которую Хейнс захватил с собой. Он кинул на фэбээровца саркастический взгляд, но ничего не спросил.

— Это все только догадки! — прокричал Хейнс, пытаясь перекрыть рев мотора вертолета. — Но у меня есть предчувствие, что это дело рук Вилли! Может, не он сам, а Лугар или Рэйнольдс. Если я их поймаю, то убью.

— А как насчет канцелярской работы? — осведомился Свенсон, указывая головой на Меткалфа и его группу.

— Я позабочусь об этом, — ответил Хейнс. — Занимайтесь своим делом.

Свенсон не спеша пошел во двор.

Вертолет едва поднялся в воздух, пробираясь вверх сквозь дым от горящего дома, как поступило первое радиосообщение.

— Э-э, это полицейский Байере из Третьей бригады. Агенту Хейнсу: заграждение на шоссе 74 поставлено. Прием.

— Продолжайте, Байере. — Под вертолетом все шире расстилалась горная местность, дорога сверху казалась бледно-серой лентой. Машин на ней было мало.

— Э-э, мистер Хейнс, может, это совсем не то, но, по-моему, несколько минут назад я видел темный фургон... возможно, «форд»... развернулся в двухстах ярдах от моего местонахождения. Прием.

— Куда он направляется в данный момент? Прием.

— В вашу сторону, сэр, обратно по 74 шоссе. Если только он не свернет на одну из лесных дорог. Прием.

— Он может объехать вас по этим дорогам? Прием.

— Нет, мистер Хейнс. Они все кончаются тупиком или переходят в козлиные тропы, кроме пожарной дороги лесничества, на которой стоит Дасти. Прием.

Хейнс повернулся к пилоту, плотному коротышке в ветровке и бейсбольной кепке команды «Индейцы Кливленда» — Стив, вы можете связаться с Дасти?

— Он то появляется, то исчезает, — ответил пилот по интеркому. — В зависимости от того, на каком склоне находится.

— Мне нужно связаться с ним, — произнес Хейнс и стал глядеть вниз. Кустарники и сосняки то освещались, то погружались в тень. В низинах и вдоль пересохших ручьев возвышались пирамидальные тополя и сосны. На взгляд Хейнса, оставалось около полутора часов светового времени.

Они достигли вершины перевала, вертолет набрал высоту и сделал круг. На западе, в синей дымке, лежал Тихий океан, к северо-западу над Лос-Анджелесом висел коричнево-оранжевый смог.

— Заграждение находится сразу за этим холмом, — заметил пилот. — Я не вижу никаких темных фургонов на шоссе. Хотите лететь к югу, к Дасти?

— Да, — откликнулся Хейнс. — Вы еще не связались с ним?

— Он пока не отвечал... о-о-о, так вот он. — И пилот перебросил тумблер на консоле. — На 2-5, мистер Хейнс.

— Полицейский? Это специальный агент Хейнс. Вы слышите меня? Прием.

— А, да, сэр. У меня здесь есть кое-что, на что, возможно, вы захотите взглянуть, мистер Хейнс. Прием.

— Что там?

— Темно-синий фургон «форд» выпуска 1978 года... Я выбирался на мощеную дорогу и обнаружил его здесь. Прием.

Хейнс прикоснулся к закрепленному на голове микрофону и улыбнулся.

— Кто-нибудь в нем есть? Прием.

— Э-э... нет. Правда, в задней части масса всяких вещей. Прием.